МУРАВЬЁВ:  "Сертификация продуктов отменяется. Кушать продано, господа!" Такова тема сегодняшней программы "Своими словами". В студии Наталия Метлина и я, Вадим Муравьёв.

Андрей Нагибин к нам присоединяется. Председатель правления Общероссийской общественной организации "Зелёный патруль". Андрей Николаевич, добрый вечер.

НАГИБИН: Добрый вечер.

МЕТЛИНА: Андрей Николаевич, я вот просто хочу анонсировать для наших радиослушателей вашу деятельность. Вы проводили контрольные закупки продуктов в магазинах, и в декабре мы с вами так же обсуждали эту тему. Андрей Николаевич, я хочу перед тем, как вы всё-таки расскажете нам своё мнение о декларировании продуктов, я хочу, чтобы вы послушали опрос, который провели на улицах Москвы наши корреспонденты.

МУРАВЬЁВ: "Доверяете ли вы качеству продуктов в магазинах?" Вот с таким вот вопросом вышли на улицы. Давайте послушаем, а потом мы прокомментируете.

Опрос:

– Нет. Да потому что половина левых идут, некачественных, просроченных. Особенно в вакуумных упаковках – рыбные, мясные – часто просроченные.

– Я предпочитаю покупать то, в чём я уверена. Когда мы покупаем любой продукт в наших супермаркетах, мы всегда рискуем отравиться. Я доверяю интуиции, иногда вхожу в дружеский контакт с продавцами, они мне советуют, что купить, а что не купить.

– Не полностью доверяю, потому что всё это частный сектор. Контроля нет. Приноровился, что покупаю продукт, смотрю... Стоит брать проверенные торговые марки. В магазины иду спокойно.

– Нет, однозначно. Потому что вот они и перебивать даты могут, и испорченную продукцию опять переделывают, перемариновывают. Стараюсь на рынке брать свежее.

– Нет, не доверяю. Потому что всё палёное, всё несъедобное, всё тухлое практически, приходится скитаться по рынкам. И то смотреть, где чего. В Москве вы ничего съедобного не купите.

МУРАВЬЁВ: Ну, вот так вот безрадостно. Андрей Николаевич, вот интуиция и заигрывание с продавцами для того, чтобы не купить тухлятину в магазине. Что изменится после того, как сертификацию заменят на декларирование?

НАГИБИН: Вы знаете...

МУРАВЬЁВ: Нам некого будет опрашивать?

НАГИБИН: ...Особо ничего не изменится, потому что, конечно, та сертификация в том виде, в котором она была, она себя не оправдала. Потому что мы, когда делали контрольные закупки, мы изымали сопроводительные документы на ту продукцию. Там 70% документации просто либо не существует, либо поддельная. И очень много развелось органов по сертификации, которые просто на этом зарабатывали деньги.

Поэтому сертификат соответствия в том виде, в котором он был, он не подтверждал качество продукции как таковой. Причём жалуется "Ростест" и другие крупные компании, они сами жалуются, что очень много сертификатов поддельных, и они с этим ничего сделать не могут.

МУРАВЬЁВ: Хорошо. Сейчас у нас идёт голосование, мы опрашиваем слушателей на тему: "Доверяете ли вы качеству продуктов в магазинах?" Вот сейчас 6% говорит о том, что доверят и 94% говорит о том, что не доверяет. Может быть... И вы слышали опрос общественного мнения, в общем, никто не сказал, что доверяет, слова "тухлятина" звучат очень часто.

Может быть, в этой ситуации нужно было принимать более жёсткие меры, а не вот эти вот разрешительно-неразрешительные, мол, хочу – декларирую, хочу – не декларирую, напишу там чего-нибудь? Может быть, стоило как-то уже производителей поджать?

НАГИБИН: Понимаете, в этой ситуации вот эта либерализация совершенно была не нужна. У нас как всегда что-то нужно ввести, но совершенно не подготовившись. Ведь соответствующим образом нужно было ужесточить закон и ответственность производителя и продавца, чтобы он понимал. А когда он отделается мелким штрафом, административной ответственностью, то это не решит проблемы. Тем более, у нас премьер сказал: "Даёшь возможность уменьшать контроль..."

МЕТЛИНА: Начинают на голову садиться. Андрей Николаевич, вот мне всё-таки хотелось бы оторваться от опроса по поводу качества продукции, потому что мне, на самом деле, не столь важно, тухлятина или не тухлятина – это можно определить на вкус, цвет и запах. Но меня всё-таки интересует сертификация продуктов, потому что мы очень много едим полуфабрикатов, мы очень много едим колбасы. И даже если она очень свежая, но сделана она вовсе не из мяса, а в основном АЕЕ и BBC, вот такие вот наименования присутствуют внутри, вот это для меня важно.

И сертификат, собственно, нужен не для того, чтобы подтвердить свежесть продукта, а его качество и соответствие хоть каким-то нормам. Что сейчас будет делать тот, кто производит колбасу, тот, кто производит детский крем, тот, кто производит водку? Вот это три основных моих продукта.

МУРАВЬЁВ: Водка, колбаса и детский крем?

МЕТЛИНА: Да, да.

МУРАВЬЁВ: То есть, она пьяная и намазанная всегда.

НАГИБИН: Просто хотеть закончить свою мысль. Я имею в виду, что

отмена обязательной сертификации на потребителя не повлияет. Он как остался один на один с продавцом, так он и остаётся.

Поэтому... Он же никогда... Вот вы как нормальный человек требовали сертификат соответствия на тот или иной продукт? Вы же до этого никогда не доходили, скорее всего, либо это уже принцип какой-то принципиальности. Правильно?

МЕТЛИНА: Ну, Андрей Николаевич, знаете, дело в том, что у нас в торговых сетях работает такое количество мигрантов, поэтому они смогут с трудом объяснить, где находится тот или иной продукт, на какой полке. А слово "сертификат соответствия"... Вот это вот у меня даже язык не поворачивается попросить.

МУРАВЬЁВ: На узбекском выучить, как это произносится, тогда можно.

НАГИБИН:  Я считаю, что эта мера преждевременная, вот это, скажем так, объявление декларирования продукции. То есть, это фактически производитель берёт на себя полную ответственность. А что такое в наше время сейчас, при кризисной ситуации... Ведь все стараются удешевить продукт, а продукт удешевляют только за счёт качества. И вот ответственность, когда производитель один на один с собственной совестью...

МЕТЛИНА: Андрей Николаевич, ещё можно удешевить за счёт снижения коррупционной составляющей. Не забывайте.

МУРАВЬЁВ: Либо количества продукта.

НАГИБИН: Вы знаете, я бы что предложил, была бы моя воля? Я бы вернулся к институту общественных инспекторов, общественных проверяющих. Помните, в советское время было...

МУРАВЬЁВ: Ну, Андрей Николаевич, давайте ещё дядю Стёпу вспомним, который был хороший милиционер, стоял там светофоры включал. О чём речь? Естественно этот общественный проверяющий, у него есть такая же лапа и такой же карман.

МЕТЛИНА: Ну и что, да. Будут общественники пробовать и говорить: "Плохая у вас колбаса".

НАГИБИН: Существует коррупционная составляющая. Допустим, когда мы разговаривали с проверяющими и с остальными... Ведь проверяющий имеет право проверять один раз в три года, если это специалист Роспотребнадзора. Я не думаю, что он до прилавка доходит, он дальше кабинета директора магазина никуда не идёт. И это повсеместная ситуация.

Но когда сама общественность может контролировать ситуацию... Понимаете, не найдётся 3 рубля на каждую бабушку, каждого дедушку, которые просто придут и будут иметь право посмотреть на законных основаниях продукцию...

МУРАВЬЁВ: Есть вариант, что бабушки и дедушки тоже обнаглеют.

МЕТЛИНА: Андрей Николаевич, мы всё-таки живём в стране с очень низкой правовой культурой. И по части защиты прав потребителей у нас всё очень плохо, потому что у нас просто миллионы людей, которые покупают плохие товары, они просто их выкидывают и говорят: "Ну, в следующий раз я не буду покупать этот паштет".

Андрей Николаевич, завершая нашу беседу, вот такой вот прямой вопрос. Вы упомянули тот факт, что теперь за всё будет отвечать производитель. Правильно?

НАГИБИН: Да, производитель, конечно.

МЕТЛИНА: Но не кажется ли вам, что это ещё больше отдалит потребителя от защиты своих прав? Если раньше за всё отвечал ритейлер, например, то сейчас ритейлер будет говорить: "Извините, идите в город Уфа на завод, и там производят этот чак-чак, вот к ним и обращайтесь. А нам представили документы все хорошие".

НАГИБИН: Мы ни в коем случае не приблизились к качеству продукции на наших прилавках, мы даже отдалились. Если параллельно сейчас не будут введены соответствующие законы... Ещё сейчас готовится закон о страховании ответственности продавца, производителя, может быть, вот этот закон... Но ещё ничего не вошло в силу, и у нас сейчас такая, знаете, правовая дыра. Честно говоря, у меня рекомендация просто покупать свежие продукты и очень внимательно относиться к упаковке и ко всему остальному.

МУРАВЬЁВ: Понятно, спасибо огромное. Это Андрей Нагибин, председатель правления Общероссийской общественной организации "Зелёный патруль".

МЕТЛИНА: Ну, вы знаете, что меня больше всего волнует? Что отменена сертификация на сухие смеси, на детские каши, на муку для продуктов питания для детей, для продуктов на плодоовощной основе, для продуктов на мясной и рыбной основе, консервов из мяса, птицы и консервов на овощной основе для питания для детей раннего возраста.

Вот это, я считаю, отменять ни в коем случае нельзя. И какие бы штрафы, какая бы мощнейшая коррупция не сопровождала этот процесс, мне кажется, что... Вот мы готовы сидеть на унитазах до бесконечности, но вот почему должны страдать наши дети? Вот об этом, мне кажется, стоит поговорить.

МУРАВЬЁВ: С другой стороны, у меня тут же появилась бизнес идея. На самом деле, сейчас можно в свете происходящего открывать частные инфекционные клиники, например. Ну, такие...

МЕТЛИНА: Да, очень актуально!

МУРАВЬЁВ: Мне кажется, пациентов будет предостаточно просто.

МЕТЛИНА: Ну, у тебя же есть последние новости из гастроэнтерологических отделений.

МУРАВЬЁВ: Да, жену у меня сегодня выписали из больнички.

МЕТЛИНА: Что там говорят, с чем там лежат в основном?

МУРАВЬЁВ: В основном лежат с курицей-гриль, так что будьте аккуратны. И вот совет нашего радиослушателя, который предлагает есть гречку – она пока не варёная, вроде не тухнет. Ну, берегите себя. Мы заканчиваем на этом свой эфир. Впереди новости с Кириллом Бигельдиным, а потом Юрий Пронько и его "Реальное время".

МЕТЛИНА: Всего доброго.

МУРАВЬЁВ: До завтра.