МУРАВЬЁВ: 18 часов 13 минут в российской столице. За окном темно, светят лампочки энергосберегающие, а мы начинаем свой проект. Вот в таких вот нечеловеческих, можно сказать, условиях мы выходим в прямой эфир. Проект "Своими словами", в студии я, Вадим Муравьёв. Добрый вечер. И моя коллега Наталия Метлина.

МЕТЛИНА: Добрый вечер, дамы и господа. Мы сегодня с коллегой Муравьёвым долго утром мучились в поиске темы и натолкнулись на совершенно невероятную тему, которую мы, в общем, никогда не обсуждали, но коллеги из "Московского комсомольца" показали нам путь к сегодняшнему успешному эфиру. И я вас уверяю, те, кто живут в московских квартирах, вас ждут в ближайшее время большие потрясения. Ну, и...

МУРАВЬЁВ: Большие потрясения, да. Вам предстоит оказаться, в принципе, в подвале. Почему – потому что тема сегодняшней программы: "Нам света не надо, нам стройку давай! Чем грозят новые нормы инсоляции?"

В начале, естественно, стоит сказать, что такое инсоляция. Итак, инсоляция – это освещение помещения прямыми солнечными лучами. В дни равноденствия, то есть 22 сентября и 22 марта, пригодное для жилья помещение должно освещаться солнцем в течение двух часов. Для центра Москвы эта норма сейчас – полтора часа. То есть, в течение этого времени в ваши окна, если у вас однокомнатная, или двухкомнатная, или трёхкомнатная квартира, то хотя бы в одну жилую комнату (кухня не считается) в течение двух часов должен попадать прямой солнечный свет.

МЕТЛИНА: Исходя из этого, собственно, существуют нормативы строительства. И строители, проектируя то или иное жилое здание, или промышленное предприятие, или это офисный объект, учитывают нормы инсоляции. Возможно... Ну, вы понимаете, что слово "инсоляция", оно сродни слову "солярий", куда мы очень часто любим захаживать и просто получать солнечные лучи, именно те, которые мы с вами не получаем. А именно эти солнечные лучи так необходимы нашему организму.

Если у вас когда-нибудь были или, может быть, сейчас есть маленькие дети, то вы прекрасно знаете, что ребёнку от рождения до 2-3 лет, особенно в московском депрессивном регионе, живущем без солнечного света практически целый год... У нас и летом-то не особо с этим делом хорошо, а зимой и подавно, у нас постоянная облачность...

МУРАВЬЁВ: Вот сейчас для того, чтобы начать строить то или иное здание, нужно...

МЕТЛИНА: Секунду, я просто хотела заметить, что в связи с тем, что мы живём в не солнечном регионе, то детям полагается капать витамин D. Сейчас этот препарат называется "Аквадетрим" и вот его применяют именно в качестве борьбы с рахитом и туберкулёзом. Именно с этим боролись на заре советской власти те люди, которые и придумали нормативы инсоляции. Ну, сейчас, естественно, московские градоначальники посчитали, что эти нормы устарели и надо бы город, в общем, так сказать, уплотнить.

МУРАВЬЁВ: Ну, дело в том, что для того, чтобы город уплотнять, строители, застраивающие компании вынуждены соблюдать эти нормы инсоляции. То есть, приезжает специальный дядька со специальным прибором, измеряет освещённость в квартирах, в жилых и нежилых домах, которые прилегают к будущей стройке. И если проект, так или иначе, перекроет и сделает эти помещения практически нежилыми по нормам инсоляции, то строить нельзя.

Естественно, в Москве всё меньше и меньше остаётся площадок, где можно строить, тем более, в центре города, тем более, когда речь идёт о точечной застройке. Так вот, эти нормы инсоляции было предложено отменить. Ну, не то, чтобы отменить совсем, но, во всяком случае, сделать их попроще, чтобы было гораздо легче получить заключение этой экспертизы. Потому что на самом деле эти нормы инсоляции, как говорят застройщики, ложатся большим бременем при проектировании, потому что нужно всё-таки это правило соблюдать.

Вот, как говорят наши коллеги из "Московского комсомольца", застройщики и чиновники, выдающие разрешение на строительство, теряют деньги из-за этой дурацкой инсоляции, а могли бы поднимать миллионы.

МЕТЛИНА: Вот некоторое время назад в Государственной Думе прошло заседание экспертного совета по жилищно-коммунальному хозяйству при комитете по строительству и земельным отношениям. Более бредового документа, как, собственно, расшифровка, стенограмма выступления главного докладчика... Не упоминает журналист "МК" фамилию этого дивного человека, но он здесь приводит такие аргументы, от которых кровь стынет в жилах.

МУРАВЬЁВ: Давай, на самом деле, мне кажется, это нужно огласить. Итак, стенограмма заседания, кто докладчик – неизвестно. Это заседание прошло в Госдуме. Итак, "Уважаемые члены Экспертного совета, я уже давно работаю в области строительства, и при подготовке исходно-разрешительной документации и предпроектных проработок мы постоянно сталкиваемся с ограничениями, которые накладывают санитарные нормы и правила (СанПиН) в области инсоляции.

При проектировании соблюдение этого правила обязательно. Это накладывает жесткие ограничения на сам проект. То есть, при отведенном земельном участке под строительство порой и зачастую невозможно запроектировать и в дальнейшем построить те квадратные метры, которые возможно было на этом участке построить, что в условиях дефицита земли в Москве – это, конечно, расточительство".

МЕТЛИНА: Ну, докладчик также считает, что первые этажи в московских квартирах закрыты обилием зелёных насаждений – мы же живём в одном из самых зелёных, буквально в Сочи практически. Вы не замечаете, а вот жители первых этажей прекрасно знают, что их окна постоянно заслонены зеленью, так что они света и так не видят. Поэтому, раз первые этажи не видят, значит и последним можно с этим делом повременить.

МУРАВЬЁВ: Кроме того, основная масса населения, по мнению докладчика, в тот период, когда солнце движется по небосклону...

МЕТЛИНА: Буквально жжёт в нашем регионе!

МУРАВЬЁВ: ...Находится на работе, то есть выпадает из этой нормы. То есть, зачем солнце в квартире, если человек всё равно там бывает только в темноте?

МЕТЛИНА: Ну, в общем, огромное количество ещё бредовых предложений внёс докладчик, но давайте всё-таки перейдём к нашим гостям. Ну а для вас я хочу назвать номер нашего эфирного телефона...

МУРАВЬЁВ: 730-73-70. Телефон многоканальный. Хватает ли вам света в Москве, и как вы относитесь к тому, что сейчас нормы по инсоляции поменяют, и мы все окажемся перед окнами новых, красивых, современных зданий из стекла и бетона.

И вот Александр пишет на сайт: "Ну, и куда мы теперь денем плоды творчества московской точечной девелоперской застройки? Там не то, что жалюзи на окна не нужны, там в соседние окна без бинокля можно смотреть и понимать, кто из ванной и в чём вышел. Абсолютный шедевр каменных штор можно посмотреть, к примеру, в новостройке в Северном Чертаново, да и не только там". Это вот Александр на сайт finam.fm...

А к нам присоединяется Сергей Митрохин, председатель партии "Яблоко", экс-депутат Мосгордумы. Сергей Сергеевич, добрый вечер.

МИТРОХИН: Добрый вечер.

МЕТЛИНА: Сергей Сергеевич, спасибо огромное, что вы присоединились к нашей беседе. Насколько мне известно, вы, в общем, в своё время пытались каким-то образом повлиять на страстное желание увеличить точечную застройку в Москве. Что получилось, что не получилось и каковы перспективы сейчас, в связи с изменением норм инсоляции?

МИТРОХИН: Ну, кое-что получилось. Тот вал точечной застройки, который нарастал в 2006-2007 году, особенно в первой половине, всё-таки удалось остановить. Нам удалось добиться принятия постановления 714, которое, в принципе, запрещает точечную застройку. Конечно, она не закончилась, но стало всё-таки легче с ней бороться. Работала комиссия Кузьмина по точечной застройке, которая по одним нашим только предложениям остановила свыше ста строек. Были ещё предложения, не связанные с нами. Ну, где-то всего около двухсот строек были остановлены.

Что касается инсоляции, вот одна характерная деталь: никогда отсутствие расчёта инсоляции не было причиной остановки стройки.

МУРАВЬЁВ: Почему?

МИТРОХИН: А вот так. Вот другие документы, например, разрешение на строительство или документ административно-технической инспекции на подготовительные работы, вот если эти документы отсутствуют, стройку, в принципе, можно остановить. Но если вы требуете расчёт по инсоляции, а вам его не предоставляют, то никто на это не реагирует.

МУРАВЬЁВ: Сергей Сергеевич, но в Европе это очень жёсткие требования, которые обязаны быть соблюдены. Например, в Японии рассчитывают не только уровень освещённости, а ещё есть такое понятие как "уровень затенённости", то есть здание соседнее построенное, любой проект, какой хочешь, но оно не имеет право отбрасывать тень больше 10 метров на соседний участок. И всё. Хочешь небоскрёб, если попадает – хорошо, нет – нет. То есть, получается, что у нас просто наплевательское отношение к здоровью граждан? Или как это называется?

МИТРОХИН: У нас, понимаете, закон, он всегда палка о двух концах. Вот один конец жёсткий – это что касается граждан.

МУРАВЬЁВ: А с другой стороны пряник.

МИТРОХИН: А с другой стороны мягкий, да. Это что касается бизнеса и чиновников, особенно крупного бизнеса. Поэтому они совместно имеют очень серьёзное влияние на наши законы, и законы к ним податливы. Вот эти санитарные нормы и правила, во-первых, они устанавливаются не законами, а подзаконными актами, постановлениями правительства. Ну, в регионах свои есть СанПиНы так называемые. Всё это подзаконные акты, фактически никакой законодатель их не контролирует, тем самым и общество их не контролирует.

То есть, провести междусобойчик в виде заседания правительства, утвердить изменение этих правил, в общем-то, раз плюнуть. А потом, когда люди кидаются, и вот говорят, например, два часа должно быть солнце в квартире, им говорят: "Извините, вот эти нормы давно уже изменились, вы живёте вчерашним днём". Поэтому, конечно, наше законодательство...

МУРАВЬЁВ: Но, Сергей Сергеевич, количество солнца для человека – как это может устареть? Ну, давайте сделаем другой состав воздуха, потому что этим же воздухом люди дышали миллион лет назад. Ну, хватит уже, сколько можно, давайте поменяем состав воздуха, это же...

МИТРОХИН: Примерно так, примерно так.

МЕТЛИНА: Хорошо. Сергей Сергеевич, давайте вернёмся к нашей истории. У нас огромная страна, как вам известно, и вот мы перед эфиром навели некоторые справки. Вы не поверите, но плотность населения в России – 8 человек на квадратный километр, это средняя плотность населения, в условиях того, что 93% населения сосредоточены на 30% нашей территории.

Вторая цифра. Значит, в Германии плотность населения... Да, в московском регионе 345 человек на квадратный километр, это даже Московская область, в Москве даже не могу сказать, сколько. В Германии средняя плотность населения – 232 человека на квадратный метр, в Китае – 400, в Соединённых Штатах – 40.

То есть, мы живём в стране с гигантскими просторами, где не то, что по 6 соток, по 6 гектаров можно нарезать на одного человека. Почему именно в одном городе... Потому что понятно, что нормы инсоляции, они разрабатываются и меняются исключительно для Москвы, понятно...

МУРАВЬЁВ: Потому что в деревне Печи...

МЕТЛИНА: Это не нужно никому, да, там всем всё равно. Вот почему в одном городе нужно строить столько, а вся страна в это время пустует?

МИТРОХИН: Это так называемый кризис переразвития в отдельно взятом регионе – городе Москва. Потому что на федеральном уровне не проводится региональная политика, она там вообще отсутствует, которая была бы направлена на территориальное развитие страны. Поэтому есть сверхконцентрация экономической активности в одних точках немногочисленных в стране и нулевая фаза в других. Это, конечно, приводит к тем явлениям, о которых мы говорим.

Вот вы тут сказали, миллион лет назад что было. Я возьму период не столь большой. 2 тысячи лет назад в Древнем Риме существовали нормы расстояний между домами, вот нельзя строить дом ближе к старому, чем определённое расстояние. У нас в Москве до сих пор таких норм нет. Когда фракция "Яблоко" пыталась внести это через Мосгордуму (такие нормы есть в других регионах, кстати), нам этот законопроект завалили.

МУРАВЬЁВ: Неожиданно, Сергей Сергеевич! Но при этом мы всё время оглядываемся на Европу, мы пытаемся также организовывать дорожное движение, и бог знает, чего.

Например, в Великобритании для признания судом нарушения светоклиматического режима в затеняемом помещении, есть такая норма, называется она "right to light" – право на свет. Действует она с XIX века. И если вот это право на свет нарушается, то застройщику грозят невероятные штрафы, даже если он построил, то он будет компенсировать по гроб жизни просто, если он человека лишил света в квартире. У нас... Мы на Европу смотрим, только непонятно, на какую её часть.

МЕТЛИНА: Ну, через тёмные стёкла. Потому что жителей первого этажа зелень смущает...

МИТРОХИН: Ну, это может быть, вы на Европу смотрите, а наши чиновники Европу в упор не хотят видеть.

МЕТЛИНА: Сергей Сергеевич, у нас огромное количество звонков. По телефону 730-73-70 к нам дозвонился Александр. Давайте послушаем его мнение.

МУРАВЬЁВ: Александр, добрый вечер.