Они сделали это! 02/03/2010 09:05
ЛИХАЧЕВА: Доброе утро, вы слушаете "Финам FM". Меня зовут Елена Лихачева, здравствуйте. "Мне кажется, – говорит наш сегодняшний герой, – я уникальный для России специалист, которому удалось восемь лет проработать за рубежом в условиях той самой экономики, которую здесь только пытаются построить. Я сумею сегодня вывести на международный рынок любую фирму, которая хочет глобализации. Или, если бы я стал губернатором, ну, допустим, Брянской области, то за три-четыре года я превратил бы ее в такой же процветающий край, каким является, скажем, Латвия. Думаю, я знаю, что для этого надо делать. Хотя, может быть, мое заявление звучит несколько нескромно". Не знаю, в принципе вся биография нашего сегодняшнего гостя свидетельствует о том, что никакой нескромности здесь нет. У нас сегодня в гостях Артем Тарасов. Доброе утро.
ТАРАСОВ: Здравствуйте.
ЛИХАЧЕВА: Сначала рубрика "Статус".
СТАТУС: Артем Тарасов, генеральный директор Института инноваций, первый официальный советский миллионер, предприниматель, соучредитель издательства "Коммерсант", основатель компаний "Трансаэро", "Русское Лото", "ИнтерАгро" и других.
КАК ЭТО ДЕЛАЛОСЬ: В 73-м окончил Московский горный институт, через два года – Московский институт электронного машиностроения, затем – МГТУ имени Баумана. В 82-м – Высшие экономические курсы Госплана СССР. В 91-м году избирался народным депутатом РСФСР, а в 93-м – депутатом Госдумы. В настоящее время возглавляет Институт инноваций. Кандидат технических наук, доктор экономики Лондонского университета, академик Международной академии информатизации при генконсульстве ООН.
ЛИХАЧЕВА: Еще раз доброе утро, огромное спасибо за то, что вы к нам сегодня пришли. Итак, ваш рецепт, как сделать из Брянской области что-то вроде процветающего края Латвии?
ТАРАСОВ: Вы знаете, там ошибка была. Я говорил, что я могу сделать из Брянской области не Латвию, а Австрию.
ЛИХАЧЕВА: Странно.
ТАРАСОВ: Да. Латвия сейчас уже не пример, на самом деле, которая очень сильно пострадала от того, что неправильно присоединилась к единой Европе.
ЛИХАЧЕВА: Ну, в общем-то, да, хотя… Хорошо, будем из Брянской области делать Австрию.
ТАРАСОВ: Вот Австрию можно, да.
ЛИХАЧЕВА: Итак, как?
ТАРАСОВ: У меня глубокое убеждение, что процветающая экономика – это прежде всего там появляется, где правильно сформулирована или сформирована структура, которая направлена на то, чтобы создавать правильную экономику. Вот немножко такая штука. Мне кажется, что сегодня у нас и в Брянской области, и в других областях мы как-то не на то настроены: мы настроены на обогащение чиновничества, на системы контроля, системы вмешиваться в бизнес, облагать налогами, которые непонятно для чего и как. И все это не способствует совершенно развитию кк раз экономики. Причем, вы знаете, поскольку я человек деятельный предпринимательский у меня настрой в жизни, я не только рецепты придумываю, а еще пишу. Вот у меня недавно я получил ответ, недавно – это было в сентябре прошлого года, что "Уважаемый Артем Михайлович, ваше предложение направлено на анализ министерства экономики"…
ЛИХАЧЕВА: Вы куда написали? Туда?
ТАРАСОВ: Я написал прямо на Медведева.
ЛИХАЧЕВА: Ну, понятно.
ТАРАСОВ: Ну, куда мне еще? На Путина пишу, на Медведева. И очень интересно, забавная такая штука: "Поручается министерству рассмотреть и дать ответ". Это было в сентябре, мы сейчас ждем рассмотрения. Жду этого ответа, мы даже опубликовали это на моем сайте и отсчитываем: прошло, там, 120 дней, 121 день ждем ответа, 122, и так далее. Я не знаю, сколько лет это понадобится. Но шутки шутками, а на самом деле, действительно, если с самого верха сориентировать таким образом все хозяйство, которое бы начало работать на то, чтобы давали развиваться малому, среднему предпринимательству, инициативе, бизнесу, то все получится. Я как раз эти рецепты и придумываю, и пишу в Министерство экономики.
ЛИХАЧЕВА: Вы словами просто произнесите, что это за рецепт. Ну, что значит красива фраза: "С самого верха направить"?
ТАРАСОВ: Рассказываю. У человека есть всего девять потребностей. Во всем мире у всех людей всего девять потребностей. Если быстро перечислить, это: потребность быть защищенным, потребность еды…
ЛИХАЧЕВА: Вы сейчас про пирамиду Маслоу будете рассказывать?
ТАРАСОВ: Нет-нет, это…
ЛИХАЧЕВА: Это какая-то другая пирамида, да? Она более усовершенствованная? У него там поменьше, по-моему, потребностей.
ТАРАСОВ: Я даже не знаю пирамиду Маслоу, но я знаю, что девять потребностей – это как раз девять министерств, которые надо иметь, девять ведомств, девять чиновничьих аппаратов, и причем из них получается где-то три или четыре на зарплате, а остальные совершенно свободно могут жить на результатах их деятельности. Я предложил очень простой путь. Каждый чиновник в министерстве еды, если он способствует тому, что в его регионе, в Брянской области, открываются каждый день новые фермы, новые рестораны, кафе, и так далее – пусть он получает с каждой открытой фермы, ресторана 2% прибыли в свой аппарат, и делят они его официально на официальной основе. Чем лучше будет развиваться отрасль еды, тем богаче будут становиться чиновники, работающие там. Причем заработав определенные деньги, он уходит уже из этой чиновнической работы – куда? В предпринимательство с деньгами, совсем неплохо. И получается какая интересная штука: сегодня каждый чиновник на своем месте заинтересован, чтобы у вас дело не пошло, потому что вы ему платите за разрешение, и чем быстрее вы закроетесь, тем быстрее вы снова придете а этим разрешением. А здесь чиновник становится именно простым заинтересованным человеком в том, чтобы у вас дело пошло, 
потому что в реальных условиях рынка единственный стимулирующий показатель – это доход…
ЛИХАЧЕВА: Вы знаете, вы сейчас говорите о 2%, которые он смог бы получить…
ТАРАСОВ: 2-3%, да.
ЛИХАЧЕВА: 2-3%. Но они сейчас получают, если мы сейчас все посчитаем, в принципе, хорошие показатели развития, скажем, отрасли еды – ну, грубо говоря, в кавычках. Мы посчитаем хорошие показатели в отдельно взятой области, посчитаем, насколько это могло бы увеличиться, чистой прибыли, потом отнять эти 2%, предложить это министерству – они расхохочутся нам в лицо, потому что сейчас они имеют гораздо больше этих 2%.
ТАРАСОВ: Лена, вам кажется.
ЛИХАЧЕВА: Думаете?
ТАРАСОВ: Сегодня все в упадке, сегодня нет сельского хозяйства практически, хотя мы показываем цифры какие-то. Сегодня умирают… Я вот был в деревнях, где еще два-три года назад было 60 домов, сейчас – два или три. У нас не могут работать молочные заводы, потому что литр молока дороже…
ЛИХАЧЕВА: Я вам как раз об этом и говорю. Как заставить чиновников, сориентировать их на то, чтобы они понимали вот это, когда у них есть огромное количество других путей зарабатывать себе на жизнь?
ТАРАСОВ: Объясню. Вот эти другие пути приводят к тому, что они просыпаются в холодном поту. Мы делаем из них преступников. Они не все, в общем, плохие люди – они просто на своем месте хотят хорошо жить и зарабатывать, и единственный путь сегодня у чиновника – это вас обобрать. Это люди, которые сегодня съедают тот небольшой продукт, который создают люди, работающие в отраслях реальных, в той же еде. Если он будет заинтересован – будет совершено другая ситуация: он не будет пытаться закрыть ресторан, наслать туда кучу всяких проверок, чтобы потом снова вам продать лицензию. Он будет вам звонить и говорить: "Почему вы второй зал не открываете? Ребята, чем вам помочь?"
ЛИХАЧЕВА: Подождите, вы сейчас хотите сказать, что чиновники воруют просто потому, что у них других путей нет? Если им предложить другие, альтернативные пути, заинтересовать и смотивировать…
ТАРАСОВ: Если он становится мотивированным партнером, исчезает то, с чем мы пытаемся сегодня бороться, и никогда не победим в России. Исчезает коррупция.
ЛИХАЧЕВА: Подождите. А он после того, как он уйдет с чиновничьей должности, становится по-настоящему заинтересованным партнером, а именно предпринимателем, или вы допускаете совмещение этих должностей сразу?
ТАРАСОВ: Не просто совмещение, а просто официально бизнес будет содержать армию чиновников легально за счет того, что эта армия будет помогать бизнесу развиваться, очень простая, красивая формула. Она не то, что где-то взята, из какой-то страны. Смысл в чем: что в России особая ситуация, мы должны пройти переходный период. То, что я сейчас предлагаю, в Швеции не нужно, и в Англии не нужно, а в России безумно нужно. Чтобы эти чиновники перестали быть барьером и стали участником событий, и чем эффективнее он работает, тем он больше может положить денег в карман, спать спокойно и говорить: "Я миллионер, потому что я открыл 50 новых точек, и с каждой имею по 2%". Извините меня, это как огромное хозяйство – 2%, 3%, пускай даже 5%. Любой бизнесмен, если ему скажут, что с тебя снимут головную боль, что ты сможешь заплатить в центр какие-то деньги, и ты будешь совершенно свободен от того, что тебя не будет нагибать никто, ты можешь сразу звонить наверх, и тебе помогут. Вы знаете, что самое интересное, Лена? Эта система уже работает уже давно в России, и очень эффективно, но нелегально, как все. Все, это абсолютно рыночные механизмы…
ЛИХАЧЕВА: Если честно, мне эта система на первый взгляд кажется несколько умозрительной…
ТАРАСОВ: Потому что нельзя говорить о сложных вещах за пять секунд, надо почитать. Если вы это прочитаете это хотя бы на моем сайте, или дождемся ответа Министерства экономики, позитивного или отрицательного, через годика два-три, потом посмотрим. Другого пути у России нет, к сожалению.
ЛИХАЧЕВА: Какой будет первый шаг на пути к этой системе?
ТАРАСОВ: Очень просто. Я говорю, ликвидировать совершено ненужные промежуточные структуры. Существуют только те, которые работают на людей. Вот девять потребностей – девять основных структур. Я перечислять не хочу, но входят туда работа, образование, здравоохранение – простые вещи, но абсолютно направленные на человека. Потом из этой части выделить то, что нельзя перевести на хозрасчет. Действительно, те, кто занимается защитой…
ЛИХАЧЕВА: Это второй уже шаг.
ТАРАСОВ: Да. Нельзя. Те, кто не переведены – оставить пока им зарплаты, все прекрасно, и сказать: ребята, развивайтесь. Каждый шаг ваш позитивный, каждая помощь, оказанная людям – чтобы рос бизнес, чтобы открывались предприятия – приносит вам личный доход. Почему я уверен, что это работает? Потому что однажды мне удалось это сделать в России.
ЛИХАЧЕВА: Вот, кстати, давайте на полторы минуты мы прервемся, и вы приведете, наконец, конкретны пример. Чтобы мы наконец-то поняли, что это е просто хорошая теория, а нечто, что может быть применено в реальной жизни.
ТАРАСОВ: Хорошо.
ЛИХАЧЕВА: Я еще раз представлю нашего сегодняшнего гостя. Первый неподпольный советский миллионер. Вы уж извините, Артем Михайлович, но, действительно, этот ярлык приклеился к вам, видимо, навсегда, и вас всегда журналисты будут представлять в первую очередь таким образом. Итак, Артем Тарасов, первый советский неподпольный миллионер, предприниматель по духу, основатель компаний "Трансаэро", "Русское Лото", является соучредителем издательства "Коммерсант", и так далее, и так далее. Огромное количество успешнейших стартапов на счету у нашего сегодняшнего героя. Буквально через полторы минуты мы вернемся с ним в студию "Финам FM".
Реклама.
***
ЛИХАЧЕВА: Еще раз доброе утро. У нас сегодня в гостях человек, который сделал компании "Трансаэро", "Русское Лото", "ИнтерАгро", издательство "Коммерсант" в какой-то степени. У нас сегодня в гостях первый советский неподпольный, официальный миллионер. На данный момент этот человек является генеральным директором Института Инноваций. Артем Тарасов. Доброе утро, Артем Михайлович.
ТАРАСОВ: Доброе утро.
ЛИХАЧЕВА: Мы с вами остановились на конкретном примере приведенной вашей пока еще теоретической выкладке. Вы от кого надо – кому надо…
ТАРАСОВ: Я расскажу на конкретном примере…
ЛИХАЧЕВА: И вот сейчас, пожалуйста, приведите пример.
ТАРАСОВ: Пример был очень далеко в истории. Мы его сделали еще в Советском Союзе, что было гораздо сложнее, чем в России. Вы можете себе представить, как выглядел Советский Союз – плановая централизованная система экономики, любое проявление инициативы считалось чуть ли не врагом народа. Вот мы решили взять на себя такую ношу и создали Союз кооперативов СССР. Это был 88-й год. Так вот, почему я хочу привести этот пример – да просто потому, что мой кооператив был один из первых зарегистрирован в Москве в апреле 87-го года.
ЛИХАЧЕВА: "Техника" или "Прогресс"?
ТАРАСОВ: "Прогресс". Номер 10 он был. Так вот, к концу 87-го года нас было 300 тысяч. Вот что такое – была возможность, когда людям дали проявить инициативу. Почему тогда дана была возможность проявить ее? Да потому что когда создались кооперативы и выпущен был в 88-м году первый закон о кооперации, я был первый вице-президент Союза кооперативов СССР, я могу сегодня об этом говорить. Туда входили, кстати, все 15 республик, и когда распался Советский Союз, продолжали они еще входить в эту нашу единую систему кооперативную. Почему, что произошло? На нас просто не обратили внимание. То есть нас не облагали сначала ни налогами, ни проверками. Горбачев, когда это сделали, сказал: "Ну, пусть они там занимаются своими шашлыками, бытовым сервисом, у нас дела до этого нет". И нас оставили на какой-то период в покое. И вот за полгода до 300 тысяч, а потом где-то за два года, пока нас начали гнобить – гнобить нас начали в 89-м – за два года развития кооперативы приносили уже около 5% валового национального продукта России, вы представляете, что было? И потом пошел, естественно, обратный откат, нас закрывали по 200 кооперативов в день, нас судили, нас вообще сделали такими врагами народа, что мы все мыло украли, все сигареты пропали. Но все равно тот двухлетний период показал, как практически с нуля можно запустить механизм инициативы людей, если им никто не мешает, чтобы они проявились в производство реальное продукта, которого сегодня не хватает. Я ведь что предлагаю – я говорю иногда очень резко для слуха, но, на самом деле, правильно. У нас отделена церковь от государства, да? Вот давайте, отделите бизнес от государства вообще. Ну, вообще, никак. Возьмите модель Дубая, например. Там знаете, как бизнес отделен от государства? Почему там все-таки все развивается? Сегодня кризис у них строительный, но он пройдет, и все равно страна гораздо выше стоит по развитию всего, чем мы. А сделано очень просто: ты купил лицензию на занятие деятельностью радиостанции вашей коммерческой. Все, ты заплатил один раз в год, и к тебе год никто не приходит вообще. У тебя нет налогов, у тебя нет фискальной политики. Если ты занимаешься делами легальными – ради бога, развивайся. Причем купить лицензию очень дешево. С одной стороны, это легко, потому что все бизнесы будут с удовольствием платить за эти лицензии. А с другой стороны, это даст эти два-три года переходные к нормальной модели капиталистического мира, поскольку мы этого перехода никогда не имели в России.
ЛИХАЧЕВА: Сейчас уже вышло постановление – первые три года вроде как запретили проверки всем новоявленным ООО, ЗАО, и так далее.
ТАРАСОВ: Да это все постановления, но службы остались проверочные, которые приходят к вам…
ЛИХАЧЕВА: Так я вам об этом и говорю. В теории все хорошо.
ТАРАСОВ: А с чего я говорил начать? С административной реформы. Вот эти службы должны рассосаться по девяти направлениям, каждое из которых необходимо для жизни, удовлетворения потребностей человека. Как только вы их рассадите в правильные места и скажете, что вы занимайтесь правильной деятельностью, получайте легально свои деньги, вас тоже никто не будет за то ни сажать, ни бороться, ни придумывать кампании по борьбе. Вы сегодня платите чиновнику или надзирательному органу за то, чтобы он не сажал вас в тюрьму только за то, что вы хотите больше чуть-чуть заработать, скрыли какие-то дурацкие налоги. Эти налоги нужно снять. Эти налоги – они никому не нужны. Вот это налоговое послабление нужно, плюс к этому полное освобождение от контроля.
ЛИХАЧЕВА: Последний вопрос – один из последних вопросов – завершающий эту тему нашей беседы. Я все-таки не могу понять: то вы говорите, что чиновник должен быть кровно заинтересован в развитии предпринимательства и выходя, он кем становится, говорите вы? Он становится предпринимателем. То есть, налицо взаимозависимость бизнеса и чиновников.
ТАРАСОВ: Да.
ЛИХАЧЕВА: При этом вы приводите пример Дубай, где говорите: вот как хорошо, абсолютно разделили бизнес, как церковь отделена от государства…
ТАРАСОВ: Я понял.
ЛИХАЧЕВА: Некое противоречие я слышу здесь, нет?
ТАРАСОВ: Вот мы берем первое. Я купил лицензию и пришел к чиновнику, который занимается моей отраслью, например, отраслью товары народного потребления. Мне он нужен сегодня позарез, потому что вся система еще осталась нам от Советского Союза, централизованная. Я к нему прихожу и говорю: "Я открываю обувную фабрику. Если эта фабрика будет процветать, я вам готов платить 5% от моей прибыли. Помогите мне сегодня справиться с санэпидемстанциями, получить все разрешения, договориться где-то еще, разрешения получить на экспорт или импорт моей продукции или кожи, пробить мне льготное электроснабжение, еще что-то, много чего нужно от административных органов. Но вы – партнер мой, все, что вы делаете – вы делаете не только для меня, но с каждого руля вы будете получать свои легальные деньги".
ЛИХАЧЕВА: Поняла. Смотрите…
ТАРАСОВ: И тогда он включается в работу, он мне звонит по несколько раз в день, что было проверено, еще раз говорю. Те люди…
ЛИХАЧЕВА: Подождите, я вас поняла. Извините, что я вас перебиваю, но смотрите. Да, состоялся вот такой разговор. Следующий разговор: "Слушай, какие 5%? Я тебе буду платить 15%, ты лучше мне помоги, вот этому – не помогай". Следующий разговор: "Я буду платить 50%, давай, 50 на 50".
ТАРАСОВ: Лена, знаете, почему этого долго не будет? Потому что у нас нет такого вообще понятия – конкуренция. У нас сегодня всего этого не хватает. У нас есть большой торговый супермаркет на китайских товарах, больше ничего. У нас этого долго не возникнет. Конечно, когда возникнет конкурентная какая-то сфера…
ЛИХАЧЕВА: То мы получим такую головную боль, исходя из вашей системы вот этой.
ТАРАСОВ: Нет, мы к этому времени получим огромную налогооблагаемую базу, во-первых. Будет реально с кого налоги собирать. Во-вторых, мы к этому времени переведем на рельсы, как сегодня говорят, электронное правительство. Электронное правительство – это, по сути дела, объективная вне субъективного мнения оценка результатов, вот и все.
ЛИХАЧЕВА: Подождите, а вы зачем вот этим сейчас занимаетесь? Потому что вы идеалист? Такое ощущение, что вы в очень хорошем смысле идеалист. И, дай бог, было бы побольше таких идеалистов – глядишь, у нас бы с мертвой точки дело сдвинулось. Вы занимаетесь сейчас инновациями, при этом говорите, что дело такое сложное, почти неподъемное. Ключевое слово – почти? Все-таки можно что-то делать?
ТАРАСОВ: Я сегодня занимаюсь инновациями, потому что я знаю, как это делать. Давайте с этого начнем.
ЛИХАЧЕВА: Есть еще рецепт?
ТАРАСОВ: Не только мой. Был такой известный очень ученый – Альтшуллер, он уехал из России – в свое время написал книгу и теорию ТРИЗ – теория решения изобретательских задач. Сегодня ТРИЗ – это главная теория, взятая на вооружение в Пентагон, вся Америка засыпана центрами Альтшуллера – он сам умер – но эти люди приезжали ко мне и говорили: "Почему же вы не следуете той гениальной идее по внедрению новшеств и модернизации, которую придумал Альтшуллер? Мы его подхватили мы за счет этого первые в мире в Америке, а вы этим не пользуетесь". В чем разница? Разница очень понятная и быстро объяснимая. Дело в том, что для того чтобы внедрить инновацию, нужно три одинаково талантливых, но совершенно разных человека, разных специалиста. Первый – это изобретатель, он должен быть талантливым. Второй – это должен быть инновационный менеджер – то, что сегодня я делаю. Я сегодня в ущерб своим изобретениям внедряю изобретения других людей.
ЛИХАЧЕВА: А я для наших слушателей скажу, что у нашего сегодняшнего гостя около тридцати патентов, причем совершено разные изобретения, ну, совсем разные. Вы, например, придумали, как лечить мужские болезни, например, специальные какие-то аппараты…
ТАРАСОВ: Где вы это вычитали? Ну да, есть аппарат.
ЛИХАЧЕВА: Есть такое, да? А последнее какое?
ТАРАСОВ: Последнее… Самое последнее?
ЛИХАЧЕВА: Да.
ТАРАСОВ: Это фэн-шуй для домашнего пользования. Мы неправильно сидим сейчас. У меня есть способ, который меняет поля магнитные под столом.
ЛИХАЧЕВА: Давайте правильно сядем.
ТАРАСОВ: Для этого нужно рассчитать ваше число Гуа, кровать мне нужно будет двигать. Я скоро хочу такой прибор выпустить для домашнего пользования. Но это все ладно. Так вот, первый – это изобретатель, второй – талантливый менеджер, а третий – это талантливый финансист. Вот если три человека не сошлись вместе – ничего не будет внедрено. И второй постулат Альтшуллера в том, что изобретать нужно под заказ. Вот я сегодня буду создавать центры Альтшуллера – ну, системы ТРИЗ в России, реальные. Меня в этом поддержала "Комсомольская правда", и скоро, я думаю, что со следующего месяца, на страницах "Толстушки" еженедельно мне дают разворот – будет выходить потрясающий совершенно проект, который будет называться "Инновационный вызов". Это вызов, это не конкурс, где мы будем, с одной стороны, говорить о том, что у нас есть – а у нас огромный сегодня портфель вот этих инновационных идей, изобретений…
ЛИХАЧЕВА: Уже, да?
ТАРАСОВ: Уже. И с другой стороны, мы сделаем площадку, куда можно обратиться любому человеку, любой промышленной компании, у которой стоит задача. Знаете, какой слоган? Очень простой: "Приходите к нам с вашей проблемой, и мы ее решим!"
ЛИХАЧЕВА: Есть люди, которые решают проблемы? Я имею в виду, финансисты.
ТАРАСОВ: Вот финансисты – это третья область. Если они увидят, что у нас есть успехи, если…
ЛИХАЧЕВА: Они сейчас уже есть? Они есть, заинтересованные?
ТАРАСОВ: Сегодня это очень тяжело, потому что до кризиса все концентрировались на трех вещах: акции, недвижимость и ресурсы природные – все. Больше вообще человека ничего не интересовало в этой жизни. Сегодня, когда все три составляющие рухнули, они начали понимать, что – а что делать-то дальше? Вот сегодня хороший момент начать такую кампанию, при этом, слава богу, наше правительство заговорило, в лексиконе появилось слово "инновация", с 2006 года приблизительно, до этого вообще не говорили об этом.
ЛИХАЧЕВА: Честно говоря, лучше бы они поменьше это слово говорили, потому что сейчас оно вызывает какую-то уже неадекватную реакцию, если честно. Давайте на три минуты буквально прервемся, это очень интересная тема, мы ее обязательно продолжим. Я еще раз представлю нашего сегодняшнего героя. На данный момент генеральный директор Института Инноваций, предприниматель с тех самых советских времен, первый официальный советский миллионер, основатель компаний "Трансаэро", "ИнтерАгро", "Русское Лото", один из основателей издательства "Коммерсант". Артем Тарасов у нас сегодня в программе "Они сделали это!" После новостей, через три минуты, снова будем в студии "Финам FM".
Новости.
***
ЛИХАЧЕВА: И снова доброе утро. Я представлю нашего сегодняшнего героя. У нас сегодня в гостях первый официальный советский миллионер, человек, который в 89-м году в программе "Взгляд" поставил всю страну на уши, объявив о своих миллионах, это, в общем, история знаменитая. До чих пор он предприниматель и инноватор по духу. На данный момент он является генеральным директором Института Инноваций. Артем Тарасов у нас сегодня в гостях. Еще раз доброе утро.
ТАРАСОВ: Здравствуйте.
ЛИХАЧЕВА: Вы, помимо всего прочего, являетесь еще изобретателем, мы об этом говорили, вы изобретали какие-то…
ТАРАСОВ: Ну, много чего.
ЛИХАЧЕВА: Способы засолки икры. Подождите, мне просто это даже интересно. Потом вы изобретали, как закодировать передачу информации по телефону.
ТАРАСОВ: Безопасность сразу засекретила это изобретение, и даже нельзя сейчас до сих пор говорить.
ЛИХАЧЕВА: Что-то связанное с фэн-шуй – это одно из последних.
ТАРАСОВ: Ну, много чего, да. Но знаете, я хочу самое актуальное произнести. У нас есть средство в институте, не мое изобретение, которым, если кормить спортсменов вот сейчас начнем, мы выиграем Олимпиаду в Сочи, абсолютно просто выиграем, с абсолютным результатом, все медали.
ЛИХАЧЕВА: Это легальные какие-то вещества?
ТАРАСОВ: Да, абсолютно легальные, это не допинг. Это покойный, к сожалению, изобретатель…
ЛИХАЧЕВА: Черная икра, что ли?
ТАРАСОВ: Нет-нет. Он придумал очень простую вещь. У нас с вами в желудке, у каждого человека, есть 1,5 литра полезных бактерий. Но они живут только в желудке, и все, что мы едим – это суть переработки этих бактерий. Вот он их вытащил на поверхность и сделал специальное вещество, которое при добавлении в любые другие продукты наши воспринимаются организмом как нечто родное. Это не допинг совсем, но организм работает по-другому. Доказательство: взяли лошадку на ипподроме, списанную совсем по старости, ее просто жалко было убивать. Покормили ее месяц – она выиграла "Дерби".
ЛИХАЧЕВА: А никаких потом последствий у лошадки не было?
ТАРАСОВ: Никаких совершенно, потому что это родные для вас продукты, просто которые стимулируют настолько организм, что организм работает по-другому, и вот, пожалуйста. Прямо заявляю всем будущим и сегодняшним руководителям отечественного спорта: мы готовы предложить вам это средство. Кормите спортсменов – и гарантируем все медали!
ЛИХАЧЕВА: Очень громкое заявление.
ТАРАСОВ: Ну, вот, пожалуйста, попробуйте. Лошадка – она списанная, можно еще покормить кого угодно сначала, чтобы убедились, но вот такие вот результаты. Я думаю, что китайцы давно нашли этот способ, аналогичный этому, и все остальные страны, у которых нет допинга, но почему-то побеждают – они пользуются тем или иным способом. Вот у нас есть абсолютно узаконенная еда, которая ничем не отличается от пищи, но, тем не менее, вот так работает.
ЛИХАЧЕВА: Хорошо. У меня такой личный вопрос. Вы же человек довольно состоятельный, вы человек небедный. Из всех тех многочисленных не ваших проектов, замечательных инноваций, вы хоть один сами профинансировали? Вы подали пример другим финансистам? "Вот смотри, как я сделал, а почему ты сам это не делаешь?"
ТАРАСОВ: Я понимаю. У меня беда в чем: я веду сейчас несколько испытаний, очень тяжелых испытаний. Я хочу пробить ведомство. Например, сейчас мы испытываем продукт, который позволяет сэкономить потребление дизельного топлива на 12%. В любой отрасли – в машинной, в транспорте…
ЛИХАЧЕВА: Знаете, мне казалось, что, вообще-то, вот эти игры с дизельным топливом – это уже несколько вчерашний день. Сейчас инновации совершенно точно нужны, чтобы вообще найти какой-то новый…
ТАРАСОВ: Нет, подождите, лена, это нанотехнология. Мы делаем не добавки, не присадки, а мы делаем активацию на наноуровне дизельного топлива, бензина, воды, кстати. Я сегодня пью эту активированную воду, и когда я попал недавно в больницу, проверив мои сосуды, были поражены. Приходили люди из разных отделений, врачи, и говорили: "Господи, что с вами? У вас сосуды двадцатилетнего человека. У вас нет ни одной бляшки, у вас нет ни холестерина, у вас нет ничего. Просто я вот эту активированную воду пью. Придумана нанодобавка, которая позволяет активировать жидкость любую, и жидкость работает по-другому. Я езжу сейчас давно уже на "Вольво" на 92-м бензине. Я капаю туда капельку после того, как я заправился, и у меня машина очищает двигатель, вообще не слышно ее работу. Не какое-то там "ЭКТО", которое нам пытаются продать, это не "ЭКТО". Это маленькая капелька, которая добавляется на огромный бак. Так вот, я сегодня, чтобы доказать…
ЛИХАЧЕВА: Вы это испытываете, да?
ТАРАСОВ: Чтобы это доказать, мы прошли уже испытания химического института, мы прошли испытания на стендах дизельных огромных Коломенского завода, подтвердили. Сейчас нам нужны натурные испытания. На тепловозах, например. Вы знаете, сколько "РЖД" сегодня покупает в год дизельного топлива? 11 миллионов тонн! Экономия даже 10% – это чистый доход для "РЖД" 1500 миллионов долларов в год. Вот цена.
ЛИХАЧЕВА: Да, серьезные цифры.
ТАРАСОВ: Это только "РЖД", а возьмите еще судовую промышленность, а возьмите наш вообще транспорт весь. Помимо этого мы можем экономить мазут до 22% на всех котельных России, представляете? Мы можем, в конце концов, даже добывать больше нефти. Добавляя эту добавку в балластовую воду, мы доказали, что скважина дает на несколько (я уже боюсь называть цифры), на много процентов больше нефти, чем она давала до активации этой воды. Вот я сегодня этим занят. Это поглощает у меня всю энергию. Но к чему это ве пришло? К тому, что у меня полный затык в испытаниях, меня пока не выпускают на испытания на железной дороге на магистральные локомотивы, и я нашел – кого? Предпринимателя в Дубае, который прислал мне огромное письмо, и говорит: "Умоляю тебя, приезжай, у меня 20 танкеров. Я тебе дам любой танкер, мы заправим его мазутом, если сэкономишь 22%, брось все. Я строю завод…"
ЛИХАЧЕВА: Так 12% или 22%?
ТАРАСОВ: На мазуте – 22%, на дизеле – 12%. "Если ты даже сэкономишь мне 2% мазута, я тебя умоляю, приезжай, потому что у нашего друга другого, грека, есть еще "принцессы", вот эти огромные многопалубные корабли, которые едят этого мазута. Умоляю тебя, приезжай!"
ЛИХАЧЕВА: Подождите, то есть все идет к тому, что опять это не здесь будет?
ТАРАСОВ: Я, конечно, туда поеду, мне нужно зарабатывать деньги на институт. Он предлагает мне все. Я не буду там строить, естественно, этот самый завод, пока мы здесь не дойдем до ручки и уже поймем, что не нужны мы с этим никому. Мы же не у Чубайса, у нас же все сразу – раз, и…
ЛИХАЧЕВА: А кто конкретно не дает вам продвинуться? Вот у каждой проблемы есть имя и фамилия.
ТАРАСОВ: Нет, не имя и фамилия, есть система. Система бюрократии, которая в министерстве транспорта, которая в любом другом министерстве, не нацеленная на то, чтобы, еще раз говорю, удовлетворять ваши потребности человеческие. Он сталкивается с огромным аппаратом, противодействующим всему…
ЛИХАЧЕВА: Слушайте, вы знаменитый человек, вы, в принципе, могли бы добиться аудиенции даже с министром и решить с ним вопрос вот этот.
ТАРАСОВ: Министр пишет: "Поддержать!" Министр пишет: "Прекрасно! Необходимо!", и это все может утонуть где угодно, понимаете, к сожалению, это так.
ЛИХАЧЕВА: Понятно. Так, как у нас и с первыми лицами происходит. "Давайте бороться с коррупцией!" "Давайте!" "Ура!" И дальше все потонуло.
ТАРАСОВ: Нет, с коррупцией борются неправильно, Лена, мы с вами выяснили, коррупцию нужно задействовать, и превратить ее из тормоза в движущую силу прогресса в России. Это элементарно сделать. У нас такая она большая и сильная, что чуть-чуть ее переориентировать, и она у нас создаст экономическое чудо в России.
ЛИХАЧЕВА: Артем Михайлович, я пожелаю вам все-таки удачи, и, честно говоря, нам пожелала бы удачи, чтобы вы все-таки это реализовали не в Дубае, не в Греции, а все-таки у нас. Пусть так получится…
ТАРАСОВ: Лена, одна маленькая ремарка. Если слышит нас министр судостроения – позвоните мне, напишите, я не поеду в Дубай испытывать, а с удовольствием поеду в Петербург, в какой-нибудь порт или куда угодно, и покажу вам, как можно достичь этих показателей.
ЛИХАЧЕВА: Телефончик скажете?
ТАРАСОВ: Думаете, позвонят?
ЛИХАЧЕВА: Почему нет?
ТАРАСОВ: Ну, хорошо. "Финам FM"!
ЛИХАЧЕВА: В жизни всегда есть место чуду.
ТАРАСОВ: Звоните, министр, я жду.
ЛИХАЧЕВА: 743-48-70 – это наш телефон…
ТАРАСОВ: Для министра только. Хорошо.
ЛИХАЧЕВА: Да, только для министра. Артем Тарасов у нас сегодня в гостях, первый советский миллионер, на данный момент человек, который возглавляет Институт Инноваций, человек, который основал компании "Трансаэро", "Русское Лото", издательство "Коммерсант", и так далее. Мне, вообще, хотелось вам несколько вопросов про прошлую вашу жизнь позадавать. Вы – прирожденный предприниматель или так случайно получилось? Вы сейчас уже как думаете?
ТАРАСОВ: Вы знаете, на самом деле, это связано с генами.
ЛИХАЧЕВА: У вас же дед был меценат…
ТАРАСОВ: У нас дед был, мануфактура была Тарасовых, и все прочее. Конечно, это некий… Не знаю, черта характера, или черта жизненная. Потому что предприниматель – он такой человек… Это вообще страшная вещь – предпринимательство, потому что ты начинаешь что-то, доводишь иногда до успеха, потом тебя выкидывают, тебя могут и застрелить. Вон сколько убили людей, сегодня рассказывали. 15 лет со смерти Листьева Влада, с которым я дружил, например. Вот таких друзей у меня убили 28 человек за последние годы в России. Все в основном занимались предпринимательством. Ну, вот, поэтому это дело неблагодарное, тяжелое, но это стиль, манера жизни, и с этим никуда не денешься. И так мы начинали в то время кооперативное, когда мы стали миллионерами. Но, конечно, те рецепты сегодня уже не работают. Тогда был слом империи. Самые большие деньги делаются на сломе и на создании новой империи, как говорят. Вот сегодня только ждать нам остается создания новой империи, чтобы снова стать очень богатыми.
ЛИХАЧЕВА: Ой, не знаю, я за модернизацию старой империи, потому что вот эти все сломы и создания опять новые – да ну их.
***
ТАРАСОВ: Да. Годы были те, конечно, интересные. Я нисколько не жалею, но кончилось тем, что я просто был вынужден уехать и восемь лет жить за границей, чтобы не сидеть в тюрьме – очень простая вещь. Вот так заканчивались многие судьбы людей, которые занимались предпринимательством, начиная с Советского Союза.
ЛИХАЧЕВА: А получилось-то так почему? Кто-то говорит, что просто Горбачев на вас обиделся, кто-то говорит, что действительно были заведены реальные уголовные дела, под которыми какие-то основания были, довольно серьезные, и так далее…
ТАРАСОВ: Там другая была ситуация. Я сегодня анализирую все это. Там было два фактора, которые вынужденно держали меня в эмиграции, вот честно, как на духу. Первая вещь – это когда молодая Россия возникла и появился покойный Гайдар, и все было очень тяжело, действительно, было тяжелая ситуация, нужно было что-то сказать народу, почему у нас так тяжело. И вот началось с того, что на меня дали 50 показаний в КРУ, что я вывез чуть ли не золото партии коммунистической, всю страну ограбил. И вот у нас вот такие люди, вышедшие из криминального бизнеса, все делают плохо, потому у нас ничего нет. Это был один мотив, а второй мотив подхватили криминальные люди, и приезжали ко мне в Лондон, и говорили: "Мы на тебя дело ведем в министерстве внутренних дел"…
ЛИХАЧЕВА: "Купи. Стоит столько-то".
ТАРАСОВ: "Купи. Стоит 6 миллионов долларов, и так далее. Если не купишь – мы тебе голову оторвем". Сейчас это трупы, эти все люди, но я их знал пофамильно, и с кем они работали. И действительно, они были в таком тогда фаворе, в такой власти, что они могли все что угодно сделать. И вот это меня держало за границей, хотя попытки были – я же возвращался, опять побеждал в Госдуму, проработал два года в Госдуме…
ЛИХАЧЕВА: Вы же как-то заочно, даже не приезжая, победили…
ТАРАСОВ: Да, я начал кампанию из Лондона и победил за две недели, как-то получилось.
ЛИХАЧЕВА: Вы победили благодаря вашим миллионам, или благодаря чему?
ТАРАСОВ: Нет, в то время это были, на мой взгляд, единственные и последние честные выборы после расстрела парламента, 93-й год. Потом это все уже превращалось в кампании денег, поддержки власти, административных ресурсов, тогда все это на голубом глазу. И я действительно победил на голубом глазу. Больше таких выборов не было. Поэтому… Что вам сказать, вот такая жизнь предпринимательская. В Лондоне я также массу вещей начинал, были потери, были страшные крушения, были банкротства, которые преодолеваешь, и снова идешь вперед.
ЛИХАЧЕВА: А вы что-нибудь такое довольно успешное, прибыльное все-таки сотворили за границей?
ТАРАСОВ: Я был востребован, потому что к России был колоссальный интерес. Я консультировал компанию "DuPont", Ротшильда. Я член всемирного клуба миллионеров, это помогало мне общаться с людьми на самом высшем уровне. У меня были аудиенции с Клинтоном, например, я разговаривал. Мой друг – Майкл Берлозхаймер, который вряд ли сейчас слушает нас, но это казначей Республиканской партии Америки. Привет ему большой, Майкл, я рад тебя слышать…
ЛИХАЧЕВА: Если вдруг слушает, то почему бы и нет.
ТАРАСОВ: Короче, мне приходилось там общаться, и там были компании, успешные и неуспешные. Были совместные российские, у меня там была компания "ФИДЕ-Коммерс", мы сделали ее с Кирсаном Илюмжиновым, и мы выводили на коммерческий уровень мировые шахматы. У нас были все права на все… Я организовывал сам несколько чемпионатов мира, гран-при. Потом пришел Каспаров, все разломал, все разбил и ушел из "ФИДЕ" вообще. Ну, Каспаров у нас – такой разрушитель, у него тоже есть своя черта, он сегодня разрушает демократическое движение в России. Вот он за что ни берется, он все разрушает. Он хороший человек, но у него такая манера игры в шахматы и по жизни. Он разрушил мою компанию, допустим, успешную "ФИДЕ-Коммерс", у которой был шанс выти на IPO. и мы уже заканчивали размещение на паблик, и могли заработать полмиллиарда мировым шахматам. Сейчас бы это спорт был олимпийский. Знаете, куда его включали? В состав зимних олимпийских игр. Мы уже договорились, после этих лыжных гонок у камина сидят и вечером играют шахматисты.
ЛИХАЧЕВА: А классная идея, кстати. Было бы вполне логично и интересно.
ТАРАСОВ: Это, кстати, поддержал Самаранч, уходя, и Рогге тоже был не против, но сегодня финансов этих нет, популярности нет, трансляций нет по телевизору, все, к сожалению, не состоялось. Так что были такие. А из успешных проектов у меня есть один-единственный успешный проект. У меня светлое будущее. Помните, все говорили: "У вас будет светлое будущее" при коммунизме?
ЛИХАЧЕВА: Какие-то ассоциации у меня, честно говоря, не очень с этим лозунгом…
ТАРАСОВ: Я создал свое светлое будущее, потому что у меня есть свой личный пенсионный фонд в Америке, который мне обеспечивает пенсию в будущем. Я вот уйду, лет пять еще покручусь с инновациями, потом уеду жить знаете куда? В Адлер после окончания Олимпиады…
ЛИХАЧЕВА: Я даже знаю почему…
ТАРАСОВ: По дешевке купить домик, ловить рыбу…
ЛИХАЧЕВА: Потому что вы рыбак.
ТАРАСОВ: У меня будет лодочка, и у меня будет светлое-светлое будущее в виде пенсионера с обеспеченной пенсией.
ЛИХАЧЕВА: Подождите, это настоящий пенсионный фонд или это вы так называете свой личный задел?
ТАРАСОВ: Нет, это реальный фонд, в котором у меня есть 26% акций. Это серьезная организация, фонд фондов, на Пятой авеню у нас офис. Я всех желающих туда приглашаю, но вряд ли кто-то пойдет в этот фонд.
ЛИХАЧЕВА: У нас среди наших слушателей всякие есть, знаете ли.
ТАРАСОВ: Да. Но, тем не менее, Security Capital Investment, SCI, это компания, в которой мой будущий, светлый будущий капитал. А пока я работаю топ-менеджером, фактически. Я действительно пытаюсь внедрить изобретения и консультирую различные компании.
ЛИХАЧЕВА: То есть, в принципе, вы опровергаете мнение, что наши, уезжая за границу, олигархи или почти олигархи… Вы же, вроде бы, олигархом…
ТАРАСОВ: Нет, я не был никогда.
ЛИХАЧЕВА: Да. Они там не могут построить бизнес настоящий, и поэтому возвращаются все сюда. Буквально вчера с Виктором Лившицем мы говорили на эту тему, и он именно эту точку зрения…
ТАРАСОВ: Это бедные люди, потому что мы выросли в совершенно… Мы же все плоды Советского Союза. Я просто встречался в Лондоне с тем же Березовским – он просто несчастный по жизни человек. Несчастный знаете почему? Да потому что его выдавили из страны. Гусинского я там часто видел. Сейчас можно поискать людей, бывших менеджеров "ЮКОСа", да тот же Чичваркин – сейчас это все несчастные люди, я просто знаю по себе. Я ведь, когда уехал в Лондон, восемь лет, шесть лет я не покупал там недвижимость, я жил на чемоданах, снимая квартиры…
ЛИХАЧЕВА: Все время собираясь домой?
ТАРАСОВ: Ну конечно, я хочу обратно! Я хочу обратно, здесь все плохо, я специально говорил по-английски с жутким акцентом русским. Знаете, как грузины говорят по-русски. Потому что я не хотел адаптироваться к этой стране, я слышал свою неправильную речь, и я ее толкал. Правда, при этом приходилось писать контракты на английском языке и судиться в судах английских, но не в этом дело. Я говорить – знаете, специально, с гонором: как это я могу? Я русский. И вот так, к сожалению, это страшная вещь, потому что вы попадаете в среду, где все поют песню типа "Подмосковные вечера", а вы как болван, не знаете… Все говорят: "Давайте поговорим о раннем творчестве Теккерея". Я говорю: "А может быть, о Пушкине?" "А кто такой Пушкин?" Вот так примерно вы себя чувствуете, не родившись, непонятно откуда свалившись в страну, где на вас смотрят как на идиота, к сожалению, местная публика – англичане, американцы. Но они нормальные люди, с ними можно работать и дружить, и то, что они там построили… Вы знаете, в чем вообще эти все страны нас обогнали? В одном они сильно нас обогнали, о чем мы мало говорим. Они сегодня нас обогнали в толерантности, в нормальном отношении к людям, друг к другу. Там нет агрессии, там нет злости в лицах. Ни в лицах, ни в поведении – ни в чем. Вот с этим сегодня надо бороться нашей "Единой России", просто поставить себе такую задачу: побороть сегодня в людях вот эту страшную растерянность, вызванную хаосом в их головах, и все тогда будет нормально. И отделить бизнес от государства, ну хотя бы года на два, на три. Вы посмотрите, что за монстр потом возникнет в России! Об этом будет говорить весь мир, потому что у нас сегодня потенциал все еще есть, пружина все еще смята, но она долго не будет оставаться в таком состоянии, она лопнет, металл не выдержит. Все время отлетают оттуда куски, которые улетают за границу. Вот эта идея сейчас создать нам опять Силиконовую долину – по-моему, кончится тем, что распилят эту площадку, сделают этот город, и все прочее. Да у нас вся страна – Силиконовая долина сегодня, только дайте людям проявить себя, освободите и дайте им помощь в виде бюрократов, которых мы сами оплатим. Очень простая концепция. Но пока меня рассматривают в Министерстве экономики. 126-й день, по-моему.
ЛИХАЧЕВА: Можно еще несколько почти личных вопросов? Как держать удар? Вас же много раз и кидали, и предавали, и бизнес отбирали…
ТАРАСОВ: Вы знаете, реакция-то у всех одинаковая. В первый момент это стресс. Вот как выйти из этого стресса?
ЛИХАЧЕВА: Стресс или страх?
ТАРАСОВ: Стресс. Ну, когда у меня украли 6 миллионов долларов, я очень долго считал, сколько это "Мерседесов", сколько это будет костюмов. Вообще, костюмы нельзя посчитать. Но домов, еще чего-то. Вот когда ты перестаешь это считать и понимаешь…
ЛИХАЧЕВА: А кто украл и как вообще?
ТАРАСОВ: Ливанец в Лондоне обманул меня. Международный аферист затянул в покупку банка, которого не существовало. Ну, все вот так.
ЛИХАЧЕВА: Понятно.
ТАРАСОВ: Как всех кидают русских сегодня там, за рубежом, и русские…
ЛИХАЧЕВА: Да? Разводят, как…
ТАРАСОВ: Это самая лакомая сегодня ситуация. Кстати, моя одна из деятельностей – помогать, чтоб не кинули. Сегодня я консультант, я спас очень много людей, и банков, и компаний от того, чтобы их элементарно просто не обули.
ЛИХАЧЕВА: Антикидалово такое, да? Специалист…
ТАРАСОВ: Я специалист. Я об этом книгу даже написал "Миллионер", там очень много глав этому посвящено.
ЛИХАЧЕВА: Да, там есть это, эти главы я как раз читала.
ТАРАСОВ: Но, по идее, когда вы выйдете из этого стресса, весь вопрос, как быстро вы выйдете и как вы выйдете. А выходите вы очень просто: понимая, что деньги – это только деньги, это больше ничего. Это плохая туалетная бумага, ребята, – деньги. Если вы так к этому отнесетесь, увидите голубое небо с облаками и услышите птичек, у вас все получится с самого начала, с самого нуля.
ЛИХАЧЕВА: А можно еще такой откровенный от вас ответ услышать? Вы сами, может быть, по зависящим, по независящим причинам людей кидали? На идеи, на деньги, на патенты, еще на что-нибудь?
ТАРАСОВ: Я как-то сказал, что мне удалось сохранить совесть, и поэтому я не столь богат. На самом деле, это формула – к сожалению, к счастью, как хотите. У меня нет людей, которым бы я должен был, и нет людей, которых бы я обманул. Мне комфортно везде. Даже, пардон, с криминальным миром какие-то были стычки, но они сегодня понимают, что я никак себя не унизил, будем так говорить, ни перед ними, ни перед кем. Это хорошая ситуация – это дает мне возможность жить, не оглядываться, не иметь охрану, не думать, что…
ЛИХАЧЕВА: Хотя в сове время имели охрану.
ТАРАСОВ: Ну, это просто была дань времени, меня охраняло "Русское Лото", потому что, сам понимаете, конкуренты, деятельность на территории солнцевской группировки без оплаты дани у нас была. У нас была уникальная компания.
ЛИХАЧЕВА: А правда, что чеченцы прямо к вам приехали и попросили идеи, и в общем, из этого и родилось все?
ТАРАСОВ: Не в этом дело, там был нормальный чеченец, который сильный очень организатор, и только он мог поставить в то время "Русское Лото", потому что, конечно, нас бы просто сгноили, крыша бы съела. В этом лане… Он сегодня, кстати, успешно это сделал, знаете где? В Казахстане. Сегодня Малик Сайдуллаев в Казахстане – процветающее "Русское Лото". У нас оно загибается, он его продал, а в Казахстане он процветает, и динамика роста там потрясающая. Я, кстати, занимаюсь игровыми технологиями. Буквально вчера был на приеме у Гаева, привет ему большой, Дмитрия Владимировича, который в очередной раз послал меня вместе с лотереей подальше и сказал: "Метро – это перевозка пассажиров". Я говорю: "Я понимаю, но если пассажир счастливый…" Знаете, какую лотерею придумали? Проходите турникет, и играет ваш билетик. И когда вы доезжаете до то станции, вы уже знаете, что вы выиграли. Причем выиграть можете годовую поездку на метро, "Мерседес", еще что-то. Представляете, счастье какое? И никаких лотерейных билетов…
ЛИХАЧЕВА: Нет, вы меня не убеждайте. Я убежденный противник вот этих всех лотерей, мне кажется, это портит характер, это портит менталитет национальный, это вообще зло.
ТАРАСОВ: Вот потому что превратили у нас, очень многие хорошие вещи превращают в зло.
ЛИХАЧЕВА: Да не у нас – везде!
ТАРАСОВ: Да не везде. Лотереи есть честные, лотереи нормальные есть, но сегодня, увы, к сожалению, этот бизнес приравнен к казино, и все прочее. Я игрок в казино, но я абсолютно солидарен с тем, что его убрали. Хотя везде сегодня в тех местах, где были автоматы, стоят лотерейные автоматы. Это тоже не лотерея, и я к этому не имею отношения.
ЛИХАЧЕВА: Итак, вы не стали олигархом, потому что…
ТАРАСОВ: Я не стал олигархом, потому что я сохранил совесть, и потому что олигарх – это все равно разменянная совесть. У нас все олигархи, так или иначе, в каких-то ситуациях кто больше, кто меньше меняли совесть на что-то другое, а было время, когда убивали 28 моих друзей, они просто заказывали друг друга, это было ужасно. Я этого избежал. Может быть, потому что я не был в это время здесь, в России, в Советском Союзе. У меня было 50 на 50. Я когда об этом думаю, если бы я остался, 50%...
ЛИХАЧЕВА: Вы же собирались быть кем-то там в "ЮКОСе", я просто не помню, какую должность там вам прочили, но вообще-то вы же вели переговоры уже с Ходорковским на тот момент?
ТАРАСОВ: Меня спасли они тем, что они мне отказали.
ЛИХАЧЕВА: Просто не взяли, да?
ТАРАСОВ: Да, просто не взяли.
ЛИХАЧЕВА: А так бы сейчас…
ТАРАСОВ: Сейчас бы я сидел в тюрьме, и из меня бы выбивали то, что я не знаю, их счета заграничные. Но не в этом дело. Дело вот в чем. У меня было шансов 50 на 50. Когда вам говорят: 50% вы будете олигархом, если вы останетесь в России. Но, увы, 50% – трупом. Выбирайте, мой дорогой. Вот я решил не играть красное-черное на рулетке…
ЛИХАЧЕВА: Особенно синее.
ТАРАСОВ: Да, я решил уехать от этого от всего, от двух пятидесятипроцентных возможностей за границу.
ЛИХАЧЕВА: Ваш сын живет в России или где-нибудь в другой стране?
ТАРАСОВ: Мой сын вернулся в Россию, пошел по стопам папы, бросил американский университет, все бросил, приехал сюда…
ЛИХАЧЕВА: Серьезно?
ТАРАСОВ: Да.
ЛИХАЧЕВА: О, вот это хорошая новость!
ТАРАСОВ: Да, ему сейчас 20 лет, и он сказал: "Я рожден для того, чтобы спасти мир, пап. Вы еще просто об этом не знаете, но я-то знаю, и поэтому не трогайте меня, спокойно ждите 2012 года, конца света, вот тогда я вам всем помогу выжить".
ЛИХАЧЕВА: Что, серьезно? Он верит в 2012 год?
ТАРАСОВ: Не просто верит, он просто знает. Он все вычислил, он медиум, с астрологией, со всеми делами, и говорит: "Оставьте меня в покое, и вообще, я выбрал тебя своим родителем, чтоб ты знал, это не просто так ты папа".
ЛИХАЧЕВА: Вам не страшно с таким сыном?
ТАРАСОВ: И при этом у него хитреца в глазах, и после этого он просит денег на жизнь, которые я ему даю.
ЛИХАЧЕВА: Молодец. Он мне уже заочно нравится.
ТАРАСОВ: Ну, вот.
ЛИХАЧЕВА: Хорошо. Последний вопрос. Представьте: сейчас соберутся в этой студии (не знаю, сколько позволит студия) какое-то количество молодых людей, россиян, парней и девушек, которые мечтают стать предпринимателями. Ваше напутственное слово им? Они собираются жить в России, здесь воспитывать детей, здесь делать свой бизнес. Что бы вы им сказали?
ТАРАСОВ: Во-первых, проверьте себя на наличие вируса предпринимательского. Если он у вас в крови…
ЛИХАЧЕВА: А как это сделать?
ТАРАСОВ: Это элементарно просто: попробуйте что-то предпринять, и если это вам понравится – значит, вы несчастный зараженный человек. Вот эти люди пускай будут предпринимателями. А остальные – неважно, они могут работать менеджерами. Можно сказать такую интересную байку американскую в заключение?
ЛИХАЧЕВА: Да.
ТАРАСОВ: Говорят, Гарвард заканчивают три вида студентов. Одни заканчивают на пятерки – они становятся прекрасными экономистами, они пишут теории, все прочее. Вторая группа заканчивает на четверки – они становятся прекрасными топ-менеджерами. А те, кто закончил на тройки, становятся владельцами предприятий, на которых работают эти самые менеджеры, и о которых пишут отличники-экономисты. Вот так говорят в Гарварде, и у нас, наверное, то же самое. Где вы, определитесь – пятерочник, четверочник или троечник, и дай бог вам заниматься тем самым делом, которому вы больше всего подходите.
ЛИХАЧЕВА: Вы, конечно же, двоечник?
ТАРАСОВ: Я – да, наверное, даже двоечник.
ЛИХАЧЕВА: Спасибо вам огромное. Я очень надеюсь, не в последний раз у нас на "Финам FM". У нас сегодня был двоечник с большой буквы, первый советский официальный, не подпольный миллионер, предприниматель, действительно, по духу. Приходите к нам как-нибудь еще. Это была программа "Они сделали это!". Я благодарю Анну Кореневу, продюсера этой программы. Спасибо Евгению Лабычу, который сегодня был за пультом. С вами была Елена Лихачева. Прощаюсь до завтра. Счастливо.
© Finam.fm