ЛИХАЧЕВА: Доброе утро, вы слушаете "Финам FM". Меня зовут Елена Лихачева, здравствуйте. Как только не называют нашего сегодняшнего гостя: президент бездорожья, московский Индиана Джонс, рекламный Клондайк, повелитель глобуса, русский Рембо, проповедник в джинсах, миссионер наоборот, профессиональный авантюрист, и так далее, и так далее. Я, пожалуй, поставлю точку, потому что перечислять можно, наверное, минут семь-восемь, как минимум. У нас сегодня в гостях – я одной строчкой вас представлю – первый профессиональный российский и, наверное, самый известный российский путешественник Виталий Сундаков. Доброе утро, Виталий.

СУНДАКОВ: Доброе утро.

ЛИХАЧЕВА: Огромное спасибо за то, что вы к нам сегодня пришли. 

СУНДАКОВ: Спасибо, что пригласили.

ЛИХАЧЕВА: Сначала рубрика "Статус".

СТАТУС: Виталий Сундаков, первый российский профессиональный путешественник-исследователь, президент Фонда русских экспедиций и путешествий, основатель первой советской и российской школ выживания, президент Транснациональной ассоциации школ выживания "VITALIS".

КАК ЭТО ДЕЛАЛОСЬ: Окончил филфак Николаевского педагогического института и факультет журналистики МГУ. Семь лет работал журналистом, пройдя путь от корреспондента многотиражной газеты до заместителя главного редактора журнала министерства морского флота СССР. В 89-м возглавил первую школу безопасности в стране при Академии наук СССР. Через два года основал первую частную школу выживания в России с сетью филиалов. Вел специальные семинары и тренинги для космонавтов, спасателей, МВД, инвалидов, детей, женщин. В 93-м стал президентом Транснациональной ассоциации школ выживания, в 98-м основал и возглавил Фонд русских экспедиций и путешествий. Организовал и осуществил более 30 международных экспедиций, является инициатором создания в Москве первого Лицея профессиональных путешественников, Музея русских экспедиций, Музея колыбельных цивилизаций планеты и Музея артефактов эпохи человека.

ЛИХАЧЕВА: Мне бы хотелось понять для начала, чем вы занимаетесь сейчас. Такое ощущение, что за последние год-полтора – не знаю, связано это с кризисом или с чем-либо другим – какая-то тишина в вашей биографии, пауза какая-то. Или это только такое у меня ощущение?

СУНДАКОВ: Это такое ощущение, это правда. Дела не убавилось, а даже прибавилось. Суета перестала интересовать, то есть я все меньше внимания уделяю информированию общественности о том, чем я занимаюсь…

ЛИХАЧЕВА: Немножко в тень ушли, да? Собой стали заниматься – вот поэтому, наверное, такое ощущение.

СУНДАКОВ: Своими проектами. Потому что желающих участвовать в этих проектах – наверное, это хорошо – много, но помочь людям в этом всем я не могу. Поэтому, чтобы не отказывать, я стараюсь просто не популяризировать.

ЛИХАЧЕВА: Но, все-таки, какими-то проектами основными, для себя приоритетными, вы сейчас занимаетесь.

СУНДАКОВ: Да, безусловно.

ЛИХАЧЕВА: Перечислите, что сейчас.

СУНДАКОВ: Самый, пожалуй, главный – это Славянский кремль, который я возвожу уже третий год. Это такая территория, стилизованная в аутентичных формах под славянский кремль или удельное княжество 9-11-го века. Там провожу фестивали: этнографические, реконструктивные, музыкальные, там же мастер-классы, клубные встречи.

ЛИХАЧЕВА: И зимой, и летом? Это круглогодично?

СУНДАКОВ: Если я в России, то да. Хотя некоторые фестивали и кологодные славянские праздники – это же реконструкция Ведической Руси – они проходят и без меня даже.

ЛИХАЧЕВА: Вы не могли бы в двух словах просто объяснить, что такое ведизм, потому что, честно говоря, не все знают.

СУНДАКОВ: Ведизм – это протокультура, проторелигия, во что верили наши предки, древние славяне – вот это такая ведическая культура. У нее много разных названий. Наиболее популярное – это язычество. А поскольку я эксперт…

ЛИХАЧЕВА: А ведизм – это равно язычеству?

СУНДАКОВ: В общем, да, конечно. Ведизм – это общая традиция, общая космогония, планетарная протокультура, проторелигия, которая существовала и существует отчасти на планете, особенно в колыбельных, в первобытных цивилизациях…

ЛИХАЧЕВА: Я для наших слушателей скажу, что наш сегодняшний гость является крупным специалистом именно по колыбельным цивилизациям и по разного рода первобытным религиям, в том числе и по язычеству, по ведизму.

СУНДАКОВ: Да. И возведение на этой площадке Славянского кремля трех музейных модулей – это моя давняя мечта, я ее намерен осуществить. Это Музей артефактов эпохи человека, Музей колыбельных цивилизаций и Музей русских экспедиций и путешествий.

ЛИХАЧЕВА: Можно почти интимный вопрос? Вы на какие средства это делаете? Это какая-то благотворительная акция или вы свои собственные средства вкладываете, или, не знаю, Лужков…

СУНДАКОВ: Нет, ну что вы, никто. В общем, государство в этом никак не участвовало – не мешает, и я уже благодарен государству за это.

ЛИХАЧЕВА: Ну, землю выделили. Это Подольский, по-моему, район?

СУНДАКОВ: Землю выделили, но я за нее заплатил и плачу. То есть, это не подарок – раз. Второе – участвуют все по мере сил. Кто-то бревно, кто-то гвоздик, кто-то личным трудом, но самое главное, что содержательной формы. То есть, я строю такую площадку, на которой интересно многим, потому что есть исторические клубы – а площадок нет, есть ремесельные мастера в самых разных направлениях – тоже их негде представлять, особенно если это касается уже Замкадья, что называется, остальной России. На свои, причем не то, что я их там складывал и складывал, а потом начал на них строить, на эти деньги. Я когда начинал это строить, у меня было денег на десять бревен, и мне говорили: "Пока деньги в руку не возьмешь все на строительство, не начинай, потому что зароешь в землю и остановишься". Я таки купил эти десять бревен, и с этого начал. Потом перевез с Вятки избу старинную, поставил, соорудил в ней печь, затащил внутрь сани, спал на санях, топил печь, рубил терем княжий зимой. Вот так начинался Славянский кремль. Потом вятские мастера приехали, чему-то учили меня они, чему-то учил их я, и мы вместе возводили первый терем княжий, а затем уже частокол, ограду, гульбище, конюшни, и так далее. И вот сегодня там проходят фестивали, и внутри Славянского кремля, и особенно за его частоколом – музыкальный, уже ставший знаменитым среди любителей музыкальных фестивалей – фестиваль "Купала на Рожайке", я уже третий год его провожу, и "Городецкое гульбище" – это фестиваль Ведической Руси, 9-11-й век. Вот он прошел прошлым летом, было на нем 5 тысяч участников из десяти стран.

ЛИХАЧЕВА: Почему именно ведизм, почему не православие? Я думаю, например, если бы вы строили в православных традициях кремль, какую-либо территорию, наверняка бы и помощи было больше.

СУНДАКОВ: Это правда.

ЛИХАЧЕВА: Да. Почему все-таки…

СУНДАКОВ: Ответ очевиден. Я, во-первых, эксперт по колыбельным цивилизациям планеты, по древним, а это… Что такое первобыт? Это первый быт, это люди, сделанные руками бога. Это инструкция по эксплуатации судьбы, написанная для нас Создателем. Это то, с чего начинались наши… Отстраивалась шкала морально-нравственных ценностей, создавались представления о мире, науке, знаниях о человеке, и так далее. И потом, это человек природный, человек, который жил на природе, видел ее, понимал и чувствовал, зависел от нее и в согласии с ней существовал – он и исповедовал, что называется, эту традицию. Ее нельзя называть религией, потому что сегодня отделимы мораль, закон, религия, образование друг от друга, а раньше это была единая традиция, в которой было все. И это искусство стать и быть человеком, наши древнейшие корни. И мы меньше всего, увы, знаем о собственной истории и культуре, зная лишь, ведя отчет отечественной истории в худшем случае с Великой Октябрьской революции, а в лучшем – с принятия христианства на Руси.

ЛИХАЧЕВА: Скажите, пожалуйста, Виталий, а вот современный человек, который живет в городских условиях, допустим, в Москве – он сможет принять и начать жить согласно ведизму? Допустим, ему в теории понравилось: "Ой, хорошо как! Но я живу в городе, я современный человек, как ни крути, но все равно все, что было за последние несколько веков, все равно на меня какой-то, генетический даже уже, отпечаток наложило"…

СУНДАКОВ: Да, я понимаю, в чем вопрос. Это не значит, что нужно ходить в какие-то специальные храмы и на капища, выполнять какие-то сложные ритуалы, рядиться в какую-то доисторическую одежду…

ЛИХАЧЕВА: Ну да, или уезжать, например, жить в лес.

СУНДАКОВ: Или уезжать жить в лес. Нет, конечно. Когда я говорю "человек природный", я имею в виду, что человек естественный, а не противоестественный. Потому что мы напридумывали очень много разных законов, формул, способов и методик, примитивно подменяющих данные нам от рождения возможности. Но величайший царь философов Сократ сказал: "Познай самого себя, и ты познаешь весь мир". Мы знаем эту фразу, но что значит – познай самого себя? Сколько кружек пива ты можешь выпить? Сколько на тебе родинок или сколько раз ты отжаться от пола можешь? Нет же, конечно. Что такое "познай себя"? Как это сделать? Где механизм управления собственным психофизическим статусом, собственным здоровьем? Где, предположим, некие пояснительные – я уже не говорю методики, а пояснительные рекомендации по поводу выстраивания собственного целеполагания, выявления собственных реальных ценностей для того, чтобы стремиться к ним, потому что паруснику, у которого нет цели, ни один ветер не будет попутным. И вот ответы на эти вопросы, как это ни странно, в изначале все и есть, потому что прежде всего человека заботило, кто он, откуда и куда. Как он сюда попал, что теперь делать с этой жизнью, для чего, как и почему.

ЛИХАЧЕВА: А вы имеете ответы на эти вопросы? Они у вас есть?

СУНДАКОВ: Я их собираю всю жизнь, как раз отправляясь в эти экспедиции. Я ведь отправляюсь туда не для того, чтобы полюбопытствовать. Поэтому и профессия путешественника предполагает профессиональную деятельность, а не набор впечатлений, и не испытание собственных возможностей, и не повторение пройденных маршрутов, и не организацию юбилейный проектов, и так далее – а наука, начиная с антропологии, этнографии и так далее, но прежде всего философия, психология…

ЛИХАЧЕВА: До паузы у меня один вопрос. Что вы поняли про себя благодаря вашим многочисленным, мало сказать экзотическим – невероятно экзотическим, экстремальным экспедициям по всему земному шару?

СУНДАКОВ: Если бы я все понял про себя – наверное, на этом бы наша жизнь и закончилась. Как узнать, окончена ли твоя миссия на земле? Если твоя жизнь продолжается, если ты пока жив – значит, ты все еще впереди. Я очень надеюсь, что самое главное открытие впереди.

ЛИХАЧЕВА: Ну, хорошо, но все-таки, какие-то открытия уже сделаны?

СУНДАКОВ: Безусловно.

ЛИХАЧЕВА: Вот кто вы?

СУНДАКОВ: Вот этот вопрос не только журналисты мне силятся задать постоянно, но и я сам себе его периодически задаю.

ЛИХАЧЕВА: Понимаете, вы просто искушаете, когда вы говорите…

СУНДАКОВ: Да, в том числе профессионально.

ЛИХАЧЕВА: Вот вы говорите, что есть ответы на этот самый главный вопрос, который действительно самый главный для любого более-менее мыслящего человека. И когда вы провоцируете, хочется сразу вас спросить: а вы кто тогда?

СУНДАКОВ: Наблюдатель, свидетель и исследователь жизни – вот, пожалуй, так.

ЛИХАЧЕВА: Наблюдатель, свидетель и исследователь жизни?

СУНДАКОВ: Да.

ЛИХАЧЕВА: Спасибо. Давайте буквально на полторы минуты мы с вами прервемся. Я еще раз представлю нашего сегодняшнего гостя. У нас сегодня в гостях президент Транснациональной ассоциации школ выживания, основатель первой советской и российской школ выживания, действительный член Русского географического общества, действительный член Российской академии проблем сохранения жизни, автор всероссийских детских программ – их огромное количество, первый российский, наверное, самый знаменитый профессиональный путешественник. Буквально через полторы минуты мы вернемся в студию "Финам FM".