ПРОНЬКО: Член совета федерации России, бывший начальник ГИБДД страны, генерал-лейтенант милиции Владимир Федоров у нас сегодня в "Реальном времени". Владимир Александрович отвечает на мои и ваши вопросы. Давайте продолжим нашу дискуссию. Добрый вечер, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Игорь, я из Москвы. Я сам работаю водителем уже достаточно долго, больше 20 лет. Я хотел высказаться по поводу "живого щита". Ни в коем случае не оправдываю сотрудников, конечно, что они сделали, но, с другой стороны, вот сейчас начальство, которое раздает всем пряники, мне просто интересно, почему не обеспечило этих сотрудников средствами для остановки подобных машин? Что он должен был сделать? Махнуть палочкой или стрелять вслед? Если бы стрелять, то, извините, мы бы сейчас не машины ремонтировали, а хоронили бы кого-нибудь.

ПРОНЬКО: Понятна реплика.

ФЕДОРОВ: Игорь, тут добавить нечего, но, во всяком случае, как заверяет генерал Казанцев, на стационарных постах вот эти "Еж" и "Диана" имеются, и соответствующие учения проводились, поэтому, по большому…

ПРОНЬКО: Но не были применены.

ФЕДОРОВ: Да, ну, так это, значит, надо было гнать этого злодея до стационарного поста. Им там спокойно за это время могли бы подготовить достойную встречу. Или тогда стрелять. Я до сих пор не знаю, от кого поступила команда вообще на задержание – это тайна, покрытая мраком пока, и поэтому говорить о том, что на этой машине были преступники, барсеточники – любой адвокат скажет: "Извините, еще докажите, кто там был". А может быть, это просто напуганный идиот просто, который мотался, может быть, просто где-то совершил правонарушение в виде превышения скорости, и так далее. К сожалению, это тоже довольно часто бывает, поэтому он не пойман, и там не доказано.

ПРОНЬКО: Добрый вечер, алло. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, вы мне говорите?

ПРОНЬКО: Да, вы в эфире. Представляйтесь, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Хорошо. Валентина Николаевна из Москвы. Я хотела спросить у вашего гостя как сенатора. Вот когда он с таким сочувствием говорит, как мало получают, 8 тысяч. Я всегда тоже так думаю: Господи, вот такие деньги разве может человек прожить? Я на пенсии, 7 тысяч получаю, но так я 2,5 тысячи кушаю, а остальное как-то откладываю. Но я вот хотела сказать: он, как сенатор, почему они не могут поднять вопрос, что налоги надо платить нашим богатым, олигархату и прочим, такие, как платят на цивилизованном Западе? Они ведь берут пример с Америки и в том, и в этом – ну так возьмите в этом пример! Везде платят 30-50%.

ПРОНЬКО: Спасибо, Валентина Николаевна.

ФЕДОРОВ: Валентина Николаевна, ну, вы знаете, что эти вопросы рассматриваются, и уже не один раз поднимаются лестницы вот этой налоговой. Мы одно время, и сегодня мы гордимся, что у нас единый налог. Поднимаются вопросы, чтобы…

ПРОНЬКО: Но теперь мы его отменили, на страховые перейдем.

ФЕДОРОВ: Да. Поэтому этот вопрос постоянно в поле зрения и руководства, и в том числе и нынешней верхней палаты.

ПРОНЬКО: Ладно, не буду говорить. Добрый вечер, вы в эфире. Как вас зовут? Алло! Здравствуйте. Ну, не молчите. Тогда других выводим. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер.

ПРОНЬКО: Добрый вечер, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Меня Юрий зовут. У меня реплика такая есть небольшая. Спасибо, во-первых, Владимиру Александровичу за то, что пришел, не побоялся поговорить со слушателями и с вами…

ПРОНЬКО: Ну, вот я вам могу сказать, тезка, зная Владимира Александровича, это не проблема была. Мы договорились сразу, просто графики должны были совпасть.

СЛУШАТЕЛЬ: Честь и хвала. И хочется услышать, конечно, нашего министра Нургалиева в главной роли. А реплика такая у меня. Вы знаете, мне кажется, что проблема не собственно в сотрудниках ГАИ, или в ком-нибудь другом, или в МВД. Проблема кроется в другом, что мы друг друга просто не уважаем. Никто. Ни я не уважаю сотрудника ГАИ, сотрудник ГАИ не уважает пожарного, пожарный не уважает доктора. И вот у нас такое взаимоотношение сложилось. Мне кажется, что американский стиль – вот эта улыбка во что бы то ни стало – она бы привела к некоторым изменениям в этом отношении, и ценилось бы достоинство человека, и, соответственно, с этим много проблем бы ушло. Спасибо большое.

ПРОНЬКО: Спасибо вам. Единственно, сейчас Владимир Александрович прокомментирует, но я вам хочу сказать: вы не обольщайтесь по поводу американских полицейских и дорожной службы. Вы зря думаете, что там всегда улыбка на устах. Там и пулю можно, действительно, получить за провинность, которая в России может сойти за шалость.

ФЕДОРОВ: Я могу прокомментировать, когда я первый раз приехал во Францию с делегацией, начитался наших публикаций, что, оказывается… Писалось, что французские водители называют французскую полицию, жандармов дорожными ангелами, и так далее, ну и потом, когда я рассказал это французам, они очень долго смеялись. Действительно, здесь вопрос в уважении.

ПРОНЬКО: Да, Юрий поставил очень серьезный вопрос.

ФЕДОРОВ: Да, вопрос в уважении друг друга, и, к сожалению, мы по тротуару-то ходим, и друг другу не улыбаемся, здесь с Юрием абсолютно согласен. Если мы будем просто добрее друг к другу… А когда садимся за руль, да еще за затонированные стекла, наши возможности удесятеряются или в сотни раз увеличиваются за счет… Хамство из нас, извиняюсь, прет. А потом вот это наше еще, наверное, все-таки купеческое начало. Тот же

маяк, он становится уже не символом, что надо проехать, и надо быстрее, а символом престижа. И, кстати, из-за этого страдают и водители скорой помощи, водители пожарных машин, которых сегодня, к сожалению, так же не пропускают.

Или как некоторые депутаты вносили предложение, и сенаторы, кстати, что "давайте мы ликвидируем вообще правила первоочередного проезда машин с маяками, и пусть в общем потоке ездят". А если это скорая помощь идет к вам – как там ночью различить – машина со спецокраской или машина без спецокраски? Поэтому отношение даже в разгульных странах, таких, как Италия, где тоже водители ездят ого-го, не хуже наших, но, тем не менее, идет машина с маяком – все люди понимают, что этой машине надо, действительно, помочь побыстрее проехать. В том же Париже нет выделенных полос, но спецмашины идут между рядами, и водители расступаются вправо, влево, сам наблюдал на Елисейских полях. Действительно, с уважением относятся к тому.

ПРОНЬКО: Понимаете, если сами политики в этом вопросе поступят не популистски – просто для меня это была омерзительейшая ситуация, когда единороссы, не буду называть фамилии, вы все их хорошо знаете, под выборы сдавали прилюдно, под камеры, свои маяки, а потом они благополучно вернулись этим владельцам. Вот и все.

ФЕДОРОВ: Но не всем владельцам.

ПРОНЬКО: Не всем, но вот те, кто маячил в буквальном смысле на телекамеру…

ФЕДОРОВ: Есть постановление правительства, там четко оговорено, кто имеет право.

ПРОНЬКО: Ну, я не буду с профессионалом спорить. Последний, к сожалению, звонок. Добрый вечер, вы в эфире. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Сергей. У меня такой вопрос, сегодня много говорили о том, что сотрудники милиции получают мало денег, небольшую зарплату, и вопрос вот какой. Я все никак не могу понять, как так получилось, что за последнее десятилетие, наверное, финансирование всех бюджетных организаций улучшилось – и военные, и врачи, и учителя, я уж не говорю про чиновников администрации и прочее. И только вот как-то милиции никак не улучшается. Непонятно. Неужели милиции не хватает политического веса для того, чтобы этот вопрос решить?

ПРОНЬКО: Спасибо.

ФЕДОРОВ: Я думаю, что, Сергей, вы правы – видимо, не хватает политического веса, и более того, как бывший сотрудник милиции могу сказать, что мне, например, обидно, что в стране два с половиной года не было начальника уголовного розыска страны, был исполняющий обязанности. В стране почти три года – вот только что, кстати, указом президента назначен начальник такой важной службы, как охрана общественного порядка. Я считаю, что, действительно, веса не хватает. И второй момент, мы же говорили о цифре человека, пришедшего на службу. Потом идут доплаты: за секретность, за переработку, и так далее, и так далее, доплаты. Но, во-первых, их, надо еще определенное время послужить, чтобы заслужить, и второе – что эти доплаты, к сожалению, не идут на пенсионное обеспечение, туда идет только составляющая денежного довольствия основная. И вот это тоже причина того, что

человек четко рассчитывает, что, выходя на пенсию, он получит пенсию весьма и весьма маленькую, не отвечающую тому вкладу  и тому здоровью, которые он положил на службу государству.

ПРОНЬКО: Владимир Александрович, у нас буквально 20 секунд. Я подобью итоги голосования, SMS-голосования. Мы получили следующий результат: 17% слушателей "Финам FM" дают удовлетворительную оценку работе госавтоинспекции, 83% – неудовлетворительную. На сайте finam.fm сутки голосовали наши слушатели, тот же вопрос: 90% – неудовлетворительно, 10% – удовлетворительно. По вашему мнению, мы сможем изменить ситуацию? Ведь в этом же общество в первую очередь заинтересовано.

ФЕДОРОВ: Я думаю, что должны изменить, и, во всяком случае, на месте нынешнего руководства в первую очередь МВД и службы госавтоинспекции я бы задумался над вот этой оценкой.

ПРОНЬКО: Спасибо вам огромное. Владимир Федоров, член совета федерации России, бывший начальник ГИБДД страны, генерал-лейтенант милиции был сегодня у нас в "Реальном времени". В 21.00 ко мне придет Игорь Николаев, и тема программы "Аутсайдер-2009. Чего ждать от российской экономики в 2010 году? Повторения Ванкувера?" Будем разбирать нынешнюю финансово-экономическую ситуацию, и, что называется, еще раз напомню, пока у вас будет время до 21.00, читайте мою авторскую колонку, статью "Страна победившего олигархата", те данные, которые сегодня привел журнал "Forbes" по мультимиллионерам. Я думаю, у вас немало возникнет вопросов, так что к 21.00 готовьтесь.