Реальное время 05/03/2010 19:05
ПРОНЬКО: 19.05 в российской столице. Добрый вечер, дамы и господа. У микрофона Юрий Пронько. На радиостанции "Финам FM" ежедневная программа "Реальное время". И в шутку, и всерьез: вот уже второй день наша программа работает по графику нынешнего премьера Владимира Путина. Вчера глава правительства обсуждал днем вопросы, связанные с развитием отечественного автопрома, а уже вечером в "Реальном времени" мы обсуждали с экспертами данную тему. Сегодня премьер на своем уровне подводил итоги выступления российской сборной на Олимпийских играх в Ванкувере, и вот не прошло и нескольких часов, как мы эту тему обсуждаем в прямом эфире. Это, конечно, шутка, но такие совпадения иногда бывают, что днем – премьер, а вечером – у нас в программе. Может быть, это потому, что мы действительно интересуемся самыми злободневными, самыми острыми вопросами в нашем российском государстве, поэтому такие совпадения и происходят. Я с большим удовольствием представляю человека, который сегодня принимал участие в совещании у премьера. Человека, которого все вы очень хорошо знаете, человека, который был в Ванкувере и видел все своими глазами. Это олимпийская чемпионка, а теперь политик, заместитель председателя Государственной Думы России, заместитель секретаря Президиума Генерального совета партии "Единая Россия" Светлана Журова. Светлана Сергеевна, рад видеть, добрый вечер.
ЖУРОВА: Да, добрый вечер.
ПРОНЬКО: 730-73-70 – номер нашего многоканального телефона, finam.fm – сайт в Интернете. Мы, дамы и господа, вместе со Светланой и с вами будем подводить итоги этой Олимпиады. Давайте начнем с сегодняшнего все-таки совещания. Я до момента, когда сам лично посмотрел видеотрансляцию, начитался комментариев коллег о том, что Путин сегодня устроил разнос спортивным чиновникам, устроил самую настоящую гильотину, раскритиковал в пух и прах всех и вся. Затем я увидел видео, что называется, не предмонтажное, а реальное, что было там, но я этого как-то не заметил. Светлана Сергеевна, что на самом деле было? Неужели был сегодня Владимир Владимирович у нас в гневе?
ЖУРОВА: Во-первых, что мы говорим под чиновниками, чиновник спортивный там был один – это Мутко, я министров других не считаю, кто был на совещании – они не спортивные чиновники. А все остальные – это общественники, то есть это были президенты общественных организаций по зимним видам спорта, которые, конечно, соответственно, принимали участие в Ванкувере. Я бы не сказала, что это был разнос. Я так понимаю, что он хотел, во-первых, услышать больше то, что они будут говорить в свое оправдание, и, видимо, потом уже по выводам и, проанализировав, что сказали ему президенты, он будет, наверное, делать какие-то выводы и предпринимать какие-то действия, рекомендовать и так далее, по тем выступлениям или тем оправдательным словам, которые они говорили. Но в то же время, если говорить про самого Владимира Владимировича, то он говорил конкретные вещи – кстати, многие я сама уже озвучивала, даже удивилась, что в одном направлении здесь абсолютно работает голова – и это, во-первых, конечно, глубокий анализ, это не паника абсолютно, это не то, что сейчас, например, наши хоккеисты не могут вернуться на родину и наши граждане не хотят их видеть, ненавидят, и так далее, то есть, он просто призвал, что мы не должны 
ненавидеть наших спортсменов. Ни в одной стране мира такого нет. Они побоятся вернуться на родину после такого…
ПРОНЬКО: Ну, а премьер признает…
ЖУРОВА: Что неуспех?
ПРОНЬКО: Да.
ЖУРОВА: Абсолютно точно, конечно, он это признал…
ПРОНЬКО: Провал?
ЖУРОВА: Провал, конечно. Главное, что мы можем сейчас еще сколько угодно дней, ночей, месяцев обсуждать провал. Мы должны обсуждать, что мы будем делать – вот это самое главное. И тема сегодняшней встречи была – что мы будем делать. И собрал он их сразу после недели, как все вернулись. Это самое правильное, потому что можно сейчас голову пеплом посыпать сколько угодно, бегать за головами кого-то там и снимать их, жаждать крови. Я думаю, что это неконструктивно уже. Сейчас конструктивно, что мы будем делать. И не только до Сочи. Ведь у нас есть еще Лондон, про который мы вообще забыли в этой эйфории вот этого неуспеха.
ПРОНЬКО: Буквально через два года.
ЖУРОВА: А у нас он через два года, мы же должны говорить еще и про эту Олимпиаду.
ПРОНЬКО Сегодня газета "Financial Times" вышла с потрясающим заголовком "Лесоруб вышел на охоту". Как вы думаете, о ком идет речь? О президенте Медведеве. Это уважаемое британское издание анализирует действия Медведева и Путина – они не пытаются их столкнуть, они просто анализируют действия – и газета приходит к выводу, что Медведев более жесткий на самом деле человек, он потребовал отставки этих самых спортивных чиновников, Путин этого не сделал, мы видим, и все уже свидетели отставки главы Олимпийского комитета России, он официально... И сегодня утром появилась информация о том, что Мутко встречался с Путиным накануне вчера вечером, и вроде как чуть ли – это опять по информации из "оклокремлевских" или "околоправительственных" источников – о том, что Путин дал отмашку Мутко до следующего олимпийского цикла – это Лондон-2012 – продолжать работать министром спорта. Светлана Сергеевна, по вашему мнению, все-таки необходимы ли были отставки, должен ли был Мутко уйти, как это сделал Тягачев? Потому что здесь вопросы спорта, с одной стороны, но есть еще, грубо говоря, политический аспект, есть общественный аспект, и я помню тот день, когда российская хоккейная сборная проиграла, и, действительно, любой из них появись я не знаю в каком эфире, где, в радиостанции или на телеканале – их разорвали бы. Ваш теперь уже взгляд, когда немного все остыли.
ЖУРОВА: Во-первых, конечно,
не то, что я хочу защитить Мутко, но объективно – ведь всего год существует министерство. Мы все, спортсмены, понимаем, что к Олимпийским играм за год не готовятся.
И ясно, что спортсменам были созданы достаточно комфортные условия. Сегодня то, что говорили президенты федераций – они все говорили: "Спасибо, Владимир Владимирович. Спасибо, Виталий Леонтьевич. Все деньги, которые мы хотели, пришли. Все у нас было замечательно"…
ПРОНЬКО: Да, но Путин сказал, что, может быть, мы не туда их направляем.
ЖУРОВА: Мы неэффективно их использовали. Вот это следующий вопрос.
ПРОНЬКО: 3,5 миллиарда, он сказал, почти было направлено на подготовку.
ЖУРОВА: Это следующий вопрос – эффективно ли они были использованы, но надо же понимать, что в федерацию эти деньги тоже напрямую не приходят. Они не приходят на счет федерации, они просто составляют план, куда они их будут тратить. И поэтому, чисто даже формально, как будто бы не несут ответственности.
ПРОНЬКО: Светлана Сергеевна, а как эти деньги распределяются? Сумма очень серьезная. Я верю господину Путину, который искренне говорит: "Слушайте, я же, грубо говоря, отгрузил вам эти деньги, я же вам дал на развитие, а почему…"
ЖУРОВА: Я даже больше скажу, есть же еще "Фонд поддержки олимпийцев", который тоже создан для того, чтобы поддерживать наших олимпийцев. Они получали там зарплаты ежемесячные, все члены сборной.
ПРОНЬКО: То есть, еще до выступления они их уже получали?
ЖУРОВА: Вот вы в корень зрите. Иностранцы очень удивлены этому факту. Я не говорю сейчас про олимпийских…
ПРОНЬКО: Мне просто сложно представить, чтобы в Америке подобное было.
ЖУРОВА: Да, про олимпийских чемпионов, которые, правда, наверное, уже и заслужили, и они должны. Но когда двадцатые, тридцатые места на Кубках мира получают наравне с олимпийскими чемпионами… Не знаю, конечно, наверное, у ребят мотивация уже другая. Причем я совершенно согласна, что им нужно было, может быть, заплатить и за двадцатое, то есть выставить иерархию: ты занимаешь на Олимпийских играх двадцатое место – ты получаешь 100 долларов. Образно говорю. Ты занимаешь первое место – ты из этого фонда получишь 100 тысяч долларов. Поэтому в этом большая разница, потому что они очень удивлены, что мы нашим спортсменам выдали эти деньги еще до этого. Но есть одно "но": какие мы условия им создали? Опять же, тут есть куча всяких законодательных вещей, которые… Есть у нас такие проблемы, как бы я их назвала, когда вроде мы на самом деле экипировкой спортсменов обеспечиваем, например, но в то же время мы не можем обеспечить их индивидуальной экипировкой. То есть, имеется в виду, например, как у нас, у конькобежцев: ботинок – это одна фирма, а лезвие – другая, и по законодательству российскому фирма, которая выигрывает тендер, чтобы эти коньки поставить, не может от одного оторвать и другое соединить. Она должна купить одной фирмы коньки. Соответственно, что происходит: спортсмен продает их за какую-то смешную цену, добавляет свои деньги и покупает то, что ему надо. Кстати, то же самое с бобами, с санями, и так далее. Получается абсурд:
государственные деньги потрачены, но у спортсмена устойчивое ощущение, что государство в приобретении его коньков не принимало никакого участия.
ПРОНЬКО: Потрясающе. То есть, это практика?
ЖУРОВА: Это практика. Это у фигуристов, у конькобежцев такая же ситуация.
ПРОНЬКО: Светлана Сергеевна, хочу вернуться немного назад. Здесь, в Москве, был резонанс по поводу интервью трехкратной олимпийской чемпионки, вашей коллеги по Государственной Думе…
ЖУРОВА: Ирины Константиновны.
ПРОНЬКО: Ирины Константиновны Родниной. Я этого человека очень тоже хорошо знаю, мы с ней неоднократно встречались, и я знаю точно, что она говорит искренне. Когда дает интервью, она искренне переживает, и что считает нужным, то и говорит. Когда, дословно если цитировать, наши, по ее словам, спортивные чиновники поняли, что выступление – в Ванкувере полная задница, при этом они как-то точно (вы поймете, о чем идет речь) некий контрольный прогноз должен быть по медалям, а это не просто прогноз: по ее словам, Ирина Константиновны, каждая золотая медаль, подготовка спортсмена – это порядка 4 миллионов долларов США, то есть, это достаточно дорогое удовольствие.
ЖУРОВА: За четырехлетие?
ПРОНЬКО: Ну, может быть. Мне сложно понять.
ЖУРОВА: Ну, меньше. В зависимости от вида спорта, конечно.
ПРОНЬКО: И, в общем-то, многие тогда согласились с Родниной в том, что она права, подвергая жесткой критике. Тем более, безусловно, это на благодатную почву легло здесь у нас, в России, потому что результат был соответствующий. Господин Тягачев прикрылся за спину женщины, госпожи Тарасовой, и меня смутил этот очень момент, и затем наши слушатели на сайте finam.fm сказали: самое страшное, если спортсмены, спортивные функционеры начнут грязную игру друг против друга. Спорт вообще отойдет непонятно куда, а начнутся взаимные претензии. Ваш взгляд на произошедшее?
***
ЖУРОВА: Вы знаете, я тоже здесь согласна, потому что мне кажется, что нам нужно сейчас общее дело делать. У нас слишком мало осталось времени, и у нас слишком сейчас люди наши обеспокоены, и не только спортом высших достижений – они как раз обеспокоены детским спортом, массовым спортом. Я бы сказала, дело в том, что мы… Вообще разделила бы эти все понятия, потому что мы все смешиваем в одну кучу. А это очень тонкая система управления, и это очень тонкая вообще сама по себе система, и надо разделять. Вот у нас все смешано, у нас говорят, что да, несомненно, без массового спорта и детского спорта не будет спорта высших достижений, но также не будет наоборот. Но смешивать их нельзя. У нас смешивается это в регионах, потому что, например, в том же регионе готовят этого спортсмена, который в сборную, ему оплачивают дорогу, ему дают какую-то экипировку. еще что-то. И тут же дети. Но дети недополучают, потому что, в принципе, этот спортсмен, или если их, не дай бог, много – они еще, извините, полбюджета региона забирают, потому что доехать до Москвы, например, туда-сюда каждый раз из Свердловска – это, извините, приличные деньги. А эти деньги забираются у детских спортивных школ. Это не очень правильно. То есть
спортом высших достижений должен заниматься кто-то один. Это должно быть или Министерство спорта, или Олимпийский комитет.
Нам надо принципиально понять, кто же все-таки этим должен заниматься, ведь в советские времена…
ПРОНЬКО: Сегодня на совещании Путина как-то точки были расставлены?
ЖУРОВА: Мы про это не говорили, было больше пожеланий федераций: что им не хватило, во-первых, для того, чтобы выиграть все-таки медали. И, сказать честно, он им дал время – месяц – для того, чтобы они это сделали, и дальше разработали пошаговый план, что им нужно для того…
ПРОНЬКО: То есть, сегодня они перед премьером не оправдывались, он не требовал оправданий с их стороны, да?
ЖУРОВА: Они сами попытались, в принципе, частично, кто понимал, что у них ситуация патовая была – это и фигурное катание, и лыжи, хотя у них есть медаль, в лыжах. Попытались как-то объяснить те же сани, которые, в принципе, могли завоевать золотые медали, но получили все четвертые и третьи места. И они объясняли, что им там не хватало, какие нюансы не позволили. Но периодически звучало как-то это очень неубедительно, честно сказать. Не у всех это звучало убедительно.
ПРОНЬКО: И Путин не выкручивал руки.
ЖУРОВА: Нет, он не выкручивал, он их выслушал. Я думаю, что, наверное, затаился и думал, что будет делать, видимо, сам уже выводы после этого. И ведь самое страшное – рубануть с плеча вот так сразу, потому что в спорте можно разрушить еще какие-то тонкие структуры. Поэтому надо более аккуратно, потому что слон в посудной лавке в спорте совершенно не работает.
ПРОНЬКО: Тем не менее, Тягачев ушел добровольно со своего поста.
ЖУРОВА: Я думаю, что просто Тягачев понял, что он не выдержит, наверное, вот этого, не знаю даже – позора, не позора – и он понимал, что в этой ситуации он просто не мог поступить по-другому. Хотя, по сути, он, правда, ни за что не отвечает. Он – туристическое агентство, как было кем-то сказано, которое привозит спортсменов на Олимпийские игры, и должен обеспечить полностью комфортное пребывание на этих Олимпийских играх и отвезти их домой.
ПРОНЬКО: Светлана Сергеевна, а сегодня вы почувствовали, что Мутко действительно премьером дан такой карт-бланш, что он останется на своем посту министра спорта?
ЖУРОВА: Мне так показалось, что Виталий Леонтьевич, скорее всего, по крайней мере, как минимум, месяц еще точно… Потому что, во-первых, он должен быть у нас в Думе 7 апреля на "правительственном часе", тоже нести ответы перед депутатами, которые… Оппозиция очень хочет с ним поговорить, я так понимаю, что особенно ему много вопросов задать. В том числе у нас 26 марта будет Совет при Президенте по этим же вопросам еще раз, поэтому я думаю, что
Владимир Владимирович, собрав всех сегодня, сыграл хорошую службу тем же президентам, чтобы они хорошо подготовились,
он дал им вектор, такое направление…
ПРОНЬКО: Президентам федераций, я поясню.
ЖУРОВА: Президентам федераций, да, конечно. Дал такой вектор, чтобы они сейчас подготовились, и к Совету могли что-то вразумительное сказать президенту, или не сказать, после чего, наверное, могут быть приняты какие-то меры, если Дмитрий Анатольевич задаст вопросы, а они на них реально не смогут ответить достойно, объясняя, что они собираются сделать, то, в принципе, я считаю, что сегодня был акт такой доброй воли Путина, чтобы они могли или как-то оправдаться, или объяснить, что они будут делать дальше.
ПРОНЬКО: Значит, все-таки "Financial Times" обладает той информацией, как говорят в таких случаях, что премьер может быть сейчас добрым, и этой встречей он показал свое расположение, а (26-го, да, Совет?) президент может уже, прошу прощения, как говорят в России, мордой о стол, и хорошо. Но я понял вас, что как минимум месяц Мутко министр точно спорта, а дальше уже решать первым лицам государства.
ЖУРОВА: Я думаю, что все будет зависеть от того, что Виталий Леонтьевич сейчас конкретно предложит для модернизации – новое волшебное слово, которое мы все говорим – хорошо, не для модернизации, а для развития, улучшения и вообще пересмотра того, что у нас в спорте происходит. Я думаю, что если он за этот месяц предложит конкретные серьезные меры, думаю, что тогда, скорее всего, он останется на посту.
ПРОНЬКО: Мы прервемся сейчас на короткую рекламу, а затем продолжим подводить итоги выступления российской сборной на Олимпийских играх в Ванкувере с олимпийской чемпионкой, заместителем председателя Госдумы России, членом фракции "Единая Россия" Светланой Журовой. Ваши письма мы принимаем на сайт finam.fm, либо дозванивайтесь до нашей студии на 730-73-70.
Реклама.
***
ПРОНЬКО: 19.24, в "Реальном времени" у нас сегодня олимпийская чемпионка, заместитель председателя Государственной Думы России, член фракции "Единая Россия" Светлана Журова. Подводим итоги прошедших Олимпийских игр, выступление нашей сборной, ну и так совпало, что этим вопросом сегодня также занимался премьер Владимир Путин – он на своем уровне провел совещание, где принимала участие Светлана Сергеевна. В общем-то, вывод такой, что даже если глава правительства был недоволен, то он попытался это сегодня как-то заретушировать, не дать выйти эмоциям на поверхность. Но, тем не менее, с одной стороны, идет разговор о том, что Мутко остается министром спорта, с другой стороны, Тягачев уже подался с поста главы Олимпийского комитета России. Светлана Сергеевна, хочу вернуться в Ванкувер. Неприятную тему хочу затронуть, но, тем не менее, услышу ответы, что называется, из первых уст – это так называемый "Русский дом". Сколько написано, сколько рассказано, сколько, мягко говоря, негодования и удивления вызывали те события, которые происходили в этом презентационном доме. Вы можете рассказать, что… Вы там были?
ЖУРОВА: Была. Но, опять же, давайте разделять понятия, что такое "Русский дом".
Была допущена ошибка, я считаю, оргкомитетом, когда они совместили дискотеку вечернюю с понятием "Русского дома". Они должны были сделать разные входы, разные здания.
Для чего? Дело в том, что днем, до 21.00 это было место, куда стояли люди шесть часов в очереди – с детьми, семьями. Они хотели увидеть кубанский хор, они хотели увидеть, что такое Сочи, что такое в принципе Россия-матушка, потому что была огромная карта, где были показаны все наши города, где стояло наше Сочи, где оно находится, чтобы дети это видели. Туда с детьми люди шли с удовольствием. Я говорю, шесть часов в очереди стояли, чтобы туда попасть. Потому что вообще, кстати, я хочу сказать, эта олимпиада для меня отличалась тем, что я никогда в жизни до сих пор, участница четырех олимпиад, не видела такого отношения нации к Олимпийским играм. Я понимала, что большая часть этих людей даже не ходила на спортивные соревнования, потому что многим это было недоступно по билетам, особенно семьей, с детьми, это было очень дорого.
ПРОНЬКО: То есть, это достаточно дорогое удовольствие.
ЖУРОВА: Это было дорого, да. Ну, может быть, лыжи и биатлон были подешевле. Но они туда приехали, чтобы впитать дух. С детьми. Очень много молодежи, которая тоже, может быть, пришла на одно соревнование, а все остальное… Они посетили все – там есть такой "Парк спонсоров" – они посетили с детьми обязательно "Парк спонсоров", они посетили "Русский дом", они посетили музей монет, где выставлялись олимпийские медали – тоже, кстати, часами стояли в очереди с детьми, семьями. И в "Русский дом" они стояли, в принципе, с этой же целью днем. Но нельзя было эти две вещи соединять, потому что вечером это было типа приема: вот наши есть гости, "Русского дома", и мы будем гулять. Могу сказать, что гуляли какие-то непонятные люди. То есть, действительно, гости – даже не наши, спортсменов там не было. Там в основном гуляли какие-то непонятные люди. Я была в этом "Русском доме" два раза, один из них я была достаточно поздно вечером. Я заглянула, открыла дверь дискотеки, поняла, что я там никого не знаю – вообще никого. То есть, это мне незнакомая масса людей.
ПРОНЬКО: Я понимаю, вы политик и дипломат, но – это пьянка? То, что в России называется, пьянка, гульбище?
ЖУРОВА: Пьянка для иностранцев.
ПРОНЬКО: Для иностранцев.
ЖУРОВА: Для иностранцев. Даже не для наших, что самое удивительное, потому что это даже не для наших. И я понимала, что оттуда выносят каких-то непонятных девушек молодых, которые на халяву дорвались до русских изысков. Я имею в виду, напитков.
ПРОНЬКО: Я понимаю.
ЖУРОВА: И, наверное, смешивать это было категорически нельзя, потому что днем это было прекрасное место. В прекрасном месте стоял этот "Русский дом", и смешалось это, и неправильно. У людей впечатление сложилось ужасное, потому что они увидели только вторую часть, но не видели первую. Поющий кубанский хор, дети с ними фотографировались – действительно, это смотрелось, что у нас олимпиада… Это была большая карта объемная Сочи, со всеми кнопочками, дети нажимали, смотрели, где какая трасса пройдет, это была действительно нужная вещь, которая должна была быть…
ПРОНЬКО: И полезная.
ЖУРОВА: Однозначно. Для того, чтобы мы… Потому что мы следующие проводим Олимпийские игры, мы обязаны были это сделать, это каждую олимпиаду делается. Но вот эта вечерняя программа – ее надо было делать где-то в другом месте, может быть, в середине Ванкувера.
ПРОНЬКО: А кто организатор подобных мероприятий?
ЖУРОВА: Насколько я понимаю, "Русский дом" делал, скорее всего, Оргкомитет "Сочи 2014".
ПРОНЬКО: Оргкомитет, да? И понятно, что там привлекались какие-то спонсорские наверняка деньги, я не думаю, что это были из госбюджета…
ЖУРОВА: Это не были государственные деньги. Нет, нет. Дело в том, что там же были генеральные спонсоры, которые в том числе арендовали каждый свое место… Там же еще была выставка генеральных спонсоров, то есть, иностранцы могли ознакомиться, что такое "Ростелеком", что такое "РЖД". Там были прекраснейшие фотографии, серии фотографий из окна поезда России. Изумительная выставка!
ПРОНЬКО: Просто меня, как многих тогда, возмутило – я опять возвращаюсь к хоккейному матчу с канадцами, будь он неладен – но тем не менее… Это была уже определенная черта уже под нашим выступлением, мы все уже понимали. И когда мои коллеги, которые туда отправились и были непосредственно в день матча, и они мне рассказывали о том, что гульбище в "Русском доме" продолжилось даже после поражения… Я никого не осуждаю, я не моралист и не ханжа…
ЖУРОВА: Наверное, канадцы радовались, на халяву пили за победу.
ПРОНЬКО: Да, да. Ну, вот такие вот истории. Мы сейчас прервемся на новости середины часа. Светлана Сергеевна, последний мой перед новостями вопрос. Еще один резонанс в России, в частности, здесь у нас в Москве – это история с чиновниками, которых было, я так понимаю, немало там. В частности, московская мэрия даже не скрывала, что за 8,5 миллионов рублей они делегировали то ли одиннадцать человек, ну что-то вот, порядок цифр такой. По вашему мнению, это что? Здесь уже, наверное, вопрос как человеку, который представляет наши интересы в представительном органе власти.
ЖУРОВА: Просто дело в том, что когда этот вопрос встал, я еще была здесь, в России, и когда пресса очень бурно это обсуждала, я сразу позвонила Степанянцу, председателю Московского спорткомитета, мы с ним поговорили, он мне, конечно, рассказал про каждого человека, который едет, и зачем едет. И, в принципе, тут сложно сказать – ну, потратили бы они те же деньги через месяц, послав этих же чиновников, только не знаю, на какие соревнования…
ПРОНЬКО: Но без шума уже, что называется.
ЖУРОВА: Без шума. Но они бы не увидели, как организовывать… Это именно департамент организации массовых мероприятий. Чтобы не делать тех ошибок, которых у канадцев было, кстати, огромное количество.
ПРОНЬКО: Но как-то восемь с половиной на одиннадцать человек – по-моему, роскошно.
ЖУРОВА: А дальше – вопрос. Я не говорю… Понятно, деньги тратили, наверное, слишком много. О том, что чиновники в этом случае… Чтобы увидеть опыт и чтобы не делать так, как плохо, может быть, какие-то моменты сделали они – это надо было увидеть своими глазами, и не все так было хорошо – кризис сыграл свою серьезную роль в том, что они не доделали многие вещи. И мы так не должны сделать, поэтому у Москвы огромное количество соревнований, которые проводят… Кстати, часть тестовых соревнований, которые будут в программе, и которые уже сейчас заложены под Сочи-2014, которые называются тестовыми соревнованиями в России под Олимпиаду, будут проходить в том числе в Москве.
ПРОНЬКО: Прервемся сейчас все-таки на новости середины часа. Просто обозначу для наших слушателей – Светлана Сергеевна наверняка об том знает – сегодня федеральная антимонопольная служба намерена была, и, по всей видимости, возбудила дело в отношении компании "Олимпийская панорама". Эта компания – официальная фирма, которая продавала билеты на олимпийские мероприятия в России – это та квота, около 11 тысяч билетов, которые были выделены на Россию. Так вот, молодой человек из Ярославля официально направил свое заявление, и ведомство Артемьева его приняло к рассмотрению, и будет возбуждать дело в отношении этой компании, потому что ему предложили пакет за 1 миллион рублей. Обращение – неважно, к немецким, итальянским – таким же агентам обошлось в десять раз дешевле. То есть, это, по-видимому, еще один скандал, который у нас разворачивается здесь, в России. Мы продолжим нашу дискуссию в "Реальном времени" со Светланой Журовой сразу после новостей середины часа.
Новости.
***
ПРОНЬКО: 19.35 в российской столице, продолжаем "Реальное время". Сегодня мы подводим итоги… Еще раз скажу: тут уже появились реплики по поводу согласованных позиций. Не согласовываю я свои программы с Владимиром Путиным. Он работает по своему графику, я работаю по своему графику. Иногда они совпадают, но что делать-то?
ЖУРОВА: Нет, кстати, нашу программу – я больше даже скажу – мы планировали ее неделю назад, и я не собиралась…
ПРОНЬКО: Это если все карты открывать.
ЖУРОВА: А сегодня я не собиралась идти на это совещание, я на нем оказалась в последний момент приглашенной, поэтому в любом случае мы это не планировали.
ПРОНЬКО: Ну, вот такие совпадения бывают. Светлана Журова, олимпийская чемпионка, заместитель председателя Госдумы России, член фракции "Единая Россия" у нас сегодня в гостях, и мы, что называется, через неделю немножко остыли. Я понимаю, что это относительное понятие, но тем не менее. Сегодня мы подводим итоги нашего выступления в Ванкувере. Ваши звонки на 730-73-70, ваши письма на finam.fm. Добрый вечер, вы в эфире. Как вас зовут? Алло. Алло!
ЖУРОВА: Нет.
ПРОНЬКО: Так, ну что же. Алло.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер.
ПРОНЬКО: Да, добрый вечер, как вас зовут?
ЖУРОВА: Добрый вечер.
СЛУШАТЕЛЬ: Очень приятно вас слышать, и с наступающими вас праздниками.
ЖУРОВА: Спасибо.
СЛУШАТЕЛЬ: У меня есть небольшая реплика и вопрос…
ПРОНЬКО: А вот у меня тоже небольшая просьба: представьтесь.
СЛУШАТЕЛЬ: Извините. Руслан, Москва. Я прошу прощения. Реплика такая: я вообще-то не считаю это наше выступление провальным. Просто, если посмотреть… Дело все в том, что олимпиада – это такое центральное событие, за ним все смотрят. Но если взять выступления наших спортсменов до этого – по чемпионатам мира, Европы, и так далее – то, в общем, мы выступили в ту силу, в которую выступали. Ну, наверное, российская сборная по хоккею нас разочаровала, но если взять мотивацию канадцев, то это тоже достаточно очевидно. Там счет не очень хороший, но это уже другой вопрос. А вопрос у меня следующий. Я совершенно с вами согласен, что надо разнести высший спорт и детский спорт, но… И я совершенно согласен, что одно без другого не существует. Но я при той сложившейся системе спортивных чиновников и спортивных федераций совершенно не представляю, как это сделать. Потому что построено так, что сейчас просто банально нет отбора. Если посмотреть на тех спортсменов, которые выступают, огромное количество спортсменов – это родственники и знакомые бывших спортсменов. Я не говорю, что это плохо, просто происходит ситуация такая, что идут в высший спорт те, кто там уже был, родители тех, кто там уже был. То есть родители обычных детей просто не знают, что им делать – это раз, либо они просто не в состоянии заплатить те деньги, которые нужно заплатить. Мой ребенок ходит в школу по теннису, я плачу деньги, и я понимаю, сколько это стоит…
ПРОНЬКО: Да, спасибо, Руслан.
ЖУРОВА: Я хочу даже… Я знаю, что такое школа тенниса, и не то, что сожалею, но сочувствие выражаю родителям, которые не являются владельцами нефтяной вышки, а обычными среднестатистическими, даже, может быть, со средним достатком, родителями. Я бы своего ребенка в теннис не отдала, при наличии трех тренеров по теннису дома. Потому что я знаю, что это такое – это невероятно, это один родитель отказывается от своей жизни, и все вытекающее, не говоря про деньги. Про отбор... Вообще, кстати, очень комментарий достойный, Руслан просто молодец, абсолютно все правильно сказал. Про отбор: селекционный отбор, конечно, ведется. Его вообще не было определенное время, и мы были рады тому, что есть. И то, что дети какие-то приходили и правильно он сказал, достаточно часто, особенно в такие, знаете, как не буду говорить, кто, но назвали "не социально значимые виды спорта", а социально значимые у нас – хоккей, футбол и фигурное катание…
ПРОНЬКО: А есть не социальные.
ЖУРОВА: Есть не социально значимые. Это лыжи, коньки – конькобежный, вот туда…
ПРОНЬКО: Светлана Сергеевна, у меня любимый спорт – керлинг. Это тоже не социально, да?
ЖУРОВА: Конечно, нет, это не социально значимый, это у нас…
ПРОНЬКО: Я просто за наших девчонок болел, когда они боролись.
ЖУРОВА: Если говорить в шутку о том, что каждая уборщица станет керлингисткой, тогда я думаю, что он социально значимый вид спорта, потому что идет с самого низа.
Но абсолютно согласна, что селекционный отбор совершенно другой, и особенно в тех видах спорта, которые, в принципе, получилось, что не социальные. Что происходило в Советском Союзе – просто для сравнения. Все-таки, если мы говорим про фигурное катание и хоккей, то туда был жесткий отбор, ведь попасть туда в секцию… Я не попала – говоря про художественную гимнастику – в художественную гимнастику тоже был отбор. Я не попала, я попала только в платную группу. В советские времена. За 20 рублей. Мои родители платили 20 рублей за художественную гимнастику. Потому что в обычную группу мне не хватило таланта, но когда я поняла, что никакая из меня гимнастка, по всей видимости – я очень любила коньки – я пошла в конькобежный спорт. Кстати, как сделали многие другие дети. Не я одна такая была. И, соответственно, мы, понимая, что не получается у нас прорваться ни в хоккей, ни в фигурное катание из зимних, мы шли в лыжи и шли в коньки. И замечательно проходили эти секции школами. Может быть, в Москве немножко было по-другому. Я жила в маленьком городе, 20 тысяч, и мы, конечно, все через секцию конькобежного спорта, весь город прошел. Да, у нас остался костяк. Да, мой первый тренер воспитал восемь мастеров спорта, и я – заслуженный мастер спорта, олимпийская чемпионка, из трех наборов детей всего. Это достойный результат обычного тренера в деревне, как его называли. Поэтому это было, и вы знаете…
ПРОНЬКО: А сейчас есть у нас… Сегодня Путин вроде как вспомнил вновь о советской школе – я просто не найду сейчас цитату из его высказываний – но он говорил о том, что нужно соединить то хорошее, что было в советской школе, с тем, что мы уже наработали, может быть, и с тем, что мы потеряли, но теперь будем нарабатывать. Сейчас как-то вернуться к этому возможно, Светлана Сергеевна?
ЖУРОВА: Абсолютно, я скажу, потому что все вернуть, 100%, мы не сможем советскую школу. Во-первых, надо понимать, что, когда открылись границы, уехали не только тренеры, но и спортсмены…
ПРОНЬКО: И ни в коем случае нельзя возвращаться, кто и хочет.
ЖУРОВА: Но тренеры уехали. Тоталитарный режим принуждения больше никогда не будет возможен, мы не Китай, за горстку риса закрытый в базе спортсмен-ребенок из деревни не будет сидеть, даже самый обычный ребенок и, действительно, из деревни. Это невозможно. И когда были разговоры о том, что давайте с первого класса детей талантливых отбирать, закрывать их где-то на базе, и они там будут тренироваться, я говорила: ну невозможно это в России. Я, родитель, не отдам своего ребенка в первом классе ни в какую школу олимпийского резерва, даже если он у меня с голоду дома умирать будет. Я его не отдам туда. И многие родители не сделают то же самое. Да, специализация и занятия спортом уже профессионально, а не массово – может быть, с шестого, с седьмого класса, когда уже родитель понимает, что, действительно, у ребенка есть к этому талант, желание, главное – у самого ребенка. И тогда может быть разговор. Что может быть у ребенка в первом классе? Ну да, какие-то виды спорта более ранние, то же фигурное катание или хоккей – там немножко родители больше проявляют желание, чем ребенок, на первоначальном этапе. Вы знаете, дело в том, что меня обвиняли в Интернете, когда я сказала два слова и не объяснила людям… Дала комментарий – я его, кстати, не давала для публичной общественности, так получилось, что это вышло из блога в общественное поле – я сказала, что в спорте не может быть демократии, и спорт высших достижений убила свобода выбора. Это люди восприняли дословно, к сожалению. Конечно, в спорте, когда я говорила, что нет места демократии, я имела в виду, что нет места безответственности, разгильдяйству и вольному поведению с тренером, вольному поведению со старшими товарищами по команде, что, в принципе, сейчас достаточно часто происходит. Вольному поведению на прессе, когда человек говорит вообще все, что он думает, и раздражая большую часть болельщиков даже, когда спортсмен может позволить себе сказать: "Да пусть тренер сам выйдет на дорожку и расскажет мне потом, как завоевывают медаль. Что он меня учит?" Ты можешь это сказать на тренировке тренеру, но прессе ты в принципе такие вещи говорить не должен.
ПРОНЬКО: Общество вас восприняло иначе, да? То есть вы, чуть ли не за то, что…
ЖУРОВА: Да, восприняло, что партия "Единая Россия" хочет закрыть вообще демократию в нашей стране. Что я имела под свободой выбора? Дело в том (и это, наверное, хорошо и правильно), ведь у детей, кроме лыж и коньков, как было в советские времена, и в моем маленьком городе Кировске, была возможность заниматься только лыжами, коньками и художественной гимнастикой. Больше, в принципе, никаких видов спорта у нас там не было. А теперь у них есть таэквон-до, всякие виды борьбы, каких только нет, а тогда не было, кстати; сейчас – пожалуйста, занимайся – фигурное катание не так далеко; футбол развивается очень хорошо, инфраструктура, и очень-очень много всего, что еще могут делать дети. Еще они могут учиться, они могут выбрать – они могут пойти не только в спорт, но и в учебу, их родители это вправе сделать. Раньше у нас выбора такого не было, даже в маленьком городе выбора не было. У нас был или спорт, или все, или дворец пионеров, через который мы тоже проходили, а дальше мы понимали: или мы там музыкой занимаемся, или мы в спорте…
ПРОНЬКО: Золотую шайбу гоняем.
ЖУРОВА: Да. Поэтому я имела в виду под свободой выбора – это на самом деле хорошо, но правда, смотрите, готовы ли наши люди… В том числе, например, я понимаю, что… Мне позвонила журналистка и спрашивает: "Вы знаете, мне хочется ваше мнение услышать на тему доступности спорта". Я сразу ей говорю: "А можно, я вам вопрос задам?" Она говорит: "Ну, давайте. Вот я опрашивала, в нашей стране доступности спорта нет". Я говорю: "Хорошо, давайте я сразу спрошу: вы опрашивали жителей Москвы?" Она говорит: "Ну да". Я говорю: "Вы опрашивали о видах спорта зимних, я вам сразу скажу, каких. Вы говорили про горные лыжи, фигурное катание и хоккей". Она говорит: "Да, сто процентов". Я говорю: "А вы спросите другие виды спорта, у нас же еще есть другие виды спорта в зимних", которые, кстати, на самом деле… Смотрите, сейчас скажу такую очень интересную вещь, у нас никто не думает.
86 комплектов медалей разыгрывается в Олимпийских играх, 42 из них – в четырех видах спорта. Это коньки, шорт-трек, лыжи и биатлон.
ПРОНЬКО: Половина.
ЖУРОВА: Половина. Но туда родитель сейчас добровольно отдаст только, вот как сказал Руслан, когда или дети занимались, они любят этот вид спорта. Вот так просто мучить своего ребенка такими нагрузками достаточно серьезными – конечно, у нас единственный плюс, что мы не очень рано этими видами спорта начинаем заниматься, все-таки, 10-11 лет – родитель очень сильно подумает. Хотя в принципе, если мы говорим про здоровье, если мы говорим про эти виды спорта, то они достаточно такие – и не травмоопасные, я считаю, что если ребенок занимается для здоровья и не выходит потом даже на высший уровень, он не повредит свое здоровье, ими занимаясь. Может быть, в отличие от какого-нибудь хоккея или фигурного катания, потому что там ранняя специализация, там уже падают об лед, начиная с достаточно раннего возраста, по большому счету, и стычки у детей, и так далее. То есть, там уже на первой стадии можно говорить. А вот коньки – пожалуйста, ты с 11 лет совершенно спокойно можешь прийти из любого вида спорта и заниматься им, даже в 15 лет прийти.
ПРОНЬКО: Давайте мы сейчас прервемся на короткую рекламу на "Финам FM", и уже остаток программы посвятим звонкам наших слушателей. Дозванивайтесь на 730-73-70 либо пишите на finam.fm.
Реклама.
***
ПРОНЬКО: 19.48 в российской столице. Это "Реальное время" на "Финам FM". Олимпийская чемпионка, заместитель председателя Государственной Думы России, член фракции "Единая Россия" Светлана Журова у нас сегодня в гостях, и вот оставшееся время я отдаю нашим слушателям, вам, уважаемые дамы и господа.
ЖУРОВА: На растерзание.
ПРОНЬКО: Как я могу позволить вас, Светлана Сергеевна, растерзать нашим слушателям!
ЖУРОВА: Они добрые.
ПРОНЬКО: У нас очень хорошая аудитория. Добрый вечер, вы в эфире. Как вас зовут?
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Павел.
ПРОНЬКО: Да, Павел.
ЖУРОВА: Здравствуйте.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Ваша уважаемая собеседница сказала, что надо зреть в корень. Я с ней совершенно согласен, и на эту тему вспомнился фильм "Кандагар", который я недавно посмотрел, может быть, вы тоже его видели. Там были замечательные слова, сказанные одним из ваххабитов, которые говорили о том: "Пока ваши женщины продают себя на улицах, пока они убивают детей, пока вы забыли своего бога, поэтому мы вас побеждали и будем побеждать". Вот мне кажется, нашим спортсменам стоит вспомнить то, что победа – от господа, а воин готовит коня лишь только. И вот пока, мне кажется, это наши спортсмены не вспомнят, и будут происходить подобные вещи, как это было в "Русском доме", да и не только это бывает, то, мне кажется, никакой победы ожидать не стоит, и никакие финансовые вливания не помогут. И еще скажу, что я сам режиссер-дебютант, и как у многих моих коллег, у них достаточно много проблем, потому что денег на кино практически не дают, а в данном случае даже те государственные деньги, которые выделяются…
ЖУРОВА: Особенно молодым.
СЛУШАТЕЛЬ: Ну, молодым – я просто сам уже что-то делаю, я понимаю, что от государства я уже ничего не жду. Хотя вроде в эфир объявляют, что будут поддерживать дебют, и так далее. Но суть не в этом. А суть в том, что когда говорят о каких-то многомиллиардных суммах, которые выделяют на спорт, и о копейках, которые выделяют на идеологическое не содержание, а идеологию государства, которая должна воспитывать целомудрие в детях прежде всего, которые будут понимать, что нельзя делать то, нельзя делать это, а как это, кроме как искусством, можно достучаться до сердец, до людей, особенно в современное время, когда, по сути, кроме кино, никто ничего не смотрит. И это, конечно, очень странно. Мы можем построить миллионы стадионов и так далее, но пока главного не будет, вот этого корня, мне кажется, победы ждать не только на Олимпийских играх, а, может быть, нам к чему-то и худшему стоит готовиться.
ПРОНЬКО: Да, Паша, спасибо большое.
ЖУРОВА: Я просто буквально прокомментирую. Дело в том, что я по этому поводу говорила, что мотивация у спортсмена – это превыше всего, конечно. Мотивация, и многие считают, что сейчас нашим спортсменам ее не хватало. Вы знаете, самое интересное, что я понимаю, что, когда они вышли на Олимпийские игры, ее хватало, они боролись, это абсолютно точно. Вот что
на Олимпийских играх каждый что мог, то показывал. А дальше вопрос: а когда спортсмен к ним готовился, был ли он так же замотивирован?
И, может быть, эта подготовка незамотивированная не позволила показать все то… А когда он был на Олимпийских играх, я совершенно уверена…
ПРОНЬКО: А как без мотивации, если мы в самом начале программы говорили о том, что, фактически, члены сборной олимпийской получали зарплату? Это разве не мотивация? Мотивация. Государство выделяет финансы? Выделяет финансы. Я просто обращаю внимание наших слушателей на то, что нигде подобного нет.
ЖУРОВА: Нет. Там сначала… Сыр впереди там где-то.
ПРОНЬКО: Выступи, покажи свой результат, и тогда тебя страна уже отблагодарит.
ЖУРОВА: Абсолютно точно, так оно и есть, и они очень удивлены. Кстати, знаете, самое удивительное, сейчас продолжу еще мысль только что звонившего. Дело в том, что…
ПРОНЬКО: Павла.
ЖУРОВА: Павла, да. Сериал "Школа" – он ведь и в спорте. Я его сейчас не привожу как в пример, как положительный, что его надо всем смотреть.
ПРОНЬКО: Я понимаю.
ЖУРОВА: А как… Мы что, думаем, у нас другие дети в спорт пришли? И учителям так же непросто, есть межпоколенческий конфликт. Ведь тренеру тоже тяжело вот это преодолеть, он привык с другими детьми работать, он всю жизнь работал с другими, замотивированными на нечто другое детьми. А сейчас ему надо перестраиваться, и не у всех это получается, к сожалению. И они все иногда просто разводят руки и не понимают, что делать. И поэтому я и говорю, что оскорбление тренера… Вообще, есть поговорка, я согласна с ней – такая, знаете, перефразированная, что тренер – это следующий после бога. Но бог, все-таки, в первую очередь – то, что было сейчас Павлом сказано – внутренняя мотивация. Хотя, видите, тоже сейчас люди глумятся над этим. Глумятся над патриархом, такие шуточки, что мама не горюй…
ПРОНЬКО: Да, сейчас очень много вот этого всего.
ЖУРОВА: Да, и то, что было вот это благословение – может быть, действительно, не надо было это так пиарно делать, хотя мы же предыдущие олимпиады тоже это делали. И тогда это было нормально. Как только не получилось – сразу сказали совершенно ужасные слова, что патриарх оказался плохим лоббистом. И это совершенно из рук вон выходящие вещи, конечно.
ПРОНЬКО: 730-73-70 – телефон, finam.fm – сайт. Светлана Журова, олимпийская чемпионка, заместитель председателя Госдумы России у нас в гостях. Добрый вечер, алло.
СЛУШАТЕЛЬ: Алло.
ПРОНЬКО: Как вас зовут?
СЛУШАТЕЛЬ: Виктор.
ЖУРОВА: Добрый вечер.
ПРОНЬКО: Да, Виктор, слушаем вас.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Я слушал вашу передачу насколько месяцев назад, где вы рассказывали, что закон приняли, где спортсмены инвентарь покупать могут, так?
ЖУРОВА: Да.
СЛУШАТЕЛЬ: А у меня вопрос другой. А сколько вы как человек, находящийся у власти, притащили в страну технологий для инвентаря спорта высших достижений, если вы не знаете, как делается это все – коньки, ботинки, клюшки? На что мы рассчитываем?
ЖУРОВА: Сегодня этот вопрос тоже поднимали, поднимал его Прохоров, поднимал он его правильно, как раз говоря о том, что наша спортивная индустрия… Конечно, в 90-е годы вообще мы все разбазарили здесь. Почти, например, все… Так получилось, что все заводы даже общества "Динамо", которые ему принадлежали, они почти все каким-то хитрым образом были перепрофилированы, и сейчас "Динамо" даже пытается часть из них вернуть, и даже какое-то производство вернуть… Ну, на тот уровень мы не вернем, но все-таки, по крайней мере, сделать такую попытку. И даже Проничев на заседании совета по спорту как раз говорил, он сам выступал на эту тему, что надо возвращать эту индустрию. Потому что ведь я даже сейчас, когда разговариваю с людьми… Спорт высших достижений, понятно, его… Все равно, в любом случае, мы все многие вещи будем покупать самые лучшие, и скорее всего, оно будет, может быть, где-то за границей. Если мы сможем добиться каких-то технологий, это будет у нас, и надо с космосом здесь взаимодействовать, потому что много что в космической промышленности все-таки и сейчас еще есть, и это мы можем взять для себя. Но для спорта все-таки массового – те же коньки – почему мы закупаем их у Китая? Ведь мы же их можем производить точно так же сами. Сейчас такая популярность… Между прочим, сейчас есть люди, которые говорят: "Мы бы и конькобежные коньки с удовольствием купили, на них бы покатались". Потому что, все-таки, в советские времена и на тех, и не других люди катались с удовольствием. Но даже к маленьким детям тренеры обращаются и говорят, что даже для начального обучения… Все-таки у нас в советское время была возможность купить советские коньки за три копейки. Сейчас этой возможности, к сожалению, почти нет. Это все китайский ширпотреб. который…
ПРОНЬКО: Но на сегодняшнем совещании к чему-то пришли? Что премьер – поручение, может, дал?
ЖУРОВА: На самом деле, есть поручение. Он дал поручение министерству экономразвития, и Минфину, и Министерству спорта подготовить предложения по научно-техническому обеспечению…
ПРОНЬКО: Главное, чтобы не заболтали, не замылили, и так далее. Я с уважением отношусь и к министру Набиуллиной, и к министру Кудрину, это действительно великолепные экономисты и финансисты, но у этих людей масса других проблем…
ЖУРОВА: Это правда.
ПРОНЬКО: Их шпыняют по поводу и без повода, и направо, и налево. Главное, чтобы кто-то – вы, Минспорта, люди, которые так или иначе связаны с большим спортом, со спортом высоких достижений – контролировали.
ЖУРОВА: Знаете, к сожалению, у депутатов, у нас есть определенные… Завязаны руки, мы не исполнительная власть. У нас люди, правда, путают исполнительную и законодательную власть. То есть, законом прописать, например, заставить предприятие выпускать коньки мы, наверное, не можем, это какие-то…
ПРОНЬКО: На вас сейчас критика такая обрушится, что в очередной раз…
ЖУРОВА: Это рынок. Будет, что мы вмешиваемся в рынок. Хотя давно говорили, что государственное регулирование рынка – в принципе, это не такая плохая тема.
ПРОНЬКО: Достаточно посмотреть Соединенные Штаты, которые, кстати, накануне стало известно, что… Это, правда, из другой оперы, но не могу не сказать: Барак Обама выделяет 10 миллионов долларов – казалось бы, цифра небольшая, но, тем не менее – на развитие туризма в Америке. Туризма! В Америке! Где этот рынок… Господа, кто был там, тот поймет, о чем я говорю. И, тем не менее, государство выделяет. 15 миллиардов на создание новых рабочих мест.
ЖУРОВА: А, кстати, насчет гражданского общества – тоже интересная тема. Вы видели "плач Ярославны" Тайгера Вудса перед публикой, это же просто… Я не знаю, это демократия или это такое проявление демократии? Я себе представила, что это КПСС, ячейка КПСС какая-то в наши времена, когда жена вызвала на партсобрание, и он перед всем заводом несет ответственность, почему он ей изменил. В общем, честно говоря, я была в ужасе.
ПРОНЬКО: Давайте мы еще один звонок, наверное, успеем принять. Добрый вечер, алло.
СЛУШАТЕЛЬ: Алло.
ПРОНЬКО: Выключите только приемник и представляйтесь, как вас зовут? Здравствуйте.
СЛУШАТЕЛЬ: Алло.
ПРОНЬКО: Да, здравствуйте, вы в эфире.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Сергей. Я хотел бы заметить: действительно, тот провал, который у нас был на прошедшей олимпиаде – это результат системы. Действительно, советский ресурс исчерпан, сменилось поколение спортсменов, многие уехали, тренеры, база. К сожалению, придется комплекс возрождать, начиная от спортсменов, которые должны, так сказать, с детского возраста вовлекаться, заканчивая материально-технической базой. Потому что когда спортсмены учатся в той же самой Европе, потому что у нас нет трамплинов или у нас нет каких-то стадионов или других сооружений, это нонсенс. То есть, действительно предстоит сделать большую работу. И самое главное, надо возрождать советскую школу. Когда по телевизору было интересное интервью по "Первому каналу", в котором рассказывали, что тренер итальянский говорит: "Я ничего сам не придумал, я у вас подсматривал"…
ЖУРОВА: Да, правда, абсолютно.
СЛУШАТЕЛЬ: Они наши же обрывки наших же наработок используют, еще и за деньги, мы им еще за это деньги платим, чтобы они нас же учили по нашим наработкам.
ПРОНЬКО: Спасибо, Сергей. К сожалению, просто время наше заканчивается. Ваш комментарий.
ЖУРОВА: Да, спасибо большое. Кстати, самое удивительное, что… Вы знаете, что у Канады, они называли это "проклятие олимпиады"… То есть, когда они проводили Олимпийские игры в Монреале и в Калгари, если я не ошибаюсь, у них не было ни одной золотой медали, и они это называли таким образом. Посчитайте – 88-й год и сейчас. Это те дети, которые на ошибках Калгари научились и выиграли 14 медалей, если я не ошибаюсь. Вот это, наверное… Понятно, что
мы можем сейчас сказать, что после Сочи мы все сделаем. Но у нас мало шансов. Вернее, нельзя это делать. Мы должны выиграть в Сочи в любом случае.
ПРОНЬКО: Но перед этим нам еще надо в Лондоне реабилитироваться так хорошенько.
ЖУРОВА: Да, в Лондоне. И знаете, что еще перед этим? Я считаю, что когда я в начале передачи говорила про разделение спорта высших достижения и понятия массового и детского спорта, у нас даже когда говорят массовый спорт, подразумевают каждый свое. Вот я считаю, что мы должны ввести другое понятие – спорт для всех. В Советском Союзе…
ПРОНЬКО: Почувствуйте разницу.
ЖУРОВА: Мы "массовый спорт" почему назвали в свое время – чтобы исключить из него инвалидов и пенсионеров. И Советский Союз это сделал целенаправленно. Мы сейчас должны говорить, мы должны перестроиться реально в этом направлении, мы должны говорить "спорт для всех". Чтобы могли заниматься им все. И это важный тезис.
ПРОНЬКО: Это очень важно, на самом деле. Если это будет реализовано, то тогда мы и увидим результаты. Вы знаете, в этом плане мне очень нравится – из другой несколько оперы, из оперы футбола, но, тем не менее – газета "Libération", французская газета, очень авторитетная, с левацкими взглядами, но, тем не менее, это один из столпов французской журналистики. Так вот, когда французские футболисты выигрывают, заголовок аршинный на первой полосе: "Наши выиграли!". Когда французская сборная проигрывает, а такое тоже бывает, заголовок такими же огромными буквами: "Они проиграли!" Вот почувствуйте разницу в словах.
ЖУРОВА: А вы знаете, как сказали про наших хоккеистов, написала канадская пресса? Очень интересно, я тоже думаю, что нашим слушателям, кто не знает. Они написали так: "Канадцы играли между жизнью и смертью, а русские играли между жизнью и 100 тысячами евро".
ПРОНЬКО: Светлана Журова, олимпийская чемпионка, заместитель председателя Государственной Думы России, член фракции "Единая Россия" сегодня была в "Реальном времени".
© Finam.fm