ЛИХАЧЕВА: Доброе утро снова. Человек, который строит и делает дирижабли сегодня в программе "Они сделали это!". Станислав Федоров, совладелец, главный конструктор и генеральный директор Воздухоплавательного центра "Авгуръ". Еще раз доброе утро, Станислав. Я не знаю, вы, наверное, радовались, когда смотрели современную, последнюю нашу зимнюю олимпиаду? Там же они постоянно мелькали аэростаты…

ФЕДОРОВ: Да, там постоянно, конечно. В Канаде использованы сейчас на Олимпиаде два дирижабля для видеосъемок и наблюдения, аэростатов какое-то невообразимое количество – над каждой спортивной площадкой висят и дают хорошее верхнее пламя, и погода там не очень, а они висят. Да, практически на всех олимпиадах сейчас используются дирижабли.

ЛИХАЧЕВА: Вы к Сочи готовите что-нибудь?

ФЕДОРОВ: К Сочи мы подготовили проект, даже два проекта мы подготовили. Мы подготовили проект дирижабля специального для видеосъемок и для патрулирования, и подготовили проект легкого транспортного дирижабля, который мог бы VIP, скажем, делегации или большие съемочные группы оперативно перебрасывать между спортивными площадками. Разговоры идут, но пока дальше разговоров дело, к сожалению, не заходит, а время, в общем-то, идет. Дирижабль – не тот объект, который строится сейчас быстро. Хотелось бы уже иметь какие-то планы. Но пока мы активно работаем над нашим новым прототипом дирижабля, который будет первый с не птичьим именем, называться "Атлант-6".

ЛИХАЧЕВА: А что в нем такого, что он не с птичьим именем? Он какой-то особенный?

ФЕДОРОВ: Он будет особенный, он будет…

ЛИХАЧЕВА: Как называется? "Атлант-М"?

ФЕДОРОВ: "Атлант-6". 6 – потому что от объема одна из производных. Сейчас мы пытаемся это сделать, и очень уважаемый наш полярник Артур Чилингаров хочет организовать на нем экспедицию к Северному Полюсу.

ЛИХАЧЕВА: Гениально.

ФЕДОРОВ: Сейчас активно ищутся на это деньги. Вот такие дирижабли первые, легкие транспортные дирижабли, могли бы сыграть большую роль именно в развитии транспортной инфраструктуры на севере, особенно если мы будем пытаться осваивать нефть и газ на Крайнем Севере, если это кому-то нужно. А то, может, не нужно – говорят, газа вообще надолго хватает. Если будем осваивать нефть и газ, то без дирижаблей по-человечески это не освоить, иначе это опять ледоколы, самолеты во льдах, в общем, нечеловеческий ужас. Дирижаблю все это будет гораздо проще и легче. Это все понимают, поэтому сейчас даже очень многие не дирижабельные, а самолетостроительные фирмы стали у себя заводить небольшие дирижабельные подразделения, которые пытаются прощупать почву для создания транспортных дирижаблей будущего. Но у них все такие проекты странные рисуют – то почему-то в форме летающей тарелки, то в форме летающей булки, то какого-то размера такого для единоразовой перевозки тайги, это, в тундру, ну…

ЛИХАЧЕВА: Понятно.

ФЕДОРОВ: Когда я вижу такие проекты, я спрашиваю: "Хорошо, вы построите дирижабль объемом полмиллиона кубических метров и грузоподъемностью 250 тонн, у вас ангар для этого большой есть в городе Ульяновске. Вот вы его выкатите из ангара. А кого вы посадите ему за орган управления? Кто его поднимет в воздух?" Обучить пилота дирижабля – это же тоже не так просто и быстро, для этого нужны учебные машины, промежуточные машины. Ведь нельзя взять с ноля и построить "Титаник", не имея для него капитана и матросов. Там даже имелись капитан и матросы, и то не очень хорошо это получилось.

ЛИХАЧЕВА: То есть, прежде чем такую махину поднимать, неплохо бы научиться на более-менее обычных…

ФЕДОРОВ: Да.

ЛИХАЧЕВА: А у меня такой вопрос. А сейчас ваша компания за счет чего существует, выживает? Вы назвали эти два основных направления…

ФЕДОРОВ: Вот, за счет этого и живет. Мы проектировали, строили…

ЛИХАЧЕВА: А рекламу вы никак… Просто, мне кажется, это до сих пор такая интересная…

ФЕДОРОВ: Что-то мы делаем, но это отнюдь не является основной нашей деятельностью. Нам проще сделать пару хороших аэростатов и продать их нормальному рекламному агентству, обучить персонал, чтобы они работали, чем наших людей ставить на подъемы самих. У нас, во-первых, не так-то много народу, и у них не такие маленькие оклады, чтобы стоять под аэростатом, рекламирующим что-то. А так, поставлять рекламные аэростаты или большие надувные конструкции рекламные – это пожалуйста, это мы с большим удовольствием.

ЛИХАЧЕВА: Сколько у вас сейчас человек работает?

ФЕДОРОВ: Сейчас чуть-чуть подсократились, у нас сейчас работает около 80 человек.

ЛИХАЧЕВА: А до кризиса было около ста, да?

ФЕДОРОВ: Больше 120, но пришлось чуть-чуть подсократиться, кризис, конечно…

ЛИХАЧЕВА: Свернулись некоторые проекты?

ФЕДОРОВ: Да, некоторые интересные проекты свернулись. Но я думаю, что мы уже существуем с 91-го года, пережили уже ряд кризисов. Думаю, что…

ЛИХАЧЕВА: И не такие кризисы переживали, в общем.

ФЕДОРОВ: Именно таких еще не переживали, но переживали какие-то другие. Переживем и этот, ничего…

ЛИХАЧЕВА: Ничего страшного.

ФЕДОРОВ: Ничего убийственного в нем нет.

ЛИХАЧЕВА: А расскажите, пожалуйста, что чувствует человек, когда поднимается на дирижабле?

ФЕДОРОВ: Это приблизительно как… Представьте, что вы выходите на свой балкон дома, балкон берет вместе с вами, и улетает. Вот где-то ощущения приблизительно такие.

ЛИХАЧЕВА: Не страшно?

ФЕДОРОВ: Сначала, конечно, страшно. Вы выходите на балкон, он берет и улетает – это не страшно?

ЛИХАЧЕВА: Нет, ну это вообще уже, в гроб сразу с такими ощущениями.

ФЕДОРОВ: Это страшно сначала, но потом к этому очень быстро привыкаешь. Потому что нет особого шума, грохота, рева, как на другой летательной технике. Дрожи металла…

ЛИХАЧЕВА: Более естественное такое ощущение.

ФЕДОРОВ: Да-да-да. Ощущение более… полета… Когда ты летишь, например, на сводном аэростате, не на дирижабле, там еще нет ветра вообще, потому что летишь вместе с ветром, то есть, ощущения очень странные. Можно спокойно общаться, с высоты два километра кому-то на земле что-то сказать не очень громким голосом. Для тебя в воздухе ветра нет, ты летишь вместе с ним. Ведь ничем этот воздух не напрягает, фактом своего присутствия. Авиация вся с воздухом борется, а воздухоплавание с воздухом не борется, оно с ним дружит и сосуществует.

ЛИХАЧЕВА: Действительно, как птица – поднялась, и дальше…

ФЕДОРОВ: Как облако. Это авиация как птица, а мы как облако.

ЛИХАЧЕВА: А ваши дети летают уже?

ФЕДОРОВ: Нет еще пока. Это рановато. Но я думаю, что скоро потихоньку начнем приучать.

ЛИХАЧЕВА: У вас трое, они как-то увлечены? Вы собираетесь из этого сделать семейное предприятие? С большими и радужными перспективами.

ФЕДОРОВ: Нет, я думаю, что… Во-первых, у меня две девочки…

ЛИХАЧЕВА: А что, девочки как-то так особо…

ФЕДОРОВ: Да нет, каждый человек должен выбирать свою жизнь и судьбу сам. Решат выбрать эту – значит, выберут эту. Нет – значит, есть в жизни много других интересных, и нужных, и очень хороших профессий. Навязывать своим детям…

ЛИХАЧЕВА: А сами вы сколько раз в месяц, например, летаете?

ФЕДОРОВ: Сейчас, в такие периоды, больше трех-четырех раз в месяц уже не получается, очень много дел на земле. Выезжать уже куда-то не получается. А летом – иногда да, иногда бывает почаще, когда выезжаешь на какие-то крупные международные мероприятия, соревнования. Иногда приходится летать подолгу. Мы впервые участвовали в самом престижном воздухоплавательном соревновании – это Кубок Гордона Беннета, и вместе с моим вторым…

ЛИХАЧЕВА: Это где, кстати?

ФЕДОРОВ: Это… Сейчас я объясню. Старый был в Бельгии. Летели через Англию, потом через все Северное море, через Норвегию, Швецию, Балтийское море, и сели в Финляндии. В какой стране – очень сложно. Нам пришлось лететь 67 часов.

ЛИХАЧЕВА: Класс. Слушайте, ведь это же можно продавать. Я уверена, что огромное количество людей найдется, которые не на пароходах, не на поездах, не на машинах, а именно вот так, с высоты облака… Это же ощущения, как будто ты путешествуешь сидя на облаке, правда?

ФЕДОРОВ: Конечно же, да.

ЛИХАЧЕВА: А почему до сих пор не пришло в голову продавать кругосветные путешествия или просто путешествия через несколько стран, такие круизы на дирижаблях? Если посчитать – вы никогда не считали экономическую составляющую? Очень такая тема прикольная.

ФЕДОРОВ: Для этого нужно, чтобы это имело экономический эффект, иметь дирижабли уже достаточно крупные, где можно человеку обеспечить теплую ванну и другие бытовые услуги. А также бар с широким выбором, иначе неинтересно. Это должны быть достаточно крупные дирижабли, к ним мы обязательно подойдем, проекты такие есть.

ЛИХАЧЕВА: То есть, есть такие мысли, идеи, и в перспективе это все, вероятнее всего, будет?

ФЕДОРОВ: Конечно, будет, а куда деваться? История развивается по спирали. Один раз дирижабли уже были. Сейчас они снова появляются. Значит, они и дальше будут развиваться. А самолетам пора уже и на покой, слишком много топлива жрут.

ЛИХАЧЕВА: Я, конечно, понимаю, вы фанат, но вы совсем так не задвигайте, потому что, все-таки, скорость никуда не денешь. В современном мире скорость – превалирующий все-таки фактор.

ФЕДОРОВ: Скорость сейчас не в личном передвижении, а в передаче информации. Можно спокойно плыть на борту дирижабля из Москвы в Нью-Йорк через океан, любоваться видами, и одновременно по Интернету руководить крупой международной компанией, абсолютно себя не затрудняя.

ЛИХАЧЕВА: Ну, тоже, конечно, вариант. А вы вообще хороший руководитель? Как вы сами думаете? Вы больше конструктор, вы чемпион или вы руководитель?

ФЕДОРОВ: Я, наверное, к сожалению, больше конструктор. Если был бы больше бизнесменом, то, я думаю, что судьба моих сотрудников и их зарплаты были бы гораздо больше. Но, к сожалению, нет. К сожалению, я больше конструктор. Как сказали бы в советское время, организатор производства.

ЛИХАЧЕВА: А, вот что.

ФЕДОРОВ: Да, организатор производства. Производство организовать-то мы можем. Но сейчас уже учимся организовывать, это и маркетинг, кроме производства.

ЛИХАЧЕВА: Ну, если вы в первую очередь конструктор, тогда я вам на прощание пожелаю, чтобы вы, помимо того, что вы уже сделали – все разные, улучшенные, модернизированные варианты дирижаблей – вот помимо всего, что вы уже сделали, пожелаю вам, чтобы вы сконструировали какой-нибудь прорывной, совершенно гениальный дирижабль как конструктор, и продали бы его потом тысячными партиями по всему миру.

ФЕДОРОВ: Спасибо большое.

ЛИХАЧЕВА: Спасибо вам большое, я очень надеюсь, что как-нибудь еще вы придете к нам на "Финам FM". У нас сегодня в гостях был Станислав Федоров, чемпион в классе "Б" дирижаблей, человек, который поднялся на высоту почти 9 километров на дирижабле. Он также является основателем, совладельцем, главным конструктором и генеральным директором Воздухоплавательного центра "Авгуръ". Спасибо большое, это была программа "Они сделали это!" Я благодарю Анну Кореневу, продюсера этой программы, а также Евгения, который сегодня за пультом. Меня зовут Елена Лихачева. Прощаюсь с вами до завтра. Счастливо.