Они сделали это! 08/02/2010 09:05
ЛИХАЧЕВА: 09.07 в столице. Доброе утро, вы слушаете "Финам FM". Меня зовут Елена Лихачева, здравствуйте. Даже если вы не метеозависимый человек, наверняка вы хотя бы раз в жизни смотрели у нас на телевидении прогноз погоды. Я, конечно, тоже не исключение, но только буквально на днях, готовясь к программе, я задумалась: а кто, кроме собственно метеорологов, операторов и ведущих, все это готовит? Кто делает все эти стрелочки, облачка, солнышко, географические карты, и так далее? Оказалось, это грандиозная, любопытная, очень интересная работа. У нас сегодня человек, компания которого занимает лидирующее положение в этой области. У нас сегодня в гостях генеральный директор и основатель компании "Меркатор" Андрей Скворцов. Андрей, доброе утро.
СКВОРЦОВ: Доброе утро.
ЛИХАЧЕВА: Вы метеозависимый человек?
СКВОРЦОВ: Нет. В этом смысле. Как человек, не метеозависимый. Да, я хотел бы сразу поправить, что "Погоду" производит на всех каналах телекомпания "Метео ТВ", а "Меркатор", как партнер компании "Метео ТВ", готовит компьютерную графику, программное обеспечение.
ЛИХАЧЕВА: Это называется "инфографика", да?
СКВОРЦОВ: Это называется "инфографика" для прогноза погоды.
ЛИХАЧЕВА: Давайте мы послушаем рубрику "Статус", потом обсудим.
СТАТУС: Андрей Скворцов, генеральный директор и основатель компании "Меркатор". 37 лет, женат.
КАК ЭТО ДЕЛАЛОСЬ: В 94-м окончил географический факультет МГУ. В 2004 получил степень МВА. В 2009 завершил обучение в Гарвардской школе бизнеса. Вот уже на протяжении 16 лет является одним из основателей и бессменным директором компании "Меркатор". Увлекается парашютным спортом, призер кубков и двукратный рекордсмен России. Участвует в постановках театральной студии.
ЛИХАЧЕВА: Еще раз доброе утро, Андрей. Спасибо, что вы к нам сегодня пришли. Давайте я для начала назову самые ваши громкие проекты, чтобы наши слушатели представляли, о ком 
и о чем, собственно, идет речь. Именно вы делали инфографику для телеканала "Россия 1", "Погода на ''НТВ''", то, что касается Александра Беляева – это все ваше, да? Я, кстати, хотела спросить, это не ваше лицо я видела, случайно, в воскресенье вместо Александра Беляева?
СКВОРЦОВ: Да, это так.
ЛИХАЧЕВА: То есть вы уже пробуетесь? Шагнули в кадр?
СКВОРЦОВ: Да, Александр Вадимович приболел не так давно, месяца на два – на три он из эфира уйдет, и меня позвали его заменить. Я попробовался, каналу это понравилось, генеральный директор сказал: "О'кей, давай, поработай", и в пятницу-субботу у меня был дебют, я выступал ведущим прогноза погоды.
ЛИХАЧЕВА: Я просто вас раньше никогда в жизни не видела, только на фотографии. Поэтому, когда смотрела, думала: что же они делают на этом канале? А потом смотрю – ба! Да они не только делают, он и сам там тоже читает прогноз погоды. Но это был первый опыт?
СКВОРЦОВ: Это был первый опыт. На самом деле, это был не совсем первый опыт, потому что я – метеоролог. Географический факультет, кафедра метеорологии. Это моя тема, я с удовольствием всегда делал телевизионную погоду в качестве инфографики. И я пробовал, записывал какие-то "пилоты" для себя, и мне всегда все говорили: "Тебе не надо быть ведущим, ты директор, занимайся этим всем". Но мне как-то это свербило, мне хотелось попробовать поработать в этом качестве, а, кроме того, мне не нравилось, что делают другие ведущие. Я знал, как лучше это сделать.
ЛИХАЧЕВА: Вам не нравится Александр Беляев?
СКВОРЦОВ: Мне нравится Александр Беляев, но мне кажется, что можно рассказать интереснее именно саму метеорологию. То есть Александр Беляев – обаятельный, интересный человек, на него приятно смотреть, но погоду, на мой взгляд, можно рассказывать более интересно, более драматургично, что ли – кто там с кем борется, какие процессы в атмосфере…
ЛИХАЧЕВА: Хорошо, я в конце программы попрошу обязательно, чтобы вы нам рассказали о сегодняшней погоде наиболее интересно, может быть, драматургически как-то попробуем, вы же в театральной постановке участвуете. Мы попробуем из этого сделать маленькую пьесу.
СКВОРЦОВ: Попробуем. Вы – циклон, я – антициклон.
ЛИХАЧЕВА: Вот, кстати, интересно: вы – циклон, я – антициклон. Любопытно. Хорошо, поговорим об этом обязательно. Сейчас я продолжу список ваших самых известных проектов. Это "ходильные" карты для "Российской империи" Леонида Парфенова, иллюстрации для "Настроения" Гришковца на СТС, и так далее, не будем сейчас тратить на это время. То есть, в принципе, все сейчас понимают, о чем идет речь, да? Это инфографика, и вы, я так понимаю, одним из первых стали заниматься этим у нас в России. В каком году вы стартовали – именно эту тему?
СКВОРЦОВ: Инфографика у нас началась с 2000 года. Вообще, я после университета пришел в Институт географии, и в Институте географии мы стали делать карты новостные – для "НТВ", в частности, был первый проект. И очень забавно, тот контракт, который я готовил как сотрудник Института географии, до сих пор там и живет, то есть Институт географии по-прежнему, уже 16 лет, делает эти карты.
ЛИХАЧЕВА: Подождите, а карты – на компьютерах, естественно?
СКВОРЦОВ: Карты компьютерные, которые в новостях происходят.
ЛИХАЧЕВА: В 94-м году это было совсем прорывное что-то.
СКВОРЦОВ: Да, это было впервые, руками. Проблемы были смешные: как, например, эту карту в эфир выдать с компьютера? Ну, сейчас, слава богу, этого уже нет.
ЛИХАЧЕВА: На флешке – скопировать!
СКВОРЦОВ: Тогда флешек не было.
ЛИХАЧЕВА: Я понимаю, я специально.
СКВОРЦОВ: Чуть ли не камерой снимали с экрана, все это решалось. Да, значит, карты, и с 2000 года мы стали делать инфографику, то есть от карт стало понятно, что можно делать более сложные какие-то вещи, рисовать события. Это у нас достаточно активно развивалось, мы обслужили не один канал. Сейчас очень много, практически все, наверное, инфографики на разных телеканалах – люди – так или иначе имеют опыт работы у нас в компании.
ЛИХАЧЕВА: Вышли из вас.
СКВОРЦОВ: Да, через нас очень много прошло людей.
ЛИХАЧЕВА: А вам как эта идея пришла в голову? Обычный студент географического факультета – вам кто-то предложил или вы сами смоделировали, сгенерировали вот это?
СКВОРЦОВ: Сама идея делать карты, делать инфографику?
ЛИХАЧЕВА: Да, именно для каналов, именно в таком ключе.
СКВОРЦОВ: Идея делать карты пришла Александру Вадимовичу Беляеву, потому что он – замдиректора Института географии, я к нему пришел работать.
ЛИХАЧЕВА: Я не знала всего этого.
СКВОРЦОВ: Да, он и сейчас замдиректора по науке Института географии. А вот уже инфографика – это уже мое исключительно, то есть, когда мы развивались, мы думали, что еще мы можем сделать, что можно придумать интересного. Вот инфографика… Я даже съездил, немножко поучился в Америке первый раз инфографике, чтобы принести что-то сюда новое.
ЛИХАЧЕВА: На свои деньги ездили или на деньги института?
СКВОРЦОВ: На свои.
ЛИХАЧЕВА: И долгое время вы были, извините за выражение, "отростком" от института?
СКВОРЦОВ: Мы не были "отростком" никогда, мы были в штате института, мы тащили деньги в институт, институт забирал себе большую часть, мы получали зарплату. Так мы жили до 97-го года. В 97-м году мы встретили "Метео ТВ". Александр Викторович Митрошенков, президент "Метео ТВ", стал нашим партнером, и тогда образовалась компания. Он вложил денег, мы купили технику…
ЛИХАЧЕВА: А институт как на это среагировал?
СКВОРЦОВ: Институт нормально среагировал. А как он еще может среагировать? Все, что делал институт, осталось за институтом
ЛИХАЧЕВА: Просто вы ушли в свою компанию?
СКВОРЦОВ: Да, просто мы сделали свою компанию, которая продолжила… По-прежнему все телекомпании мы за картографией отправляем в институт, у нас по-прежнему хорошие отношения.
ЛИХАЧЕВА: Это сразу была такая успешная бизнес-модель? В том смысле, что она сразу стала приносить доходы?
СКВОРЦОВ: Да, практически сразу, как ни странно. 90-е годы – это же сообще пустыня, по-моему, чем угодно займись, и оно начинало приносить доход, такое время было. Сейчас, например, довольно сложно раскрутить бизнес, тогда – да, довольно быстро.
ЛИХАЧЕВА: У вас тоже есть такое ощущение? Потому что некоторые бизнесмены говорят: если у вас есть хорошая идея, мозги и желание, абсолютно все равно, в какое время вы живете, вы всегда раскрутите свой бизнес. Не существует десятилетия, когда палку воткни – и все, будет расти, потому что надо знать, какую палку и куда. И как потом эта палка должна зацвести, потому что палок-то понавтыкали много, и что из этого получилось? У кого-то выросло, у кого-то не выросло. А вы таки думаете, что в 90-х было…
СКВОРЦОВ: В 90-х было, на мой взгляд, достаточно взять визитку, написать, например, "банкир" – и ты банкир. Ходишь, раздаешь эти визитки…
ЛИХАЧЕВА: Что же вы не написали "банкир"? Написали "метеоролог"?
СКВОРЦОВ: Как-то не сообразил. У меня однокурсники написали некоторые, сейчас уважаемые люди, владельцы инвестиционных компаний.
ЛИХАЧЕВА: У вас тоже ничего вроде, все в порядке.
СКВОРЦОВ: Да, я доволен. То, как у нас происходит все, мне нравится. Поэтому в 90-е… Понятно, что, когда рынок пустой, легче. Сейчас, если есть идея, нужно что-то еще дополнительно – либо какой-то авторитет, какая-то известность. Вот сейчас я вошел как партнер в проект по оценке сотрудников, например. Это мой друг, он давно этим занимается, и я его консультирую по маркетингу. Какие-то проекты мы проводили в "Меркаторе". Оценка сотрудников – очень интересная тема. Исследование социальных сетей в компании – как люди общаются, взаимодействуют.
ЛИХАЧЕВА: Любопытная тема.
СКВОРЦОВ: Да, она очень интересная, я ею как раз заинтересовался после Гарварда, после того, как поучился там. И вот мы раскручиваем эту фирму с нуля практически, с сентября начали этим заниматься. Сложнее, естественно, потому что есть профессионалы, есть крупные компании на рынке, есть уже признанные авторитеты – и тут мы влезаем и пытаемся что-то предложить.
ЛИХАЧЕВА: А чего вам не хватает?
СКВОРЦОВ: Не хватает, скорее, экспертного имиджа на этом новом рынке, потому что…
ЛИХАЧЕВА: Есть уже конкуренты с репутацией, да?
СКВОРЦОВ: Исследование социальных сетей – это ниша новая, это как раз та новая идея, которой мы занимаемся, но привлечь внимание к этой идее – приходится прилагать усилия. Мы проводим семинары, я там выступаю, я рассказываю, как мы в "Меркаторе" это делали. Для первых клиентов мы даже бесплатно что-то делали, клиенты соглашаются рассказывать. В принципе, можно, у нас дело движется, уже к нам есть интерес, и пресса проявляет интерес. Даже на телике сюжет вышел про эту штуку.
ЛИХАЧЕВА: Но сложнее?
СКВОРЦОВ: Но это сложнее, да, хотя мы не вкладываем практически деньги в раскрутку. Максимум – это собрать какой-то семинар, например.
ЛИХАЧЕВА: Итак, гораздо больше усилий, сложнее, а миф о том, что сейчас для того, чтобы что-то стартовать, нужно обязательно денег вложить, вы опровергаете?
СКВОРЦОВ: От рынка еще зависит, это же рынок консалтинга, там как таковых активов, производственных мощностей нет. Есть система компьютерная, которую друг ночами написал за год, и все. Конечно, если вы хотите производить что-то, надо деньги вкладывать, и так далее.
ЛИХАЧЕВА: Хорошо, давайте эту тему отложим на вторую часть программы, а сейчас вернемся в 90-е годы. Объясните, как это все происходило? Вы делали непосредственно карты метеорологические, какую-то другую инфографику, может быть, для других программ, и потом просто продавали ее на телеканалы – вот такая была, в общем, нехитрая схемка, да?
СКВОРЦОВ: Мы приходили на телеканал и говорили, что можем организовать "под ключ" полностью производство инфографики. Канал говорил да или нет. Если он говорил да, то…
ЛИХАЧЕВА: А отдельные проекты вас не интересовали? Только если целиком?
СКВОРЦОВ: Интересовали, были, просто всегда приятно, когда есть постоянный заказ, постоянно что-то делаешь. И мы в круглосуточном режиме по требованиям режиссеров, редакторов делали эту графику круглосуточно. Отдельных проектов много. Вы упомянули Леонида Геннадьевича Парфенова – мы для него много всего делали. Вот эти "ходильные" карты – это, по сути, инфографика. Это был очень интересный проект, и с творческой стороны.
ЛИХАЧЕВА: Давайте мы сейчас прервемся на полторы минуты. После этого рекламного перерыва небольшого расскажите, пожалуйста, что бы вы себе записали в резюме, если вам, не дай бог, когда-нибудь придется его составлять – думаю, что вряд ли, но, тем не менее – самый интересный, самый прорывной проект, которым вы гордитесь. То есть самый, на ваш взгляд. То, о чем стоит рассказать. Давайте после перерыва об этом нам расскажете. Я еще раз представлю нашего сегодняшнего гостя. У нас сегодня в гостях генеральный директор и, собственно говоря, основатель компании "Меркатор" Андрей Скворцов.
***
(Реклама)
ЛИХАЧЕВА: Снова доброе утро. 09.19 в столице. Я еще раз представлю нашего сегодняшнего гостя. У нас сегодня в программе Андрей Скворцов, который давным-давно, в середине 90-х годов, сделал компанию "Меркатор", по сей день является ее генеральным бессменным директором. Компания "Меркатор" производит инфографику и инфодизайн. Сейчас занимает лидирующее положение в этой сфере у нас в России. Андрей сам – метеоролог по образованию. Учился и в Америке, даже в Гарварде учился, не говоря о нашем географическом факультете московском. Я до паузы задала вопрос. Ведь инфографика и инфодизайн – это, естественно, не только погодные проекты. Тем не менее, если бы я вас спросила о том, какой, на ваш взгляд, ваш проект – самый лучший, самый прорывной на тот период времени, когда он был сделан, какой бы вы проект назвали – погодный, нет?
СКВОРЦОВ: На самом деле, мне, понятно, очень дороги проекты телевизионные тоже, но хочется вспомнить нетелевизионный проект. Проект, который повернул развитие компании в совершенно новое русло. В 2003 году от инфографики для телика и для всех… Мы подумали, что инфографика может быть интересна и бизнесу тоже. И достаточно хитрым образом – партизанским, я бы сказал – мы сделали презентацию для компании "ТНК", когда она как раз сливалась с "ВР", и мы сделали презентацию инвестиционных возможностей для "ТНК", работали с компанией Иосифа Бакалейника, с его людьми.
ЛИХАЧЕВА: А что значит – партизанским способом?
СКВОРЦОВ: Партизанский способ – смотрите: мы работаем на телевидении, делаем инфографику. Я, почувствовав ограничение какое-то в развитии компании и своем личном, пошел получать МВА пресловутый в России. И много всего нового узнал. Когда я увидел, как много цифр, как много информации в бизнесе, я понял, что можно делать инфографику и для бизнеса тоже. Возник вопрос, как найти первого клиента. Мы решили сделать так: у нас были связи с компанией, которая занималась продажей больших экранов в комнаты ситуационного анализа, и мы решили сделать для них… Да, эта компания рассказала нам, что она собирается продавать эти экраны в "ТНК", и мы решили сделать сами презентацию для "ТНК" про Самотлорское месторождение. Это их месторождение, мы нашли информацию вс. открытую, и тут я оторвался – все эти эмбэашные феньки, штампы, Net Present Value, SWOT-анализ – все это напихали, все очень красиво графически изобразили и показали им. Получилось так, что нас купили, экран – нет. Мы на этом экране, как на троянском коне, туда въехали.
ЛИХАЧЕВА: Вас купили или проект?
СКВОРЦОВ: Купили наши услуги. Им понравилось, они сказали: "Классно, мы хотим такие презентации", и мы достаточно долго, плодотворно, собственно, до слияния работали. Сейчас совершенно независимым образом они снова к нам обращаются, уже как "ТНК-ВР", мы делаем для них проекты.
ЛИХАЧЕВА: То есть с этого момента, с этого партизанского способа началось еще одно бизнес-направление?
СКВОРЦОВ: Да, началось новое направление, которое сейчас даже более важно, чем телевизионное – это направление презентаций, корпоративных презентационных фильмов, B2B рекламы, и так далее.
ЛИХАЧЕВА: А кому еще делали?
СКВОРЦОВ: Ой, ну мы всем делали. "РЖД", "ВТБ", европейским компаниям: "Vemetco" – алюминиевый производитель. У нас очень много телекомных клиентов: "Ростелеком", "ТТК" – бывший "Транстелеком", "Комстар", "МГТС".
ЛИХАЧЕВА: Вы упомянули МВА – "вот эти все штампы, которых я там нахватался, все туда понапихал". Это вас там научили?
СКВОРЦОВ: Да, узнал там много умных слов. Я считаю, что одна из пользы МВА – это умные слова, общение на одном языке. Когда пришел человек из "ТНК" – Гарвард, МВА, он знает, чем отличается depreciation от amortization, скажем. Раз – и я тоже знаю. Ему это было так удивительно, что человек в России… Больше доверия сразу же – с ним можно работать. Графиков много, инфографиков много, а вот человека, который в инфографике понимает, и еще понимает что-то в том, как презентовать инвестиционные проекты…
ЛИХАЧЕВА: Правильно я понимаю, что в данном случае МВА гарвардский нужен для того, чтобы войти в круг? То есть, не получить реальные знания, не получить мозговой прорыв у себя в голове, а именно войти в круг. Когда встречаются два человека, происходит вот это первые 30 секунд, и потом еще разные этапы, так называемое "обнюхивание" – здесь эти термины помогают?
СКВОРЦОВ: Естественно, люди говорят на одном языке, им легче друг друга понять. Не обязательно гарвардский – любой. Я считаю, МВА все-таки англоязычным должен быть именно для этого, потому что термины в большинстве своем – англоязычные. Да, это какое-то вхождение в некий круг, где люди говорят на определенном языке, и понимание с полуслова того, о чем идет речь, важно.
ЛИХАЧЕВА: Хорошо. Если это самое важное – научение терминологии и научение говорить на одном языке…
СКВОРЦОВ: Не самое, но одно из важных.
ЛИХАЧЕВА: Хорошо, я как раз к этому веду. Назовите еще два самых важных результата вашего обучения в Гарварде.
СКВОРЦОВ: В Гарварде была другая вещь, не МВА. Это отдельная история.
ЛИХАЧЕВА: Это вы имели в виду, что вас в России этому научили?
СКВОРЦОВ: Да, в России. Бизнес-школа АБиК такая есть, если кому-то интересно. А Гарвард – это была отдельная тема, это не МИА, это executive education для дикторов, для совладельцев бизнеса. Программа называется OPM – Owner Present Management. Она двухгодичная, нужно один раз в году на месяц туда ездить на кампус и там учиться. Это очень интересный был опыт, потому что собирают они со всего мира совладельцев бизнеса, очень разных. Из Китая, Бразилии, Индии. Я когда рассказываю про разнообразие, которое у нас собралось, я люблю рассказывать историю про менеджера из Лос-Анджелеса. Он был менеджером рэперских групп. Представляете себе, человек большой, черный, в перстнях, футболка до колен. Они специально собирают такое разнообразие, потому что неизвестно, с кем ты встретишься и как ты будешь общаться. Он очень интересно себя вел поначалу. Такой "новый русский", даже похлеще, то есть он самоутверждался, как-то вел себя, игнорировал многие занятия, в частности, поэтому его собирались исключить даже в конце концов. Он сказал: "Нет, ребята, я исправлюсь", и он действительно исправился, и уже к концу третьего года он как-то влился в этот круг, завел себе друзей, стал общаться, и вышел другим человеком после Гарварда.
ЛИХАЧЕВА: А вы тоже вышли другим человеком?
СКВОРЦОВ: Не знаю, мне трудно судить. Я вышел скорее с пониманием каких-то новых… В Гарварде, действительно, терминологию уже люди знают, туда принимают уже с базами МВА на эту программу ОРМ, поэтому там я скорее почувствовал, что я могу сделать что-то более интересное, что-то более масштабируемое, скажем так, чем B2B реклама корпоративная. Сейчас мы занимаемся этим проектом – анализ социальных сетей…
ЛИХАЧЕВА: То есть там пришли эти мысли в голову?
СКВОРЦОВ: Да, там пришли эти мысли, я просто думал, куда можно приложить силы, и там это пришло. Там же еще преподаватель и совершенно невероятные. Я обсуждал этот проект с вице-президентом по стратегии компании "IBM", в час ночи…
ЛИХАЧЕВА: Вы имеете в виду, социальные сети?
СКВОРЦОВ: Да.
ЛИХАЧЕВА: Изучение социальных сетей в больших корпоративных компаниях.
СКВОРЦОВ: Да. Ну, и кроме того, просто, естественно, легко найти партнеров, потому что нас 150 человек на курсе учится, и среди них нашлись люди в разных странах, которые занимаются похожими вещами – оценками сотрудников, HR-консалтингом, то есть можно их послушать, что-то дальше сделать.
ЛИХАЧЕВА: Я не могу понять. Метеорология, потом инфографика, инфодизайн, бизнес-презентации; вы сейчас называли крупнейшие наши компании. А потом вдруг социальные сети. Просто потому, что ниша? Или гарвардский преподаватель посоветовал? Или самого именно туда тянет?
СКВОРЦОВ: У меня друг 10 лет этим занимается – социальными сетями, вообще психологией. Он математик, и одновременно психолог. Он давно уже делал разные проекты. Просто я понял, что это интересно, что, направив определенным образом, из этого можно сделать некий новый бизнес. Я не очень много на него трачу времени – может быть, процентов пятнадцать от всего рабочего времени. Все-таки, основная работа – это "Меркатор". Но мне это интересно; раз интересно – почему нет?
ЛИХАЧЕВА: Я до сих пор не могу понять, в чем это вообще заключается. Вы приходите в компанию, и что вы там начинаете делать?
СКВОРЦОВ: Мы приходим в компанию и проводим исследование. Точнее, оно проводится через интернет, все это автоматизировано, все очень быстро. За один день можно провести исследование. Сотрудники отвечают на ряд вопросов – их не так много – по взаимодействию друг с другом. Сначала я говорю, с кем я общаюсь, строится социальная сеть контактов компании. Потом я оцениваю, насколько мне легко до человека достучаться – дозвониться, или по электронной почте насколько быстро он мне отвечает. Таким образом обнаруживаются тромбы скорости взаимодействия, то есть мы видим, когда красная зона на карте взаимодействия, где происходит застопоривание информации. Люди сами оценивают эффективность этого взаимодействия, то есть, насколько тот ответ, который он хотел получить, соответствует ожиданиям. И так далее, то есть последовательное развитие этих вопросов, каждый вопрос дает срез социальной сети. В результате мы получаем, во-первых, карту взаимодействия людей внутри компании, мы видим, кто важен для взаимодействия, кто менее важен; кто востребован, кто перегружен, например, контактами входящими. Очень интересно, иногда выясняются особенности, например: видим, что на этой схеме человек ярко-красный по недоступности и по неэффективности. Начинаем разбираться, в чем дело – это уже вторая задача консалтинга – выясняется, что он перегружен задачами, которые не имеют отношения к его деятельностью То есть, он свою основную работу выполняет хорошо, к нему обращаются 50 человек со своими какими-то мелкими просьбами, он всех посылает, а это создает напряженность в коллективе, и бывает, немаленькую. А всего-то навсего эти просьбы надо куда-то в другое место отправить. Ну, и чисто такие социально-сетевые метрики меряются: неформальное лидерство – то есть, кто в компании неформальный лидер, или кто в компании центр информационных взаимодействий – соответственно, какой человек больше других представляет…
ЛИХАЧЕВА: Подождите, а в центре информационных взаимодействий – это тот, кто самый главный сплетник? Если без умных слов.
СКВОРЦОВ: Это либо тот, кто самый главный сплетник – это так, либо это тот, кто дружит со всеми. Например, мы, когда в "Меркаторе" проводили это исследование, оказалось, что человек, проработавший во всех подразделениях – у нас несколько подразделений, они даже удаленно часто сидят, достаточно локализованные – и вот человек, который проработал практически во всех, поскольку бизнес-девелопер, мы его отправляем в новое направление – он оказался этим "пауком" информационным. То есть человеком, который всех знает, так или иначе со всеми контактирует.
ЛИХАЧЕВА: Разносчик информации, коммуникатор такой.
СКВОРЦОВ: Да, он – разносчик информации. И сборщик, и разносчик. Это очень важно – понимать вот этих узловых людей, потому что через них можно информацию получать о компании, через них же можно какую-то информацию распространять. Если мы хотим какие-то изменения в корпоративной культуре внедрять, есть смысл…
ЛИХАЧЕВА: На свою сторону привлечь сначала вот этих самых…
СКВОРЦОВ: Да. А если он еще и неформальным лидером окажется…
ЛИХАЧЕВА: То вообще красота, все свои вопросы можно решить буквально через нескольких людей.
СКВОРЦОВ: Да. Причем это неочевидно. Для меня было неочевидно, когда я увидел этих людей. Я потом уже понял, что да, действительно, это не зря.
ЛИХАЧЕВА: То есть вы как начальник, не понимали полной картины того, что происходит у вас в компании, несмотря на то, что вы всегда ею руководили, это ваше детище, да? То есть, не до конца все просекали.
СКВОРЦОВ: Не до конца, и – самое ценное – конфликты взаимодействий я не всегда видел, потому что сотрудники идут жаловаться, когда уже совсем край, а то и не жаловаться, а просто увольняться. И увидеть эти напряженности, которые возникают иногда на такой ерундовой проблеме – их увидеть вовремя, заметить, понять и решить. Решается иногда просто мгновенно, незатратно.
ЛИХАЧЕВА: Очень любопытная тема. Пожалуй, даже стоит больше, чем 15 минут времени уделять этой теме?
СКВОРЦОВ: Не знаю. Она пока практически не приносит денег, мы только начинаем…
ЛИХАЧЕВА: Подождите, а кто-нибудь уже согласился? Какая-нибудь есть компания, которая уже с вами взаимодействует как клиент?
СКВОРЦОВ: Да, клиенты – да.
ЛИХАЧЕВА: Хорошо. Давайте через три минуты расскажите, какие компании уже на это клюнули, и с кем вы сейчас взаимодействуете. Что за компании, что они хотят, какие вопросы решают? Конкретно, на конкретных примерах. Через три минуты расскажете, ладно? Еще раз представлю нашего гостя сегодняшнего – основателя и генерального директора компании "Меркатор". Андрей Скворцов у нас сегодня в гостях. Через три минуты мы вернемся.
(Новости)
ЛИХАЧЕВА: Снова доброе утро. В гостях у нас сегодня Андрей Скворцов, генеральный директор и основатель компании "Меркатор", которая занимается инфодизайном и инфографикой с середины 90-х годов. Сейчас вы стартовали как партнер, еще один интересный проект, который занимается изучением социальных сетей в больших корпорациях, я так понимаю.
СКВОРЦОВ: В больших или небольших. От 70 человек.
ЛИХАЧЕВА: Я до паузы задала вопрос: какие компании уже работают с вами? То есть для них это уже показалось любопытным и актуальным. И конкретно какие задачи они хотят решить посредством этого изучения?
СКВОРЦОВ: У нас пока очень крупных клиентов нет, то есть очень больших компаний, хотя интерес они проявляют. Когда мы устраивали презентацию этой системы, пришли представители самых крупных компаний в России. Мы пока работаем либо с отделениями крупных компаний – из того, что я могу назвать, скажем, розничная сеть магазинов "МТС" – мы в региональных представительствах решали совершенно конкретные вопросы, находили лидеров, на кого можно опереться. Крупные компании приобретают какой-то магазин, надо выяснить, с кем работать – у нас был такой проект. В одной довольно крупной финансовой компании мы проводили такое исследование. И несколько компаний не очень крупного размера в регионах – "Астра-Система", и так далее. Они не очень известные, но, у нас на сайте этого проекта есть отзывы, можно почитать, посмотреть, кто что там пишет.
ЛИХАЧЕВА: Хорошо. У нас вот есть на нашем сайте www.finam.fm вопросы по поводу бизнес-презентаций. Я так понимаю, это на данный момент важнейшее направление вашей компании "Меркатор". Что, самое главное, самое важное, нужно учитывать, чтобы хорошо представить свой бизнес? Потому что я несколько раз присутствовала на презентации – тоска смертная, и все как на каторгу туда идут, и даже если с картинками, с графиками и даже с цветочками, все равно все это скукота смертная. Может быть, есть какие-то способы сделать это не весело, но, по крайней мере, увлекательно?
СКВОРЦОВ: Да, абсолютно точно, способы такие есть. Надо три этапа определенные пройти. Помимо того, что есть мастерство публичного выступления, но, я считаю, это даже не самое главное. Самое главное, во-первых, нужно сесть и на бумажке написать цель этой презентации: зачем ты идешь и что ты хочешь сказать, что ты хочешь получить от зрителей. Причем цель, например, "выступить" – это не цель, или "рассказать о компании" – это не цель. Цель должна лежать за пределами этой презентации: что произойдет дальше? Что эти люди сделают, что они поймут, что у них изменится в голове.
ЛИХАЧЕВА: Ну, хорошо, вот если я ставлю цель, чтобы они потом купили акции моей компании.
***
СКВОРЦОВ: Отлично. Акции компании – это цель. Дальше мы должны выписать определенные тезисы, почему они должны купить акции моей компании. Их не должно быть много – три-четыре определенных тезиса: чем я лучше других компаний, чтобы они купили их у меня. И после этого желательно на каждый из этих тезисов найти очень конкретные примеры, а в идеале, даже истории, которые бы доказали этот тезис. Я люблю пример приводить: когда мы делали похожую работу по поводу покупки акций – инвестиционную презентацию для алюминиевой компании "Vemetco", одна из важных тем этих тезисов была ее забота об экологии. Как сделать плохо этот тезис – выйти и сказать: "Наша компания заботится об экологии". И это будет тоска. Как чуть лучше можно сделать: "Стратегия нашей компании включает заботу об экологии" – здесь появилась маленькая конкретика, но тоже, естественно, недалеко мы ушли. Можно сказать так: "Наши внутренние нормы по выбросам газов жестче, чем нормы Евросоюза". Это уже чуть-чуть лучше…
ЛИХАЧЕВА: Но желательно конкретно – на сколько процентов, и провести сравнительный анализ?
СКВОРЦОВ: Да, можно сделать и так, доказав это. Но самое интересное – это найти потому что в любой компании мало кто врет откровенно на презентации люди говорят правду, другое дело, что правду можно поддержать различными историями. В частности, для компании "Vemetco" мы делали фильм инвестиционный, и съемочная группа поехала в Сьерра-Леоне - это Африка, одна из беднейших старн Африки, где война недавно закончилась, и там о бизнесе-то мало кто думает, а об экологии и подавно. И обнаружилось, что у компании "Vemetco" бокситовый рудник в Сьерра-Леоне. Они выкапывают бокситы, после этого полностью засыпают карьер, восстанавливают почву, высаживают орешки кешью, эти кусты, и бесплатно передают местным общинам эти земли. И это отлично – и картинка отличная, это замечательная история, и есть, что показать, есть, что рассказать. И все. В принципе, тебе больше ничего не надо доказывать. То есть, показав, как компания относится к местным общинам и к экологии в одной из беднейших стран мира, в Африке, все, что еще надо рассказывать? И если вы выходите перед аудиторией, и у вас есть набор таких историй по каждому тезису, который вы хотите рассказать, у вас все будет чудесно и прекрасно. И вам, по большому счету, даже слайды могут быть не нужны, если вы хорошо расскажете.
ЛИХАЧЕВА: А были какие-нибудь провальные презентации в вашем исполнении?
СКВОРЦОВ: Нет, вернее, так: случались, но они не доходили до пользователя, то есть мы в любом случае делаем внутри себя до тех пор, пока будет хорошо. Во-первых, если совсем срок короткий – у нас некоторые клиенты за два дня заказывают – у нас есть стандартные действия, что мы делаем, чтобы было хорошо. Если времени больше, мы экспериментируем, пробуем, но в любом случае… Нет, ну это же технологии! Как – провально…
ЛИХАЧЕВА: А сколько уже было сделано? Я просто еще раз напомню, вы делали для "РЖД", для "ВТБ", для "ТТК", для "Касперского", "Ростелеком", "Комстар", много…
СКВОРЦОВ: У нас на сайте недавно пятисотый проект попал на сайт. У нас далеко не все попадает на сайт, в принципе, так что много.
ЛИХАЧЕВА: Андрей, а если бы я вас попросила коротко – может быть, не коротко, это на ваше усмотрение – сделать презентацию самого себя. Вы - Андрей Скворцов, и нужно три конкретные истории, о которых вы примерно говорили. То есть не нужно мне сейчас "родился, женился, в таком-то году закончил, отметки такие-то в аттестате" – это все, конечно, интересно, но не об этом речь. Вспомните сейчас три любопытные истории, которые, на ваш взгляд, характеризуют вас. Может быть, с лучшей, может быть, с худшей стороны – не знаю. Но вот эти истории – про вас.
СКВОРЦОВ: Меня в бизнесе, имеется в виду? Я на работу настраиваюсь, или как?
ЛИХАЧЕВА: А вот это я не знаю. Нет, давайте не будем сужать.
СКВОРЦОВ: Опять же – цель. Первое, что мне нужно выяснить, это кому я делаю эту презентацию.
ЛИХАЧЕВА: Хорошо, цель такая. После рассказа этих трех историй захочется переслушать нашу программу, что бы понять: что же это за человек-то такой?
СКВОРЦОВ: Хорошо. История № 1. 98-й год. Проект "Погода на "НТВ'". Телеканал "НТВ" хочет делать свою "Погоду". Там есть генеральный продюсер, весьма известный и уважаемый человек. У него сеть определенные идеи по тому, как это делать. Планируется выделить огромный бюджет. И идея есть этой "Погоды": на гостинице "Россия" построить зеленый шар на крыше, который лепестками лотоса распускается несколько раз в день, выходит ведущий, и рассказывает.
ЛИХАЧЕВА: Живой?!
СКВОРЦОВ: Живой. Это правда, действительно, была такая идея. И есть маленькая компания – наша, которая хочет делать свою "Погоду". Совершенно несопоставимые, казалось бы, вещи. Любому человеку, которому расскажешь, он скажет: "Это невозможно, вы с ума сошли, этого никогда не может быть". А у нас внутри что-то так свербит, так горит, нам так хочется сделать эту "Погоду", мы понимаем, что мы можем сделать интереснее, лучше, и у нас есть видение, как это… Кто бы мне ни сказал, что это невозможно, мы все равно это делали. И сделали. И мы нашли эту идею, если помните, тогда была "Погода" со столом, там ведущий на столе показывал эту погоду, гонял облака. Мы нашли эту подачу. Это первая была интересная фишка. Мы нашли ведущего – Александра Вадимовича Беляева. Не то, что нашли – он был – просто мы его туда записали. И получился в результате проект, на который энтэвэшники, когда посмотрели, они сказали: "Ух ты, клево, здорово. Лучше, еще и дешевле во много раз, чем этот лотос на крыше". И так компания, которая не входила в "НТВ", просто посторонние люди ни с того ни с сего…
ЛИХАЧЕВА: Просто на одной удачной идее и на энтузиазме.
СКВОРЦОВ: На идее, на энтузиазме и на отношении со страстью к тому, что ты делаешь – сделали этот проект.
ЛИХАЧЕВА: "А сделаю, типа, все равно!", да?
СКВОРЦОВ: Ну, не то, что назло, но – да.
ЛИХАЧЕВА: Нет, я не сказала – назло, я сказала – все равно сделаю.
СКВОРЦОВ: Да, просто потому, что, я считаю, это клево, это должно быть сделано, а раз это клево, значит, это обязательно кому-то будет нужно и как-то себя найдет. И это себя нашло. таких проектов, в общем, немало у нас было. Из недавнего, например, для телеканала "Россия 24" мы начали делать инфографику полностью "под ключ". Был кризис, связали бюджет, в общем, было довольно тяжело, и нам надо было найти что-то новое, интересное, яркое…
ЛИХАЧЕВА: И экономичное, скорее всего?
СКВОРЦОВ: Да, более экономичное – то, что можно предложить каналу, чтобы ему было интересно. Мы нашли, три месяца мы долбили, мы делали не на эфир. Это проект на канале "Россия 24" – ролики 50 секунд на разные темы, начиная от "где живут тигры, в каких странах". В следующий раз это будет ролик "цены на бензин", в следующий раз это "цены на недвижимость", в следующий раз это еще что-то. Самые разные темы, каждый день у нас выходят, раз в день вот такой ролик на одну минуту. Мы три месяца делали и просто отсылали по электронной почте главному редактору канала – мол, смотрите, смотрите, что это может быть. Вот так мы три месяца слали-слали-слали…
ЛИХАЧЕВА: Без денег? Сами делали на свои деньги?
СКВОРЦОВ: Ну, как. У нас же идет проект с каналом, поэтому просто мы какую-то часть просили людей это делать. Да, канал за это не платил, но мы это сами делали, внутри себя. И в конце концов: "Слушайте, клево, давайте".
ЛИХАЧЕВА: Спустя три месяца, да? Каждый день ролик. Подписали?
СКВОРЦОВ: Да, и мы сейчас в эфире.
ЛИХАЧЕВА: Любопытно. Хорошо. История хорошая. Еще две.
СКВОРЦОВ: Это было две уже.
ЛИХАЧЕВА: А, было две. Хорошо, еще третья. А давайте какую-нибудь не про проекты, не про бизнес – просто о вас. Вы же еще просто Андрей Скворцов, вы же парашютным спортом занимаетесь, вы в театре играете.
СКВОРЦОВ: Парашютный спорт… О парашютном спорте история похожая. Меня в свое время это сильно зацепило, мне очень хотелось участвовать в Рекорде России – это большие формации, 150 человек, сейчас уже 160 – собираются в воздухе в большие фигуры. Мне очень хотелось участвовать, это был 2006 год. А у меня совершенно ничего не получалось. Там все выпрыгивают из самолета, и к фигуре нужно подойти аккуратно, выровняв свою вертикальную скорость, чтобы не улететь под фигуру. Я помню, что на одной из тренировок девять прыжков мы сделали, и девять раз я улетел под фигуру. Если вы парашютист, вы представляете себе, что это такое – это позор несмываемый на веки вечные. Девять раз подряд! Девять прыжков, и девять раз я туда улетаю. У меня было такое ощущение, что я физиологически, что ли, не приспособлен к этому делу. Дико расстроился, но тренер – Александр Валентинович Белоглазов, заслуженный тренер России – сказал мне: "Ты не переживай, даже обезьяна может это делать".
ЛИХАЧЕВА: Утешил!
СКВОРЦОВ: Утешил! "Не волнуйся, давай, пробуй". И он меня на разные концы этой фигуры пробовал ставить, и в конце концов как-то – раз, и получилось. И я понял, что все, что мне было нужно – это поверить в голове, что, действительно, обезьяна может, и я тоже смогу. Потому что, в принципе, это не бог весть какая технически сложная вещь, и это такое открытие для меня было. Не сразу, но стало получаться. И в Рекорд меня уже взяли, и не в один даже, а уже в два.
ЛИХАЧЕВА: Понятно. А вообще, у вас 820 прыжков, и вы – двукратный рекордсмен России в классе "Большие формации", призер Кубков России.
СКВОРЦОВ: Ну, это вот те самые.
ЛИХАЧЕВА: Те самые, да, которые и обезьяна может? Я, честно говоря, не верю. Может быть, летающая обезьяна и может.
СКВОРЦОВ: Ну, это слова заслуженного тренера России. Конечно, нет. Ну как – это все-таки лучшие парашютисты России собираются, у всех опыт, как минимум, несколько лет. Обезьяна, может, и сможет, но ее надо тренировать…
ЛИХАЧЕВА: Конечно, все это в кавычках. Наверняка это очень сложно. И страшно! Самое главное же, что страшно. Страшно же? Очень страшно? Сколько раз первых страшно?
СКВОРЦОВ: Страшно – у кого как, но у меня мандраж от того, что я выпрыгиваю куда-то там из самолета, прошел, наверное, прыжке на двадцать пятом, тридцатом. В Рекорде другое страшно – там страшно облажаться, страшено, что ты подведешь 160 человек. То есть, представляете себе, что это такое? Если ты один, то это очень неприятно. Еще немножко страшно от того, что куча народу в небе – они же все летают потом, когда купола раскрываются. В принципе, есть организация безопасности, и, в общем, все нормально происходит.
ЛИХАЧЕВА: Давайте мы прервемся на прервемся на полторы минуты. А после перерыва расскажите мне, пожалуйста, есть еще какие-то моменты в жизни, от которых вам страшно? Мне кажется, человек, который 820 раз прыгнул с самолета, сделал вот этот первый шаг, уже вообще ничего е боится, уже все все равно. Но я наверняка ошибаюсь. Наверняка есть моменты, которые, может быть, вас пугают до сих пор. Давайте через полторы минуты поднимем эту тему. Напомню, у нас сегодня в гостях человек, который в середине 90-х годов основал компанию "Меркатор". Сейчас она занимает лидирующее положение у нас в стране в сфере инфодизайна и инфографики. До сих пор он руководит ею, генеральным директором является. Андрей Скворцов у нас сегодня. Через полторы минуты снова вернемся в студию "Финам FM".
(Реклама)
ЛИХАЧЕВА: Снова доброе утро. Андрей Скворцов у нас сегодня в эфире, который в середине 90-х годов сделал собственную компанию, называется она "Меркатор". До сих пор он является ее генеральным директором. Кроме этого он, между прочим, играет на сцене, а еще он является двукратным рекордсменом России в классе "Большие формации". Он, собственно говоря, парашютист, и у него за плечами 820 прыжков. До паузы я спросила, боится ли чего-либо наш сегодняшний герой, учитывая то, что он 820 раз прыгнул.
СКВОРЦОВ: Да, как директор компании, я боюсь за то, как оно будет дальше, все-таки, у нас много народу, и это великая ответственность.
ЛИХАЧЕВА: А сколько народу, кстати?
СКВОРЦОВ: Около ста человек всего работает, соответственно, определенная ответственность у меня есть за них, проекты, которые мы ведем. Например, когда занимаюсь каким-то своим увлечением, у меня все время мысли: "Не слишком ли много я трачу на это времени?" Или, когда я ездил учиться на месяц в Гарвард: "Как там?" В принципе, все, слава богу, делегируется, и люди, которые вместо меня работают в это время в компании, они чудесным образом справляются, и даже получают медали на фестивалях…
ЛИХАЧЕВА: Кстати, да. Про Нью-Йоркский конкурс мы обязательно сегодня должны будем поговорить.
СКВОРЦОВ: Ага. А про страхи – например, я ужасно боялся, честно скажу, выходить в эфир этой самой "Погоды", потому что, во-первых…
ЛИХАЧЕВА: Я напомню, если кто-то не с начала слушал, вы буквально в эту пятницу и субботу попробовали себя в роли ведущего.
СКВОРЦОВ: Да, "Погода на "НТВ".
ЛИХАЧЕВА: Ну, и как?
СКВОРЦОВ: Надо смотреть, я, естественно, вижу массу недостатков…
ЛИХАЧЕВА: Нет, изнутри как?
СКВОРЦОВ: Нормально. Когда встал в студии, когда пришла пора слова говорить – нормально, я изнутри уже не чувствовал мандража. Но утром в пятницу, когда туда ехал в первый раз, нервничал. Во-первых, потому что надо было сделать хорошо, во-вторых, я думал, не будет ли это каким-то образом отвлечением меня от работы в "Меркаторе". В принципе, не будет конечно, один или два раза в неделю я это буду делать. Потом, я это хотел сделать, я уже рассказывал – я метеоролог, и мне хочется рассказать так, как мне хочется.
ЛИХАЧЕВА: Ничего-ничего, у вас сегодня будет еще возможность в последнюю минуту нашей программы.
СКВОРЦОВ: Да, я с ужасом это помню, эту вашу просьбу.
ЛИХАЧЕВА: А то, что вы директор, и вы выходите, такое совершенно новое для вас воплощение, такое публичное – мне кажется, человек, уже обладающий определенным статусом, ему гораздо сложнее, чем какой-то девочке-блондинке. Не получилось у нее – ха, и дальше пошла.
СКВОРЦОВ: Да, тут определенный риск есть. Конечно, если ты вышел и как-то плохо выглядишь…
ЛИХАЧЕВА: Потом будут говорить: "Слушайте, вот этот директор этого "Меркатора" – что-то он облажался как-то нехорошо".
СКВОРЦОВ: Да, я там еще и рекламу читаю. Я так подумал: мне хочется, мне интересно. Ну и что, в конце концов? Я попробую это сделать. Мне интереснее попробовать – не получится – по крайней мере, "Меркатор" от этого хуже не будет работать. Я вообще не очень верю во всякие такие имиджевые штуки.
ЛИХАЧЕВА: Не верите?
СКВОРЦОВ: Понимаете как, если фирма делает плохую работу, ее никакой имидж руководителя не спасет, я считаю.
ЛИХАЧЕВА: Что вы говорите, подождите, а зачем тогда все эти презентации, имиджевые штуки? Это же ваш хлеб!
СКВОРЦОВ: Мы их делаем хорошо, поэтому даже если генеральный директор будет плохо вести "Погоду", я не думаю, что это сильно повредит. На мой взгляд, я не очень плохо веду. Меня, все-таки, взяли, это же отбор был, профессиональные ведущие, мне пришлось с ними конкурировать. Я думаю, что им понравился именно мой текст – я практически не читаю суфлера, я рассказываю вживую, разговорная речь. Я сам себе тексты пишу, я придумываю сам, что рассказать. Я беру от синоптика, естественно, прогноз, а дальше идет мое. Я могу себе позволить то, что не могут как раз ведущие-блондинки позволить себе. Я там и прыгаю, и бегаю…
ЛИХАЧЕВА: Блондинки могут себе позволить все, что угодно.
СКВОРЦОВ: Нет, они читают текст, они достаточно по рельсикам. А я в субботу тропосферу показывал – прыгал в студии, показывал. То есть, пытаюсь это сделать интересно и как-то по-своему.
ЛИХАЧЕВА: Уже мало времени остается. Я хотела спросить про конкурс. Мне кажется, это довольно серьезное достижение для российской компании – получить три золотых медали на этом довольно известном нью-йоркском конкурсе. Как вообще звучит название этого конкурса?
СКВОРЦОВ: "New York Festivals". Это нью-йоркский фестиваль. Реклама. Там много номинаций, это несколько фестивалей. Отдельно телевизионный фестиваль, отдельно – рекламный. Вот у нас – рекламный.
ЛИХАЧЕВА: И просто рекламная номинация или какая-то суженная?
СКВОРЦОВ: Там есть номинация презентационных фильмов, и "Film & Video" – именно в области public relations, и так далее.
ЛИХАЧЕВА: Ваши награды за что были получены?
СКВОРЦОВ: У нас была награда именно за public relations – лучшая работа. Не так много фестивалей, в которых именно за фильмы есть номинации. В этих есть, это крупнейший фестиваль в этой области, несколько десятков стран участвуют, он уже 52 года проводится – большой.
ЛИХАЧЕВА: А вы теперь член жюри там?
СКВОРЦОВ: Да, меня, как набрали медалей, они… Жюри – там же судится сейчас все через Интернет, там огромное количество работ, тысячи работ присылают – естественно, им нужно довольно большое количество людей в жюри. Я от России в этом году "жюрю". Прямо сейчас смотрю каждый вечер по два-три фильма и оцениваю.
ЛИХАЧЕВА: А кто лучше всего делает, как вы думаете?
СКВОРЦОВ: Больше всего медалей зарабатывают англичане и американцы. Они хорошо делают, особенно англичане. Есть студи великолепные, делают реальные, настоящие сюжетные фильмы на реальном материале. То есть это не выдумки, а реальные истории. Они молодцы.
ЛИХАЧЕВА: А кроме англичан и американцев?
СКВОРЦОВ: Немцы неплохо делают.
ЛИХАЧЕВА: Все-таки европейцы.
СКВОРЦОВ: Европейцы, Австралия.
ЛИХАЧЕВА: Зачем вы играете в театре? Вот что я еще хотела спросить.
СКВОРЦОВ: Во-первых, у меня была детская мечта – играть, и я к ней вернулся два с половиной года назад. Во-вторых, честно скажу, у меня были довольно большие проблемы с публичными выступлениями.
ЛИХАЧЕВА: В это сложно поверить сейчас.
СКВОРЦОВ: Ну, не знаю. Тем не менее, если бы вы меня увидели лет пять-семь назад – я всегда лез тоже, мне всегда это было интересно, я не отказывался от возможности. Но у меня было плохо с этим, и я искал какие-то варианты, что делать, и подумал, что театр, может быть, мне как-то поможет. Я совместил практическую пользу и детскую мечту. Я пошел в очень простую студию, начал заниматься, стало интересно. Сейчас мы пробуем спектакль даже сделать.
ЛИХАЧЕВА: По Володину, да?
СКВОРЦОВ: Да, "Семь жен Синей Бороды".
ЛИХАЧЕВА: Кого вы там играете?
СКВОРЦОВ: Бороду Синюю, естественно. Это спектакль о советском инженере. Это парень, который сменил семь жен в советское время. История начинается в 70-х, заканчивается как раз в 90-х приблизительно. Она веселая, смешная. То есть, это семь разных типов женщин, какие у него с ними отношения. То же самое, я не профессиональный актер, и много возникает трудностей, сложностей, и иногда я с ужасом смотрю на себя со стороны. Интересно, посмотрим, что получится.
ЛИХАЧЕВА: Что бы еще хотелось попробовать? Вы довольно много уже попробовать, довольно много сделали.
СКВОРЦОВ: Мне пока разобраться с театром, мне есть сейчас чем заниматься. Когда с этим разберемся, когда надоест, условно говоря, буду думать.
ЛИХАЧЕВА: Подождите, а это только для пап и мам, что называется, будет играться, или вы попробуете на серьезную публику играть?
СКВОРЦОВ: Посмотрим. Надо сначала сделать. У нас режиссер профессиональный, он преподавал в этой студии. Актеры у нас все непрофессионалы, все как я. И режиссер "подогнал" своих друзей – например, музыку пишет профессиональный композитор. Декорации у нас копейки стоят – мы скинулись, сами сделали. Но художник профессиональный. То есть, с одной стороны, непрофессиональные актеры, с другой стороны, есть профессионалы, которые там участвуют. Может быть, что-то и получится. Пока это для друзей. Первая будет премьера для друзей, друзей друзей – кто придет. Если это получится что-то действительно интересное, что показывать и большему количеству людей – отлично.
ЛИХАЧЕВА: О какой роли вы мечтаете?
СКВОРЦОВ: В театре? Или в жизни?
ЛИХАЧЕВА: В театре.
СКВОРЦОВ: Я пока не мечтаю, честно говоря. Мне бы с этой справиться, у меня все мысли, если я думаю о роли, то только об этой. Даже не забиваю себе голову.
ЛИХАЧЕВА: Не уходите от вопроса. Вопрос нормальный, интересный, не надо уходить. Хорошо, вы справились с этой ролью. Аншлаг, успех, цветы в машину. Какая следующая? И дальше у вас выбор. Какой спектакль и какую роль вы хотели бы сыграть?
СКВОРЦОВ: Не знаю, возможно, мне хотелось бы самому что-то написать. Придумать какую-то роль непосредственно под себя.
ЛИХАЧЕВА: Какая бы это была эпоха?
СКВОРЦОВ: Наши дни. Возможно, действительно, отчасти про себя сделать такую вот…
ЛИХАЧЕВА: Собственную историю.
СКВОРЦОВ: Да. Как Гришковец рассказывает отчасти про себя – ну, так или иначе.
ЛИХАЧЕВА: Нравится Гришковец?
СКВОРЦОВ: Да, мне нравится Гришковец.
ЛИХАЧЕВА: Фу, фу.
СКВОРЦОВ: А вы были на спектакле?
ЛИХАЧЕВА: Да. Кроме "Собаки…", мне кажется, нечего смотреть.
СКВОРЦОВ: Вот и напрасно. Я посетил в 99-м году…
ЛИХАЧЕВА: Все потом повторяет эту самую "Собаку…", на мой взгляд.
СКВОРЦОВ: Я не согласен. Если бы вы начали с "Собаки…", если бы вы посмотрели в первую очередь ее, вы бы по-другому относились.
ЛИХАЧЕВА: Так я и посмотрела в первую очередь ее, а все, что потом смотрела – все это повторения и разные вариации на тему "Собаки…"
СКВОРЦОВ: Нет, ну есть стиль, естественно, у любого актера так или иначе есть свой стиль. Ну, мне нравится.
ЛИХАЧЕВА: А разве может существовать произведение искусства, которое никто не может… В любом другом исполнении – на бумаге или в исполнении другого актера – все уже, это не выстреливает, это просто театр интонаций.
СКВОРЦОВ: А почему же нет? Если это интересно людям?
ЛИХАЧЕВА: Театр одного актера?
СКВОРЦОВ: оно же существует. Люди идут, деньги платят даже.
ЛИХАЧЕВА: Вы не представляете даже, за что люди платят деньги, если хорошо отрекламировать.
СКВОРЦОВ: Где-то я прочитал, что искусство – это то, что нравится хотя бы одному человеку, кроме создателя этого произведения искусства. Если нравится только мне – это нет.
ЛИХАЧЕВА: А, ну понятно. Если нравится моей маме – значит, уже искусство. Это удобно. Беспроигрышная такая формулировка. Хорошо, я вам гарантирую, что сейчас, когда вы сделаете прогноз погоды в драматическом ключе, как вы обещали в начале программы, мне понравится, и, значит, по определению это будет произведением искусства. Попробуйте.
СКВОРЦОВ: Прогноз погоды. Ну, реально, у нас сейчас солнышко за окном светит – это антициклон сибирский. Он на самом деле пришел из Сибири, это не так часто случается. Он перевалил через Урал, припер к нам сюда, принес сибирский мороз и холодный солнечный воздух. Но с ним борются два цтклона: один – скандинавский – с севера, который давит и прет, тащит сюда снег, и от Калининграда до Архангельска идет снежок. А второй циклон на юге находится, который несет ненастную погоду на черноморское побережье, в Сочи, и так далее. Там дожди, снег, и так далее. Сейчас мы наблюдаем такую борьбу – кто кого. Скорее всего, циклон все-таки удушит антициклон, и к середине недели у нас ожидается потепление, снежок и так далее. У них такая вот борьба.
ЛИХАЧЕВА: Отлично! Жалко, что у нас картинки нет, потому что это и выглядело очень эмоционально и здорово. Спасибо вам большое. По-моему, это новое слово в метеопредставлении. Смотрите в пятницу. Даже не знаю, что теперь будут делать наши новостисты. Просто отобрали хлеб у наших новостистов. Тем не менее, надеюсь, не в последний раз у нас в программе Андрей Скворцов, еще раз представлю нашего гостя сегодня. Андрей Скворцов, парашютист, актер – пока еще начинающий, но кто его знает, чем это все закончится – в будущем, может быть, даже драматург, да? Вы же мечтаете написать пьесу?
СКВОРЦОВ: Возможно.
ЛИХАЧЕВА: Ну, а вообще, сегодня приглашен за то, что в 90-х годах основал компанию инфографики и инфодизайна – компанию "Меркатор", которая до сих пор довольно известна и занимает лидирующее положение. Андрей Скворцов в программе "Они сделали это!". Счастливо.
© Finam.fm