Они сделали это! 09/09/2009 09:05
ЛИХАЧЕВА: 9.07 в столице. Доброе утро на "Финам FM"! Меня зовут Елена Лихачева. Здравствуйте! По статистике из всех вновь образованных предприятий 85% прекращают свою деятельность в течение первых пяти лет, – ну, кто этого не знал. Но я продолжаю. А из фирм, созданных в рамках франчайзинга прекращает свою деятельность в первые пять лет всего лишь 14%. Эта статистика мне кажется наиболее привлекательной, в особенности по прошествии первого кризисного года. И кто знает, может быть, на пороге следующего кризисного года. О кризисе, о статистике, о франчайзинге мы будем говорить сегодня с большим специалистом в области франчайзинга, Екатериной Сойак. Екатерина, доброе утро.
СОЙАК: Доброе утро.
ЛИХАЧЕВА: Спасибо большое, что пришли к нам сегодня. Давайте сначала послушаем рубрику "Статус", потом начнем предметный разговор.
СТАТУС: Екатерина Сойак. Генеральный директор компании "E.M.T.G.", член совета директоров Российской ассоциации франчайзинга, учредитель премии "Золотой бренд".
КАК ЭТО ДЕЛАЛОСЬ: Окончила Московский экстерный гуманитарный университет и МГУ имени Ломоносова. 10 лет Екатерина работала в компании "Turkel", координировала внешнеэкономическую деятельность компании, возглавляла московский филиал компании. С 2002 года – генеральный директор компании "Buybrand", "E.M.T.G".
ЛИХАЧЕВА: Екатерина, спасибо еще раз, на самом деле, что вы к нам сегодня пришли. В общем, достаточно, мне кажется, горячая для вас сегодня. У вас вообще какие планы на этой неделе? Вы, как всегда, невероятно занятой человек, да?
СОЙАК: Прежде всего, огромное вам спасибо, что все-таки пригласили. Вы знаете, сейчас у нас действительно достаточно тяжелая пора, потому что 22-го числа у нас открывается выставка, выставка в этом году достаточно сложно собиралась.
ЛИХАЧЕВА: Почему? Что такое?
СОЙАК: Вы знаете, на самом деле, к сожалению, так сложилось, что, наверное, тот сектор, с которым мы работаем, пострадал очень серьезно. Потому что в России больше всего, все-таки, франчайзинговых компаний – это розничная торговля, а, как известно, розничная торговля пострадала очень сильно. Поэтому в этом году мы, помимо того, что очень много и серьезно работали над сбором самой выставки, мы очень большое внимание уделили непосредственно самой деловой программе. И очень интересно то, что в прежние годы, естественно, к России всегда был большой интерес со стороны иностранных специалистов. В этом году интерес на несколько раз превосходит все то, что было до этого. Мы ожидаем присутствия серьезных специалистов именно в области франчайзинга международного уровня. Поэтому у нас действительно сейчас...
ЛИХАЧЕВА: Например, можете вы назвать кого-нибудь из серьезных специалистов, которые будут у вас на выставке? Именно иностранцев?
СОЙАК: Вы знаете, могу и с большим удовольствием это сделаю, потому что, на мой взгляд, приезжает очень интересный человек – это Ференс Фехер, он представляет Мексику, но интересен он тем, что он в свое время вместе с мексиканским правительством разрабатывал специальную франчайзинговую программу именно на государственном уровне. Это такая отдельная тема, сейчас, наверное, не стоит сильно распространяться, но это очень интересный опыт, и его присутствие у нас, здесь, в Москве – мне кажется, это очень интересно.
ЛИХАЧЕВА: А почему вы говорите, что в этом году вам сложнее было работать с участниками выставки, собирать все компоненты, необходимые для устроения этой выставки? Что за сложности?
СОЙАК: Вы знаете, общеизвестный факт, что когда в стране сложное экономическое положение, то все компании абсолютно первое, что они делают – они режут бюджет на маркетинг и рекламу. К сожалению, любая выставка рассматривается компанией как некая реклама.
ЛИХАЧЕВА: Но это же странно, ведь наоборот, можно как-то даже вырулить из какой-то сложной ситуации, например, поучаствовав в какой-то выставке, какие-то завязав нужные знакомства, или просто услышав нужный совет.
СОЙАК: Вы совершенно правы.
ЛИХАЧЕВА: Я просто не понимаю, если бы я была в такой ситуации, я бы, наверное, наоборот, участвовала во всех выставках на последние деньги – может быть, где-то бы эта дверь, та самая дверь как раз бы и открылась для меня.
СОЙАК: Вы знаете, вы абсолютно правы, говорите моими словами, но, к сожалению, сейчас это так – компании почему-то не рассматривают выставку как некие инвестиции. Потому что на самом деле, что сейчас происходит – не только по нашим проектам, но и вообще я смотрю по выставочным проектам – количество экспонентов уменьшилось. Ну, у каждого по-разному. А количество посетителей в несколько раз возросло, потому что люди, на самом деле, насколько бы в интернете не была доступна практически любая информация, все-таки, личное общение, возможность сравнить представляемые концепции на выставке – это совсем другое.
ЛИХАЧЕВА: Конечно, да.
СОЙАК: Поэтому я тоже не могу себе объяснить, почему компании так сейчас настороженно относятся к выставкам, но на самом деле, тоже, что хочется еще отметить – что любая выставка, как известно, это некое отражение отрасли. И то, что мы будем иметь на сегодняшний день – это реально, наверное, показывает, что есть франчайзинг сегодня в России.
ЛИХАЧЕВА: Да, что отрасль пока еще...
СОЙАК: Да-да-да. Потому что с кризисом, в принципе, большое количество компаний вынуждены были либо закрыть франчайзинговое направление, либо как-то попытаться удержать те объемы, которые у них есть сейчас. Просто, понимаете, сам франчайзинг в России развивался очень быстро. Он развивался очень сумбурно, спонтанно, и на самом деле это не очень правильно, потому что когда строится дом на каком-то дохленьком фундаменте – понятно, что он все равно долго не простоит. Поэтому сейчас, на самом деле, на рынке как раз остались те компании, которые действительно можно назвать франчайзерами.
ЛИХАЧЕВА: Которые понаделали наименьшее количество ошибок, да?
СОЙАК: Безусловно.
ЛИХАЧЕВА: В период этого сумбурного созревания франчайзинга.
СОЙАК: Безусловно, да.
ЛИХАЧЕВА: Давайте мы сейчас послушаем опрос, который называется так: что такое франчайзинг? Потому что мы с вами говорим: "Франчайзинг, франчайзинг". И я думаю, что, может быть, какая-то – наверное, небольшая, все-таки, у нас очень грамотная аудитория – но, все-таки, небольшая часть нашей аудитории, может быть, имеет некоторый вопрос: а что это, собственно говоря, такое? И, может быть, они имеют собственный ответ, но вполне возможно, вы сумеете этот ответ скорректировать. Давайте сначала послушаем ответы, а потом вы его прокомментируете.
СОЙАК: Хорошо, да, с удовольствием.
ЛИХАЧЕВА: Пожалуйста.
(Опрос)
‒ То же, что и мерчендайзинг, и что еще там, маркшейдер, и что-то такое, все эти непонятные слова.
‒ Я думаю, что это что-то с маркетингом и предпринимательством. Вид деятельности, какой-то человек, франчайзинг вид деятельности, например, франчайзер – человек.
‒ Мерчендайзинг – знаю, а франчайзинг – кого-то как-нибудь обмануть, я думаю. Деньги взять на одну сумму, попросить чек выбить на всю эту сумму, а реально купить за меньшую сумму.
‒ Сеть, допустим, ресторанов, кто-то хочет подобную концепцию использовать, и тогда используют принцип франчайзинга. Но как он работает, я не знаю.
‒ Не знаю, допустим, может быть, это передача прав каких-нибудь, типа лицензии, от одного предпринимателя к другому.
‒ Организация бизнеса, при котором одна компания передает другой компании права на реализацию проекта по определенным правилам, по-моему, за определенную сумму денег.
ЛИХАЧЕВА: Не так много, конечно, правильных ответов. Но все-таки, что такое франчайзинг? Ваше определение.
СОЙАК: Вы знаете, сейчас обязательно отвечу, но на самом деле, это очень хорошо отражает нашу сегодняшнюю действительность. И насколько я поняла, опрос производился где-то на улице.
ЛИХАЧЕВА: Вот здесь, рядышком, на Чистопрудном бульваре. Тут, кстати, не самая неграмотная аудитория гуляет.
СОЙАК: Вы знаете, замечательное совершенно было событие – не так давно, не буду говорить, где, потому что просто не буду. Но собирались очень важные люди, представители банковских структур. Обсуждались очень серьезные темы, новые программы в условиях кризиса. И я сказала, что вы знаете, вот достаточно интересная форма ведения бизнеса, как франчайзинг, и почему бы вам, банкам, не обратить на это внимание и найти в этом, в принципе, новый продукт.
ЛИХАЧЕВА: Конечно, какие-то определенные кредиты, смешанные проценты и так далее.
СОЙАК: Безусловно, да. Вопрос был задан модераторам, модераторы достаточно известные люди. Вы знаете, в ответ сначала тишина. А поскольку модератор не может оставить повиснувшим вопрос, соответственно, он должен ответить. Он – я понимаю, что человек не знает, что я говорю, и он не понимает. И точно так же начинает, что вы знаете, всякие иностранные слова с "инговыми" окончаниями, лучше бы нам говорить по-русски. И как-то он отошел просто от темы. Просто, на самом деле, действительно, понимание, что это такое, до сих пор – мы уже занимаемся этим шесть лет – в принципе, отсутствует у большого количества людей. И я и со своей стороны, как именно представитель компании, и от Ассоциации франчайзинга мы пытаемся максимально делать то, чтобы популяризовать идею. Потому что на самом деле, интересная форма, и она очень полезна, и особенно, как вы правильно сказали, в условиях кризиса. Итак, что такое франчайзинг все-таки.
ЛИХАЧЕВА: Давайте вы нам расскажете, что такое франчайзинг, буквально через полторы минуты. Я напомню, у нас сегодня в гостях Екатерина Сойак, генеральный директор компании "E.M.T.G.", во-первых, член совета директоров Российской Ассоциации франчайзинга, во-вторых, и учредитель премии "Золотой бренд". Мы вернемся буквально через полторы минуты, и Екатерина объяснит, что такое франчайзинг.
***
(Реклама)
ЛИХАЧЕВА: 9.17 в столице. Еще раз доброе утро! Вы по-прежнему слушаете "Финам FM". www.finam.fm – это адрес нашего сайта, можно задавать вопросы нашей сегодняшней гостье. Номер для SMS-вопросов – 5533, вопросы должны начинаться на русскую букву "я". В гостях сегодня у нас Екатерина Сойак, гендиректор компании "E.M.T.G.", член совета директоров Российской Ассоциации франчайзинга и учредитель премии "Золотой бренд". Кать, вы обещали нам рассказать доступно, популярно и понятно, что такое франчайзинг.
СОЙАК: С большим удовольствием. Вы знаете, кто-то из моих коллег, участников выставки, как-то сказал, что франчайзинг – это рецепт готового бизнеса. Вы знаете, за все время, когда я им занимаюсь, лучшего, наверное, описания я не слышала. На самом деле, франчайзинг – это некая форма ведения бизнеса, когда один предприниматель передает другому предпринимателю право пользоваться его торговой маркой, плюс, что самое важное, он передает пакет всех ноу-хау, назовем это так, всей специфики работы, всех стандартов, которые были разработаны и которые доказали свою жизнедеятельность на практике. То есть, это действительно рецепт готового бизнеса. Но ни в коем случае не нужно понимать, что это гарантия к успеху, потому что очень часто к франчайзингу относятся именно так, особенно в регионах, где информации не очень много, франчайзи, купив какую-то франшизу, говорит: "Слушай, я вот купил франшизу, и где же эти миллионы, которые есть у тебя?" Это совершенно не значит, потому что когда одна домохозяйка передает другой домохозяйке, как готовить торт – это совсем не обязательно, что одна сделает точно так же.
ЛИХАЧЕВА: Знаете, у меня бабушка так говорила. Когда ее спрашивали рецепт, она великолепно пекла пироги, она всегда говорила так: "Мучка одна, но ручки разные"
СОЙАК: Вот совершенно правильно, да, да. И здесь, кстати, очень интересный и очень важный вопрос – он у нас, к сожалению, немножко страдает – это выбор франчайзи и выбор франчайзера. Потому что на самом деле, как я уже сказала до этого, франчайзинг развивался у нас, особенно в 2007-м, 2008 году, просто неимоверно бурными темпами. Франчайзерами себя называли компании, которые совершенно таковыми не были. Да, им удалось раскрутить свой бренд, но именно сам пакет, который должен передаваться, именно пакет бизнес-стандартов, был не разработан. И после покупки их франшизы, соответственно, франчайзи сталкивался с проблемой, что никакой поддержки ему не оказывается, но есть возможность пользоваться брендом, и это все. Но этого крайне недостаточно. И точно так же, когда к известным брендам обращались франчайзи – московские или региональные, это уже не суть – компании были ошеломлены таким успехом и, соответственно, направо и налево, как горячие пирожки, раздавали свои франшизы. А потом, естественно, шли жалобы, что где-то там в Воркуте, или где-нибудь в Иркутске, или где-то еще под моей маркой делается непонятно что. То есть, на самом деле, выбор партнера – это достаточно сложный процесс, примерно это можно сравнить, наверное, с женитьбой, потому что договор заключается на пять, на десять и так далее, кто сколько хочет лет, и это совместная деятельность, и это действительно сложный процесс, на который нужно обращать внимание.
ЛИХАЧЕВА: В первую очередь, человеку, который хочет купить франшизу, на что нужно обратить внимание? Есть какие-то подводные, опасные камни, которые он, конечно же, наверное, не видит поначалу, но вы можете сейчас посоветовать? Итак, при выборе своего владельца франшизы что нужно делать?
СОЙАК: Вы знаете, я бы, наверное, прежде всего, посоветовала обращать внимание на состояние пакета, то есть, что конкретно человек приобретает. Потому что при покупке франшизы, соответственно, платится паушальный взнос, это единоразово, это вход в систему, и потом платится роялти, в зависимости от сферы деятельности компании это может быть помесячная, ежеквартальная, от объема – не суть.
ЛИХАЧЕВА: А назовите вилку, например, в ритейле?
СОЙАК: Вы знаете, мне сложно сказать, потому что если говорить о ритейле, то там роялти, как правило, не берется, потому что это имеет отношение к товарному франчайзингу, и франчайзер в принципе закладывает свою прибыль уже в сам товар. Соответственно, там платится только паушальный взнос.
ЛИХАЧЕВА: Понятно. А фаст-фуд, например, вилка какая?
СОЙАК: Фаст-фуд – вы знаете, по-разному. Если говорить о крупных сетях, то сам паушальный взнос может стоить в районе 30 тысяч евро, плюс-минус 10-15%, я могу немного ошибаться, и, как правило, это ежемесячное роялти, начиная от 4-6%, в зависимости, опять-таки, от компании. Так вот, при покупке франшизы я все-таки бы рекомендовала, наверное, очень серьезно обращать внимание на тот пакет, соответственно, поддержку, которая будет оказываться франчайзером. То есть, на момент открытия предприятия будет ли оказана какая-то поддержка, на момент обучения персонала, я не знаю, на какие-то процессы, связанные с самой непосредственной подготовкой, и вообще в течение всей работы концепции какая помощь, какая поддержка будет оказываться. Обязательно обращать внимание на условия покупки товаров, потому что каждая компания по-разному может выставлять условия, и список поставщиков может быть достаточно жесткий. Хотя сейчас, в условиях кризиса, я знаю, что франчайзеры здорово смягчили свои требования, если раньше, допустим, продукты – требования были, только какие-то западные продукты, то сейчас там стали обращать внимание на российские аналоги, что в принципе не сказывается на качестве. Но, тем не менее, франчайзер сейчас гораздо мягче подходит со своими требованиями. Но самое главное, еще раз говорю, чтобы франчайзи обращал внимание не только на раскрученность бренда, а все-таки, наверное, непосредственно на...
ЛИХАЧЕВА: На подход...
СОЙАК: ...Да, на подход, на оказываемую поддержку.
ЛИХАЧЕВА: ...Самого фрачайзера.
СОЙАК: Конечно.
ЛИХАЧЕВА: Хорошо, а самому франчайзеру чего стоит опасаться? Бывают, например, такие случаи – вот франчайзи... Давайте мы просто проясним, франчайзи – это тот человек, который покупает, да?
СОЙАК: Браво, да.
ЛИХАЧЕВА: Бренд. Франчайзер – это тот, который продает.
СОЙАК: Да, совершенно верно.
ЛИХАЧЕВА: То есть, собственно говоря, который сам этот бренд раскрутил, и теперь делится секретами успеха.
СОЙАК: Да-да-да.
ЛИХАЧЕВА: Допустим, франчайзи купил, попользовался этим брендом, потом поменял два слова в названии, место уже, особенно в регионах – ты прикормил к этому месту, в принципе, люди не особенно потом могут обратить внимание на то, что немножко изменился ассортимент, поменялись названия, две-три буквы, они все равно туда будут ходить. То есть, тебя попользовали – все, до свидания со своим роялти, мы тут как-нибудь уж сами с усами. Вот такие случаи...
СОЙАК: Вы знаете, они очень часто встречаются, такие случаи. К сожалению. Они встречаются и на Западе, но гораздо, гораздо меньше в процентном соотношении, нежели в России. Да, и мы, опять-таки, возвращаемся к моему предупреждению о серьезности выбора франчайзи. Потому что на самом деле процесс выбора и проработка кандидатуры достаточно длительная, он достаточно длительный. До года можно, допустим, смотреть, сравнивать, проверять. Ведь на самом деле, к франчайзеру поступает много заявок. И еще раз говорю, нужно очень серьезно подходить к человеку, с которым собираешься работать, потому что в Москве – хорошо, худо-бедно отследить можно. В регионах, как вы правильно сказали, это гораздо сложнее.
ЛИХАЧЕВА: Или это просто влетит в такую копеечку, знаете, объезжать все эти регионы, контролировать – это же нужно какой-то специальный штат просто выделить, который будет постоянно вот это.
СОЙАК: На самом деле, как раз франчайзинг именно и об этом, потому что у грамотного, у серьезного франчайзера должен быть хороший департамент, который будет оказывать эту поддержку, который будет отслеживать именно качество товара. Потому что помимо того, что ваш франчайзи может поменять вывеску – он может ее не менять, но под этой же вывеской непонятно, что готовить.
ЛИХАЧЕВА: Даже как.
СОЙАК: Безусловно, это нанесет очень серьезный вам вред именно вашему бренду. Потому что, еще раз говорю, в регионе, например, отследить это, если у франчайзера нет серьезной, допустим, команды, которая этим занимается – то непонятно, что на выходе, какой продукт может быть. Соответственно, от региона идет плохая репутация. А понятно, что, как правило, франчайзинговые компании – это, все-таки, компании с известной репутацией, с хорошим брендом. Поэтому именно отслеживать качество – для них это очень серьезный момент. Итак, возвращаюсь все-таки к выбору. Ведь существует большое количество систем по выбору. Есть огромное количество тестов. Франчайзи должен заполнять безумное количество анкет. И в принципе, на Западе люди нормально на это реагируют.
У нас, к сожалению, очень часто франчайзи – это люди, у которых есть достаточное количество средств, и почему-то они считают, что это ниже их достоинства – заполнять анкету. Понимаете, наверное, мы все-таки упираемся в не совсем четкое понимание, что это такое. Система сама по себе, для России, наверное, является, опять-таки, новой. И поэтому все те устои, которые есть, допустим, на Западе, у нас пока еще игнорируются. Но я думаю, что все-таки, наверное, этот кризис, можно, наверное, так сказать, что поможет устаканить саму отрасль. Наверное, отсеет недобросовестных франчайзеров, франчайзи будет более внимательно подходить к данному вопросу. Все как-то станет, наверное, на свои места. Может быть, не такими бурными темпами мы дальше будем развиваться, но более...
ЛИХАЧЕВА: Более структурировано...
СОЙАК: Конечно, да.
ЛИХАЧЕВА: ...Грамотно, четче, да? И более по западным стандартным шаблонам.
СОЙАК: Да, да. Вы совершенно правы.
ЛИХАЧЕВА: Екатерин, скажите, пожалуйста, какие сейчас отрасли франчайзинга развиваются и востребованы в кризис. Наиболее всего куда устремлены желания франчайзи?
СОЙАК: Вы знаете, сейчас очень интересно. Если раньше, до кризиса, у нас неимоверно бурными темпами развивалась розничная торговля, то, что я и говорила – это непродовольственный ритейл, наверное, в большей степени – то сейчас большой интерес в сторону ресторанного бизнеса, но, скорее всего, фаст-фуда все-таки больше.
ЛИХАЧЕВА: То есть, недорогое питание вне дома?
СОЙАК: Да, да.
ЛИХАЧЕВА: А для регионов это тоже актуально? А то мне кажется, там люди как раз на этом экономят. Ну, города-миллионники – да, но чуть уже поменьше – да я лучше дома, говорят люди, поем как-то.
СОЙАК: Вы знаете, если брать совсем маленькие города, то на самом деле, франчайзеры предпочитают туда не идти. Если мы берем более-менее крупные города, то все равно...
ЛИХАЧЕВА: Тысяч пятьсот – это какой, более-менее уже крупный город, да?
СОЙАК: В принципе, да, конечно. Просто люди уже привыкли за весь этот период общаться вне дома. То есть, это не то, чтобы просто сходить в кафе, а это, наверное, некий такой процесс общения...
ЛИХАЧЕВА: Просто повод.
СОЙАК: Да, конечно. Если сейчас, допустим, раньше средний чек был гораздо выше, то сейчас он пониже, но, тем не менее, люди все равно идут. Они предпочитают, может быть, купить немного подешевле еду, но пообщаться, все-таки, предпочитают, наверное, вне дома. Поэтому, соответственно, для регионов тоже. Для регионов очень актуально, потому что сейчас люди понимают, что в условиях кризиса устоять отдельной компании, какой-нибудь ООО "Пельмени", гораздо сложнее, нежели под каким-то известным брендом, потому что это специфика человека, люди предпочитают идти именно в брендовые...
ЛИХАЧЕВА: Да, в тяжелые времена люди предпочитают объединяться.
СОЙАК: Это безусловно. И, кстати, тоже очень важно, вы здорово это подметили, потому что франчайзинговая сетка обладает неким эффектом веника, потому что у самого франчайзера, как правило, есть корпоративная сетка, состоящая из определенного количества точек, плюс еще и франчайзи. То есть, на самом деле, воспринимается это все как некая серьезная, большая сеть, которая, на что еще хочется обратить внимание, чем мне нравится, например, эта форма – потому что франчайзер и франчайзи – очень интересный тандем. Это люди, которые кровно заинтересованы в успехе друг друга. И понимаете, они будут всячески поддерживать друг друга – я говорю сейчас о нормальных людях, не тех, которые хотят обмануть. Потому что на самом деле, франчайзер очень заинтересован в том, чтобы его франчайзи развивался. Соответственно, он получает с него роялти, он помогает ему развивать собственный бренд. И, соответственно, франчайзи точно так же заинтересован, чтобы у франчайзера было все хорошо, иначе он вместе с ним тоже пойдет ко дну.
ЛИХАЧЕВА: То есть, морально это такая дружественная, вне конкуренции атмосфера, в которой, в общем, при грамотном подходе комфортно работать просто?
СОЙАК: Да, да. Ну, дружественная, недружественная – отдельный вопрос, но они просто заинтересованы финансово.
ЛИХАЧЕВА: Но в идеале должна же быть какая-то дружественная атмосфера.
СОЙАК: Безусловно, но это не всегда так дружественно, конечно, там возникает много споров, и как всегда, там недовольство друг другом, но суть не в этом.
ЛИХАЧЕВА: По крайней мере, если нет конкуренции, все-таки, уже как-то полегче, правда?
СОЙАК: Безусловно, конечно. Но интересно именно тем, что они действительно заинтересованы в успехе друг друга. И это абсолютно нормальный, четкий финансовый подход. Поэтому именно в условиях кризиса этот эффект веника, который не позволяет переломить его. По отдельности компании, естественно, маленькие прутики переломить очень легко, а когда они все вместе, это сделать сложнее. Поэтому регионы, понимая это, соответственно, предпочитают сейчас менять вывеску своего какого-то непонятного ресторана на уже какой-то известный ресторан.
ЛИХАЧЕВА: Да. Давайте мы сейчас прервемся на три минуты. У нас сейчас будут краткие новости. Спустя три минуты я попрошу Екатерину, во-первых, продолжить, кстати, эту мысль, что еще сейчас популярно в франчайзинге, помимо фаст-фуда – в Москве, в регионах, эту тему мы доразовьем.
СОЙАК: Да.
ЛИХАЧЕВА: И плюс я попрошу вас ответить, как, на ваш взгляд, интерес государства в России как-то...
СОЙАК: Больная тема, очень больная тема.
ЛИХАЧЕВА: Да, больная? Я не хотела задеть за больное...
СОЙАК: Вы наступили на такую больную мозоль.
ЛИХАЧЕВА: Но давайте мы все-таки на эту больную мозоль наступим после кратких новостей.
СОЙАК: Да, с удовольствием.
ЛИХАЧЕВА: Я напомню еще раз, у нас сегодня в гостях Екатерина Сойак, генеральный директор компании "E.M.T.G.", член совета директоров Российской Ассоциации франчайзинга и учредитель премии "Золотой бренд".
***
(Новости)
ЛИХАЧЕВА: 9.33 в столице. Еще раз напомню, у нас сегодня в гостях Екатерина Сойак, которая сделала, во-первых, премию "Золотой бренд", сделала свою собственную компанию под названием "E.M.T.G.", и она – одна из тех специалисток, которые делают идею франчайзинга доступной, понятной и популярной у нас в России. Еще раз доброе утро, Екатерина.
СОЙАК: Доброе утро.
ЛИХАЧЕВА: Еще раз спасибо, что вы к нам сегодня пришли.
СОЙАК: И вам спасибо.
ЛИХАЧЕВА: Давайте, помимо фаст-фуда в регионах, какие еще сейчас популярные направления?
СОЙАК: Вы знаете, народ сейчас исходит из того, что в любые кризисные времена люди есть будут. Это мы говорили, это фаст-фуд. Люди, к сожалению, будут болеть, как бы сильно они ни беспокоились о своем...
ЛИХАЧЕВА: То есть, франчайзинг востребован и в медотрасли?
СОЙАК: И в медицине, безусловно. Еще интересная концепция, которая пользуется у нас, по нашему еще другому направлению – это брокерское направление. Мы представляем интересы западных франчайзеров, которые в России пока не работают. И по этому направлению мы видим большой спрос на дошкольное обучение, именно западное. Американские системы больше всего, которые как раз позволяют детям развиваться, практически, с малых лет, начиная даже с года.
ЛИХАЧЕВА: Так называемое раннее развитие, да?
СОЙАК: Да, да.
ЛИХАЧЕВА: Понятно, хорошо. Вы сказали, что тема государства и франчайзинга...
СОЙАК: Да!
ЛИХАЧЕВА: ...Это очень больная тема. Что такое, больная-то?
СОЙАК: Вы знаете, я вспоминаю, когда я только вернулась, потому что вернулась я практически тогда же, когда и была создана компания "Buybrand".
ЛИХАЧЕВА: Вернулись из Турции, да?
СОЙАК: Да, из Стамбула.
ЛИХАЧЕВА: Это какой год?
СОЙАК: На самом деле, 2003 год. Компания была создана в 2002 году, на тот момент я еще проживала в Турции, параллельно я еще работала в турецкой компании и, соответственно, уже начинала работу над "Buybrand". И первое, что было – я помню свою реакцию, потому что, живя за границей, первое, для меня было совершенно непонятно, как это так, о франчайзинге в России знают очень немногие? Потому что это же так здорово, в принципе, это очень удобно. И первое, куда я попала – я попала в московское правительство. Понятно, что я не буду, безусловно, называть. И когда я рассказала всю идею и попросила поддержку – поддержки просто в принципе, прийти на наше мероприятие, сказать, что посмотрите, как здорово, это новое...
ЛИХАЧЕВА: То есть, не денежной поддержки?
СОЙАК: Абсолютно, нет-нет-нет. Мы, в принципе, достаточно самостоятельные всегда были. И я столкнулась с абсолютнейшим отсутствием понимания и желания что-либо сделать. Потом мы стали двигаться дальше, мы пытались выходить на федеральный уровень, и, начиная, наверное, с прошлого года огромное спасибо Сергею Борисову, в принципе, "ОПОРА" много сделала для того, чтобы...
ЛИХАЧЕВА: Два слова – "ОПОРА" – это что?
СОЙАК: "ОПОРА" – это Общероссийская общественная организация поддержки малого и среднего предпринимательства, которая создала тоже при нашем участии комитет по франчайзингу, и вот мы начали работу над тем, чтобы доказать, на самом деле, нашим властям, что обратить внимание на франчайзинг стоит. Потому что я действительно, даже сейчас, занимаясь этим уже шесть лет, не могу понять, почему на эту форму ведения бизнеса внимания не обращается. Потому что на самом деле ведь не секрет, что в России бухгалтерия ведется, если не совсем в черную, то, по крайней мере, в серую. Все-таки, франчайзинг – это такая форма, которая обязывает и франчайзера, и франчайзи работать в белую. Соответственно, государству это выгодно. Более того, сейчас, в условиях кризиса более-менее быстрое создание, правильное создание предприятий, естественно, способствует появлению новых рабочих мест. Концепции все доказали свою жизнеспособность, поэтому, соответственно, вы говорили как раз о статистике, которая, опять-таки, на руку государству. И у меня, вы знаете, сложилось впечатление, что, скорее всего, нет понимания, о каких объемах мы говорим. И как раз, возвращаясь к нашей деловой программе, которая будет организована в рамках выставки – я и хочу показать, наверное, общественности на примерах других государств, что это такое именно в цифрах. То есть, ведь в Европе, в Америке, действительно, оказывается поддержка – где финансовая, где не финансовая, но, по крайней мере, действительно, оказывается поддержка и уделяется большое внимание развитию франчайзинга. И я хочу, чтобы эти эксперты показали на цифрах, что это такое, что это за объемы, и тогда, я думаю, может быть, будет реакция немного другая.
ЛИХАЧЕВА: Как-то камень сдвинется в нужном направлении?
СОЙАК: Да, да.
ЛИХАЧЕВА: Екатерина, ответьте, пожалуйста, тут вопрос от Артема пришел по SMS: "Скажите, есть ли смысл участвовать в премии "Золотой бренд" молодой компании, или все призы уже раскуплены зубрами франчайзинга? Я слышал, что существуют какие-то немыслимые анкеты, которые заполнить сложно, нет никакой возможности обогнать общепризнанных лидеров. Спасибо, Артем".
СОЙАК: Вы знаете, спасибо большое за вопрос. На самом деле, маленькое-маленькое лирическое отступление. Дело в том, что компания "Buybrand" создавалась двумя людьми, у меня есть партнер. Создавалась абсолютно на наши собственные средства, которых практически не было, и премия "Золотой бренд" была учреждена, по-моему, два года спустя после работы выставки, и тогда нам с финансовой точки зрения было очень плохо, вот поверьте, очень плохо. Предложения купить премию поступали. Суммы, которые предлагались, тогда для нас были неимоверны. Ни разу, ни тогда, ни теперь, ни сейчас, никогда премия "Золотой бренд" не продается. Это раз. Два – если компания молодая франчайзер, то, скорее всего, вряд ли у нее будет возможность получить эту премию. Потому что там сравниваются анкеты, были очень-очень сложные, сейчас они несколько упростились, но, тем не менее, молодой франчайзер вряд ли сможет конкурировать с серьезными франчайзерами. Потому что там сравниваются объемы, там сравнивается количество, там сравниваются условия – это в принципе молодая компания позволить себе не может. Если эта молодая компания является, допустим, франчайзи – то да, это совершенно бесплатно можно поучаствовать, и там есть все шансы получить статуэтку.
ЛИХАЧЕВА: Спасибо, Екатерина, за исчерпывающий ответ. Давайте мы, завершая тему франчайзинга, послушаем опрос, который проводили там же, на Чистопрудном бульваре, среди тех, кто правильно ответил на вопрос, что такое франчайзинг. Следующий вопрос был такой: а вы бы хотели заниматься франчайзингом?
СОЙАК: Отлично.
ЛИХАЧЕВА: Давайте послушаем.
СОЙАК: Давайте.
(Опрос)
‒ Нет, я бы не хотел. Я думаю об этом, но мне кажется, это достаточно ответственный шаг. Не имеет возможности какой-то пластики, то есть, ты уже привержен к какому-то бренду и зависишь от него, и ты не можешь ничего менять.
‒ Свою – надо вклиниться суметь на рынок, а здесь уже раскрученная марка, меньше головной боли, по идее, должно быть. Минусы – наверное, уже кто-то на рынке присутствует, все равно уже конкуренция есть.
‒ Для начального бизнеса это очень интересно, потому что тебе уже не надо что-то новое придумывать, у тебя уже есть базис, основа. Ты ее раскручиваешь и работаешь.
‒ Не исключено, в принципе. Это стандартная, я так полагаю, процедура ведения бизнеса, которая в определенной степени позволяет минимизировать издержки входа.
‒ Это если человек действительно просто хочет делать деньги – то, наверное, это хорошо. А когда человек хочет делать что-то для себя – не вижу в этом смысла.
ЛИХАЧЕВА: Екатерин, есть какие-то комментарии на эту тему?
СОЙАК: Вы знаете, совершенно правильно, два мнения. Для кого-то франчайзинг подходит, для кого-то нет, вот и все.
ЛИХАЧЕВА: Угадайте, какой вопрос я задам вам сейчас?
СОЙАК: Не знаю.
ЛИХАЧЕВА: Вы бы хотели заниматься франчайзингом? Вы, вообще, человек, который может этим заниматься?
СОЙАК: Нет.
ЛИХАЧЕВА: Я так и знала. Конечно же, это очевидно.
СОЙАК: То есть, это не плохо и не хорошо, это просто данность.
ЛИХАЧЕВА: А сколько компаний вы на своем веку организовали?
СОЙАК: Выставок, вы имеете в виду, или компаний?
ЛИХАЧЕВА: Компаний, нет, именно компаний.
СОЙАК: А, компаний – вы знаете, на моем веку две, где я являюсь соучредителем, и очень долго, на мой взгляд, я работала как наемный сотрудник, живя в Турции, 12 лет я проработала просто наемным сотрудником.
ЛИХАЧЕВА: Значит, две компании, одна премия, довольно уже известная и раскрученная, и сколько выставок?
СОЙАК: Ой, вы знаете, сейчас навскидку мне сложно сказать. Если в общей сложности я занимаюсь организацией выставок с 96-го года, в год было выставок иногда и по семь, и по восемь – мне сложно сосчитать.
ЛИХАЧЕВА: Так, понятно. А почему вы вообще стали этим заниматься? Вы закончили институт, первое образование у вас какое?
СОЙАК: Я журналист по образованию.
ЛИХАЧЕВА: Это, кстати, тоже чувствуется. Здравствуйте, коллега.
СОЙАК: Да. Вы знаете, у меня даже был небольшой опыт. Я не знаю, вспомнят слушатели, нет – была на заре перестройки газета совместная российско-американская, называлась она "Мы". И вот у меня там выходили материалы совместные с одним американским тоже журналистом, очень на тот момент казались, просто это верх интереса. У меня первая статья была о наркоманах в России, а поскольку тогда я еще была молоденькой и, в принципе, росла достаточно... Нельзя сказать, что сильно замкнуто, но как некое домашнее растение, и в принципе, была очень сильно от этого далека. И первый материал, который выходил о наркоманах в России – это, в принципе, для меня было шоком. А поскольку работала я тогда с американцем, то он меня таскал по всем по злачным местам. Это действительно было очень интересно. Вторая статья была о гомосексуалистах в России, это в принципе тоже для меня было абсолютно...
ЛИХАЧЕВА: Ничего себе вы темки брали, да.
СОЙАК: Вы знаете...
***
ЛИХАЧЕВА: Легких путей не искали с юности самой.
СОЙАК: ...Как-то так сложилось, да. А потом все, я уже уехала в Турцию, и на какой-то момент...
ЛИХАЧЕВА: Что это вы уехали в Турцию?
СОЙАК: Да банальная история – я вышла замуж.
ЛИХАЧЕВА: Так, понятно.
СОЙАК: И на какой-то момент уже потом я просто поняла, что, наверное, журналистика – это не совсем для меня. То есть, какая-то часть, которая нужна в повседневной жизни – я ее с собой тащу, наверное, а вообще-то как-то...
ЛИХАЧЕВА: Расскажите, как 10 лет в Турции для российской девочки прошли?
СОЙАК: Вы знаете, на самом деле, что нас не убивает, то делает сильнее. Не очень просто. К сожалению, с Перестройкой в Турции появилось очень много девушек из всего бывшего Союза, для турок они считались все из России. К огромному, опять-таки, сожалению разные девушки, которые приезжали туда на заработки, и поэтому репутация плохая. Слава Богу, мне повезло, но по другому-то быть, наверное, не могло, я просто при других условиях вряд ли там жила. Но, тем не менее, ни семья моего бывшего мужа, ни то место, где я работала – как-то слишком мы были далеки от этого, но, тем не менее, все равно, так или иначе это ощущается. Я вспоминаю, когда, вы знаете, я закрылась у себя в кабинете и рыдала, потому что в самой популярной газете турецкой вышла огромная статья именно о русских девушках, потому что имя Наташа там воспринималось, извините, как "девушка легкого поведения", и я закрылась на полтора часа и написала письмо главному редактору. Я рыдала, когда я его писала, понимаете, мне было настолько обидно – потому что это самая популярная была газета, и именно распространяет такую информацию...
ЛИХАЧЕВА: Прочитали все, короче, да?
СОЙАК: Нет, вы знаете, ответа мне не пришло, публикации никакой не было, то есть, вообще это было проигнорировано. Мне было ужасно обидно. Но дело, конечно, не в этом, это, наверное, больше имеет отношения к личному, но на самом деле, не очень просто. Но для меня это было очень хорошей школой, потому что компания, где я работала, занималась организацией выставок не только в Турции, не только в России, она занималась во многих странах. Это был колоссальный для меня опыт, и очень полезный, которым я пользовалась...
ЛИХАЧЕВА: Потом применили, когда вернулись в Россию?
СОЙАК: Да, да.
ЛИХАЧЕВА: А в каком году вы вернулись в Россию?
СОЙАК: В 2003-м.
ЛИХАЧЕВА: 2003 год. В принципе, тут все на подъеме было, очень так все веселенько.
СОЙАК: Вы знаете, было веселенько, на подъеме, но я столкнулась с таким интересным фактом, потому что, живя в Турции, я себя не ощущала принадлежащей к той стране, то есть, я была неким аутсайдером. Вернувшись сюда, после десятилетнего отсутствия – вы понимаете, я столкнулась с тем, что я здесь тоже не вписываюсь, и у меня ушло очень много времени на то, чтобы вписаться. Потому что, несмотря на то, что я приезжала в командировки, еще доучивалась, все равно восприятие совсем другое. И я помню свое шоковое состояние, когда я приехала в Москву, а уже нахватаешься каких-то привычек, наверное – да, сейчас уже для нас нормально, когда звонишь незнакомому человеку и говоришь: "Здравствуйте, как ваши дела?" Тогда это было, я помню... Просто я звоню кому-то и спрашиваю: "Здравствуйте, как ваши дела?" Молчание, а потом: "Что вы имеете в виду, как мои дела?" Какие-то такие смешные, курьезные моменты, конечно, были, но интересный был процесс, опять, адаптации к той стране, откуда уехала.
ЛИХАЧЕВА: Ой, это, знаете, на самом деле, большая, в общем-то, проблема, когда человек уезжает надолго, потом возвращается, а оказывается в ситуации, когда он и не там, и не здесь.
СОЙАК: Вот да.
ЛИХАЧЕВА: Такое, знаете, между землей и небом такой повис.
СОЙАК: Да, да, вот это достаточно сложно было.
ЛИХАЧЕВА: Как цветок в проруби, да. Но вы это преодолели? Я так понимаю, вы вообще женщина, которая...
СОЙАК: Как видите.
ЛИХАЧЕВА: ...Умеет преодолевать, умеет. Расскажите, как вы это делали, буквально через полторы минуты. Давайте мы сейчас прервемся. Я напомню, у сегодня в гостях генеральный директор компании "Buybrand", компании "E.M.T.G.", да? Член совета директоров Российской Ассоциации франчайзинга и учредитель премии "Золотой бренд" Екатерина Сойак. Мы через полторы минутки буквально вернемся.
(Реклама)
ЛИХАЧЕВА: 9.48 в столице. И еще раз доброе утро. Еще раз представляю нашу сегодняшнюю гостью. Наша сегодняшняя гостья делает премию "Золотой бренд", уже сделала, является соучредителем и генеральным директором двух компаний – компании "E.M.T.G." и компания "Buybrand". И еще наша сегодняшняя героиня делает доступной и популярной идею франчайзинга у нас в России. И еще раз здравствуйте.
СОЙАК: Здравствуйте.
ЛИХАЧЕВА: Мы с вами остановились на том – да, да. Для тех, кто только что включил 99,6, не лишне будет поздороваться. Екатерин, вы обещали рассказать этот период сложный, когда вы десять лет были не в России, жили в Стамбуле, потом вернулись, преодолели это ощущение, что вы уже вроде как уже и не здесь, вроде как уже и не своя. А как, вообще, вы это преодолевали? Тяжело?
СОЙАК: Вы знаете, правда, 10-15 минут нам не хватит. Потому я очень кратко попытаюсь рассказать такие, на мой взгляд, достаточно смешные, курьезные, очень важные моменты. Перед, наверное, уже отъездом из Турции я прочитала замечательную совершенно книгу Эйн Рэнд "Источник". И читаешь все равно много, и разной литературы, но, наверное, это одна из немногих книг, которая повлияла вообще на меня очень сильно. Она даже не то, что повлияла, а я просто увидела отражение, наверное, своей философии там. Так вот, совсем-совсем кратко: там начинается книга с истории о молодом студенте, которого отчисляют за какие-то провинности, но не суть. И когда ему об этом объявляют, тот человек, который ему объявляет, преподаватель, чувствует себя очень неуверенно, начинает юлить и говорить, что "вот, мы вынуждены, но, может быть, мы тебя потом назад возьмем". А парень совершенно спокойно смотрит и говорит: "Вообще, на самом деле, мне самому надо было это сделать". Тут преподаватель удивился, смотрит, говорит: "Как же, что же ты будешь теперь делать?" Он говорит: "Ну как что? Пойду строить высокие, большие дома". А тот ему говорит: "Да кто ж тебе позволит?" И парень ему отвечает: "Да кто же меня остановит?" Вы знаете, когда я прочитала "Кто же меня остановит?", эта фраза, на самом деле – так, наверное, получалось, потому что мы с моим партнером первый проект выставки по франчайзингу, потому что на тот момент мы не знали, что ее сделать нереально. Это действительно так, потому что, обладая знаниями, которые есть сейчас, на тот момент я бы никогда бы за это не взялась, и мой партнер, я думаю, тоже. Потому что я уже, как говорила, на тот момент в России не жила, понимание, что сейчас происходит, у меня отсутствовало напрочь, более того, мне очень сложно было понять тогда, на каком низком уровне находилось в России знание о франчайзинге. Мой партнер, она женщина, жила в России, очень хорошо ориентировалась в российской действительности, на тот момент не очень хорошо понимала, что такое франчайзинг. И мы, понимаете, как – мы, действительно, объединились и сделали этот проект, мы не знали, что его сделать нереально. Но дело не в этом. Хочу рассказать смешную историю, когда у нас украли название. Она и смешная, и слезная, и, в общем, достаточно трагичная, потому что первую выставку мы проводим, с точки зрения финансов просто караул, мы вылетели в жуткую трубу, в общем, все, крах. И тут ко мне в процессе выставки подбегает коллега, говорит: "Катерина, Катерина, здесь иностранный гражданин хочет с вами пообщаться как раз на предмет, он очень заинтересован, на предмет инвестирования". Я захлопала в ладоши, думаю: "Ну, вот, Бог есть, теперь и на нашей улице будет праздник". Встречаемся, знакомимся мы с этим гражданином, гражданин из Канады, потом переехал в Израиль. В Канаде он владеет большой сеткой супермаркетов дешевых, и вот он говорит, что франчайзинг – суперздорово, в России замечательные совершенно возможности, хочет стать нашим партнером. Естественно, я уже говорю, что в ладоши захлопали. Опыта тогда все равно никакого не было. И мы провели с ним ряд переговоров, длилось это все, наверное, в районе трех месяцев. Он не из выставочного бизнеса, поэтому, соответственно, мне пришлось ему сделать все раскладки, понятно, чтобы человек ориентировался, что, чего, куда и откуда. Вот, потом он мне сказал, что ему нужно посоветоваться обязательно – все его устраивает, все ему нравится, я ему нравлюсь, все здорово, он говорит. Но ему нужно посоветоваться с астрологом, потому что все новые начинания он обязательно, всегда спрашивает у своего астролога. И он удалился в свою страну, потом он мне пишет письмо, что астролог дал добро, что все нравится, все хорошо. "Но, – говорит, – ты знаешь, Катерин, я тут подумал, посмотрел. Денег я дать не могу, а вот за определенную долю в компании я буду заниматься международным маркетингом". Я поскольку жила за границей, работала на тот момент еще все равно в иностранной компании – международный маркетинг я сделаю сама. Тут я ему сказала, что "парень, не судьба, значит, в другой раз", потому что тогда нам, действительно, нужны были деньги. Ну и все, и, в принципе, мы забыли про него. И где-то прошел, может быть, год-полтора, я на французской выставке иду по коридору, обвешанная всякими лэптопами, какими-то буклетами, и вдруг слышу: "Катерина!" Я оборачиваюсь и смотрю: стоит этот Денис, явно удивленный, что видит меня там. Я, более того, удивлена – что никак, уже забыла совершенно про него. Говорю: "Что ты здесь делаешь?" Он мне показывает, знаете, так немножко стыдливо буклетик с информацией о выставке, о выставке в Венгрии, первая выставка по франчайзингу в Венгрии, которая называется "Buybrand". Я говорю: "Ах ты, гад!"
ЛИХАЧЕВА: Вот гад, действительно.
СОЙАК: "Ты же украл мое название!" Он говорит: "Да ладно тебе". И вы знаете, на самом деле, с одной стороны было ужасно обидно, с другой стороны, это где-то немножко льстило. Потому что, как правило, россиян всегда обвиняли в том, что они воруют идеи, что мы все время занимаемся плагиатом, а здесь наоборот.
***
ЛИХАЧЕВА: Неправда. Все наши российские идеи – наша беда в том, что мы свои российские идеи не умеем раскручивать так, как они умеют раскручивать на Западе.
СОЙАК: Вы совершенно правы, да. Но, тем не менее где-то даже немного льстит, потому что человек очень состоятельный. Мы придумывали все сами, я уже говорила, мы с партнером, когда объединялись, действительно придумывали сами, и все делали вместе. И поэтому, соответственно, было очень обидно, что у человека есть возможности, он может – ну, хорошо, понравилась идея, да, тебе понравилось, интересно – ну возьми ты как-то, немножко по-другому сделай. Но, тем не менее, они существуют, по-моему, и по сей день, выставка в Венгрии...
ЛИХАЧЕВА: Нет, на самом деле, правда, очень хорошее название.
СОЙАК: ...Которая тоже называется "Buybrand".
ЛИХАЧЕВА: "Buybrand" – это еще пойди придумай, на самом деле.
СОЙАК: Вы знаете, да, на самом деле, название хорошее получилось. Оно очень правильное, очень четкое, но на первом этапе нам приходилось с ним нелегко, потому что "Buybrand", "Купи бренд", и вот это слово "Купи" – такое, неоднозначную реакцию вызывало. Сейчас уже все привыкли, в принципе, да, хорошее, удачное очень название.
ЛИХАЧЕВА: Екатерин, а когда вы почувствовали, что то, что я делаю – я делаю правильно, и мне это приносит теперь финансовый доход, и вообще я на правильном пути? Вы встали на ноги когда?
СОЙАК: В 2008 году.
ЛИХАЧЕВА: О! Не так давно.
СОЙАК: Не так давно. Вы знаете, на самом деле, для меня было очень важно, потому что я уже говорила, что в той компании, в которой я работала, мне было очень важно расстаться с ними правильно и ни в коем случае, наверное, помимо опыта, который я заработала, не перейти им дорогу. И уже сделав свою компанию, мы выбирали темы достаточно сложные. Мы выбирали темы, которые находились и находятся на самом начальном пути своего развития – это касается и франчайзинга, у нас есть другой наш проект – это вендинговая выставка. Отрасль тоже очень сложная, очень мало развитая, поэтому, когда вы сказали, что я теперь на правильном пути и зарабатываю достаточно – это получилось в 2008 году, а в 2009, извините, но все опять рухнуло. Поэтому все заново.
ЛИХАЧЕВА: Ничего, ничего, это ненадолго. Скоро...
СОЙАК: Я очень на это надеюсь, да.
ЛИХАЧЕВА: А вы думаете, это ненадолго?
СОЙАК: Вы знаете, я надеюсь, что это ненадолго. Но дело в том, что выхода-то другого нет у нас. Я, наверное, принадлежу к категории барахтающихся, и поэтому буду делать все возможное, чтобы, в принципе, двигаться даже в этих условиях.
ЛИХАЧЕВА: Тут один Дмитрий пишет: "В 2004-м, 2005 году работал в "Крокус Экспо". Екатерина привозила выставку, если не ошибаюсь, джинсовую. Очень интересный, позитивный человек". Это, кстати, правда. Так что "спасибо" говорит вам Дмитрий.
СОЙАК: Спасибо большое. Да, это была как раз другая компания, это турецкая компания, где я работала.
ЛИХАЧЕВА: Еще одна SMS-очка от Натальи: "Спасибо за программу. Скажите, почему так мало деловые СМИ пишут и говорят о франчайзинге?" Ну, мы с вами об этом уже говорили.
СОЙАК: Огромное спасибо за этот вопрос. Вы знаете, мы, кстати, в рамках "Золотого бренда" учредили отдельную премию для журналистов по нескольким номинациям, и я надеюсь, что это будет неким стимулом для того, чтобы все-таки информация стала появляться. Потому что помимо того, что это мало пишется в прессе – еще у нас и в вузах-то практически никакой информации нет. Поэтому, как результат, мы имеем то, что имеем.
ЛИХАЧЕВА: В общем-то, да. Знаете, я еще какой вам вопрос хотела задать – вы сказали в начале программы, что вы, в общем, были стеснительный ребенок, домашнее растение. Я прямо не могу...
СОЙАК: Это я вам сказала, вам.
ЛИХАЧЕВА: Вы сказали об этом в эфире тоже. Да, когда говорили про темы гомосексуализм и наркомания.
СОЙАК: А, да-да-да.
ЛИХАЧЕВА: Я все помню, что вы сказали в эфире, а что вы сказали не в эфире. Я прямо не могу в это поверить – вы на самом деле были таким стеснительным ребятеночком?
СОЙАК: Вы знаете, я была очень стеснительной. Прямо, действительно, очень. И мне было очень тяжело, когда уже появился "Buybrand", выступать публично. Я очень много над собой работала, и надеюсь, что у меня, все-таки, получилось. Но это было так, да, мне было очень тяжело.
ЛИХАЧЕВА: А как вы это в себе задавили, эту стеснительность? Вы вообще ее давили, или отпустили ее, или что вы с ней сделали?
СОЙАК: Нет, вы знаете, действительно давила. Но не так давно я еще ходила в Школу актерского мастерства – я думаю, что это тоже немножко помогло. Но, в принципе, да.
ЛИХАЧЕВА: Это здорово помогло, кстати.
СОЙАК: Да?
ЛИХАЧЕВА: Нет, в самом деле, сейчас просто невозможно поверить, что вы – стеснительный человек. А до сих пор что-то такое, какое-то стеснение?
СОЙАК: Иногда есть, когда обращают внимание, то как-то так хочется немножко спрятаться.
ЛИХАЧЕВА: Я, знаете, когда тут хотела про вас узнать – еще какие-то, может быть, есть увлечения, не увлечения, то потом наткнулась на информацию про какие-то невозможные сломанные ребра, про какие-то страхи, когда вы пытались увлечься яхтой или самолетом. Не могли бы рассказать?
СОЙАК: Вот это, на самом деле, да.
ЛИХАЧЕВА: Стеснительный человек решил, значит, самолет покорить, потом на яхте.
СОЙАК: На самом деле, это из той же истории. Я боюсь летать. Я очень боюсь летать, я очень не люблю летать, и на какой-то момент я поняла, что нужно как-то мне побороть, наверное, этот страх. А побороть по-другому как? Научиться летать. Я решила научиться пилотировать самолет, пробежалась по знакомым, благо, есть знакомые, которые летают и достаточно давно, делают это грамотно. И я попросила их отвести меня на летное поле, соответственно, познакомить с инструктором – в общем, я была полна решимости. Первый раз, когда я поднялась с этим самолетом, то это был неимоверный ужас просто. Вы знаете, я влипла в это кресло, я даже вниз не могла посмотреть, это было нереально. Меня потом на второй круг взяли. А потом мне рассказали жуткую, страшную историю, я просто даже не буду ее повторять, и все, я решила, что мне это не надо. Лучше я буду как-то бояться летать, но все-таки пилотировать самолет не буду.
ЛИХАЧЕВА: А вы до сих пор просто на пассажирском лайнере даже боитесь летать?
СОЙАК: Да, я очень неуютно себя чувствую.
ЛИХАЧЕВА: Я тоже.
СОЙАК: Нервничаю всегда, и как-то прямо не нравится мне это дело. А поломанные ноги – не ребра – это была другая история. Это как раз мой партнер по бизнесу мне сделала подарок на день рождения – отправила меня на регату. Это был первый опыт, плаваю я так себе, в международной регате никогда не участвовала. Тоже забавный совершенно был опыт.
ЛИХАЧЕВА: Хороший подарок такой.
СОЙАК: Нет, на самом деле, это действительно было здорово. Все произошло после соревнований, потому что мы уже с командой решили – там получалось четыре или пять дней, я уже не помню, сами соревнования, а потом два дня свободного плавания. И, соответственно, мы решили перед тем, как уйти в свободное плавание, покататься на маленьком острове на квадроциклах. И, соответственно, я там не вписалась в поворот, и там же я получила пять переломов, там же мне, в Греции, сделали операцию, потом я вернулась сюда. Но это действительно очень забавный и очень интересный этап моей жизни был.
ЛИХАЧЕВА: А сейчас вы чем-нибудь так увлекаетесь по-серьезному?
СОЙАК: Вы знаете, прямо на данном этапе по-серьезному, наверное, подготовкой к выставке – это самое экстремальное, что может быть.
ЛИХАЧЕВА: Занимает абсолютно все время, в общем, ни на что другое уже не остается времени?
СОЙАК: В принципе, так, да.
ЛИХАЧЕВА: Напомните, когда еще выставка? Все-таки, те, кто хочет прийти, поучаствовать – еще раз, давайте завершим. Что за выставка, когда, где?
СОЙАК: Международная выставка по франчайзингу, которая пройдет с 22 по 24 сентября в "Крокус Экспо". Мой большой совет – обратить внимание на деловую программу, деловую программу всю можно посмотреть на нашем сайте, это buybrand.ru. Еще раз просто повторюсь, что приезжают очень интересные спикеры, международные эксперты, искренне советую посетить.
ЛИХАЧЕВА: Мы, может быть, тоже сходим, потому что мне что-то...
СОЙАК: Будем вас ждать.
ЛИХАЧЕВА: ...Даже как-то интересно мне стало. Спасибо большое, Екатерин. Я искренне надеюсь, что вы не в последний раз у нас, на "Финаме". Еще раз напомню, у нас сегодня в гостях была Екатерина Сойак, учредитель премии "Золотой бренд", член совета директоров Российской Ассоциации франчайзинга и генеральный директор компании "Buybrand" и "E.M.T.G." Спасибо.
СОЙАК: Спасибо вам.
ЛИХАЧЕВА: Это была программа "Они сделали это!" Эту программу помогали делать: продюсеры Ирина Колоскова, Элина Буцкая, корреспондент Валентина Васильева, за пультом сегодня был Евгений Лабыч. Я прощаюсь с вами до завтра. Счастливо!
© Finam.fm