ПРОНЬКО: Продолжаем программу "Реальное время" на "Финам FM". Губернатор Тверской области Дмитрий Вадимович Зеленин сегодня отвечает на мои вопросы. Дмитрий Вадимович, скажите мне, пожалуйста, все так замечательно, губернатор знает каждый населенный пункт, дотирует автоперевозки, лоббирует интересы своих товаропроизводителей. Но наверняка есть серьезные проблемы, за которые вас, может, бессонница, а может быть, и сердце болит. Вот какие есть проблемы в регионе, которые у вас вызывают серьезное беспокойство?

ЗЕЛЕНИН: Конечно же, много проблем. Много проблем управленческих, много проблем экономических. С инфраструктурой, например. По индустриальным площадкам реально тяжело проводить. Проводим, но это все в ручном регулировании – ужасно просто. Законодательство надо все-таки подправить, чтобы можно было…

ПРОНЬКО: Вы имеете в виду федеральное или региональное законодательство?

ЗЕЛЕНИН: И федеральное, в том числе. Да, действительно, надо землю на конкурсе выставлять, но почему я не могу проводить коммуникации на этой земле, а потом выставить на конкурс, это я плохо понимаю. Приходится такие придумывать штуки…

ПРОНЬКО: Маневрировать.

ЗЕЛЕНИН: Маневрировать, да, что, в общем, на что уходит время. И, конечно, социальные вопросы. Дороги. В Твери плохие дороги реально. Я сказал – 16 тысяч километров, но что бы я ни делал, больше 8% из бюджета выделить не могу.

ПРОНЬКО: А кстати, как вы относитесь – лично вы, как губернатор Тверской области, к проблеме транспортного налога? Вы как ее решили у себя?

ЗЕЛЕНИН: Мы ее снизили. Правда, это было три года тому назад уже. И к нам пошли транспортные компании.

ПРОНЬКО: Вот так.

ЗЕЛЕНИН: Да. Но мы снизили только для транспортных компаний. А сейчас мы даже не собирались повышать. Во-первых, конечно, нас уговаривали и сказали, что мы с вас вычитаем субсидию ровно на сумму, которую вы не поднимете налог.

ПРОНЬКО: Я даже догадываюсь, кто вам это сказал.

ЗЕЛЕНИН: Да, ну, не лично, конечно.

ПРОНЬКО: Я понимаю.

ЗЕЛЕНИН: Но мы не пошли на это.

И не было в планах даже подъема транспортного налога. Мы увеличиваем собираемость. У нас еще, вообще говоря, проблема с собираемостью, у нас еще приблизительно 30% не собирается транспортного налога, и там еще есть что улучшать,

с одной стороны. С другой стороны, если поднимать, то это нужно объявлять минимум за полгода, да еще общественные слушания проводить. Когда мы будем задумываться над этим, об этом все должны будут узнать за полгода.

ПРОНЬКО: Комитет совет Федерации России по промышленности одобрил законопроект о, что называется, слитии, в буквальном смысле этого слова, транспортного налога с розничной ценой на топливо. Вроде вначале Госдума отказалась, сейчас, по моей информации, у них идут бурные дебаты и, возможно, 50 на 50 они согласуют этот вариант. Как вам? Вот от этого… Вы говорите, в Твери плохие дороги. Этот вариант решит проблему?

ЗЕЛЕНИН: Нет, этот вариант не решит проблему.

ПРОНЬКО: Не решит?

ЗЕЛЕНИН: Не решит, да. Это в любом случае дорожный фонд не восстановит, хотя сам, может быть, дорожный фонд – это анахронизм был в 90-е годы и в начале 2000-х, его убрали, но, те не менее, убирать его надо было не так, этот дорожный фонд, потому что деньги раньше были, а теперь их нет. И, еще раз, 8%, но больше нельзя – есть здравоохранение, образование – ну нереально. А 8% не хватает: на содержание дорог реально треть от положенного. А где я возьму другие две трети? Соответственно, надо предпринимать усилия. Что касается того предложения, которое рассматривают в совете Федерации, подходы могут быть разными, и они в разных странах по-разному. Кто-то акцизы с топлива собирает, кто-то – с транспортного налога, кто-то вообще все это минимизирует и, вообще говоря, налог на собственность в целом поднимает. Подходы разные, главное, чтобы сбалансировано все было и доходило бы до того объекта, который надо финансировать.

ПРОНЬКО: А все-таки, по вашему мнению, как решить эту одну из вечных проблем? Первую-то точно не решить никогда, а вот как со второй российской проблемой?

ЗЕЛЕНИН: Я готов заниматься, но еще раз: основа в сбалансированности. Если какое-то решение принимается через акцизы, то надо посчитать, у кого они будут забираться…

ПРОНЬКО: И, по-моему, объяснить людям, которым предстоит эту идею оплатить.

ЗЕЛЕНИН: Да, и объяснить. Потому что вот так просто это нельзя, и с социальной точки зрения… Вот я раньше был каким-то таким жестким инноватором и считал, что если я все посчитал, и это благо – посоветовался, это реально 10, 15, 50 человек проговорили, просчитали, что это правильно, казалось бы, все ошибки учли – но если все это не объяснить, не рассказать, то это лучше не начинать. Потому что обратный эффект будет – просто все срубят под корень. Поэтому, конечно, даже если наша система плохая, например, по сбору транспортного налога и акцизов, если это будет против населения, то лучше не менять систему, лучше эту подчистить, даже если это немного неэффективно.

ПРОНЬКО: То есть, получается, резервы даже в этой системе есть.

ЗЕЛЕНИН: В этой системе резервы сто процентов есть. Не говоря уже о том, что нужно объяснять свои действия. Если не объяснишь – зачем ты тогда нужен такой? 

ПРОНЬКО: Дмитрий Вадимович, еще одна больная тема для России, которая тоже имеет даже такой протестный окрас – это тарифы так называемых естественных монополий, здесь мы упираемся в ЖКХ. Тут, я смотрю, господин Грызлов у нас поехал в ситуационный центр МЧС России, где разбор полетов устроил. Как вы? Что вы решили в своем регионе?

ЗЕЛЕНИН: В этом году подъем тарифа у нас в целом сбалансированный, порядка 9-10%...

ПРОНЬКО: Ну, это совсем у вас, как говорят: это рекомендованные параметры.

ЗЕЛЕНИН: Ну да. Но опять то же самое. Те нормы либерального рынка электроэнергии, они бы все равно ударили, с другого конца, но ударили. Вот эта увеличенная доля покупки электроэнергии на нерегулируемом рынке – она опять для малого бизнеса, ну ё-моё! Поручал, чтобы было плюс 10%, а оказалось – плюс 20%. И вот это отрегулировать на регионе нельзя. И, боюсь, даже на уровне правительства нельзя. Поэтому…

ПРОНЬКО: То есть, нет полномочий, что ли, у власти?

ЗЕЛЕНИН: Нет полномочий вот так отрегулировать, да.

ПРОНЬКО: То есть, все завизжат о нарушениях со стороны госвласти?

ЗЕЛЕНИН: Население защищено. Я говорю про бизнес.

ПРОНЬКО: Да-да-да.

ЗЕЛЕНИН: А бизнес получит, потому что в январе, например, топим мазутом некоторые электростанции, поэтому тариф побольше. Он, конечно, потом снизится, но какой эффект? Это же не все разбираются в рынке регулирования. А кто рассказывает? А никто не рассказывает. Поэтому приходится лично все пробивать. Поэтому по естественным монополиям ситуация нехорошая.

ПРОНЬКО: Хочу все-таки – у нас остается 3,5 минуты – закончить программу не на такой вот сложной теме, потому что, действительно, вопросы поднимаются, я считаю, что мы, в первую очередь, журналисты, не должны вам давать покоя, властям предержащим, когда к нам обращаются обычные граждане или представители бизнеса. Дмитрий Вадимович, у меня такой, может быть, пространный будет вопрос. Вернусь все-таки к малому, среднему, крупному бизнесу. В последнее время я заметил, не знаю, как у вас, но в Москве есть тенденция – люди вновь стали уезжать. Уезжать за бугор, как говорят. При этом это люди молодые, инициативные, открывшие здесь дело, но, как один из наших слушателей сказал, потерявшие кураж в России. Потому что и начинал бизнес в самые лихие, как теперь принято говорить, годы, а теперь потерял кураж, потому что достали уже в буквальном смысле. По вашему мнению, ситуация в России может измениться к лучшему? Или мы медленно, но верно катимся куда-то, куда – очень большой вопрос?

ЗЕЛЕНИН: Нет, мы не катимся вниз, мы точно усиливаемся как страна и как экономика, это видно, и у нас все-таки, даже если смотреть на интегральный рост, за 10 лет он в целом неплохой. То, что часть уезжает, то я с этим не соглашусь: часть и приезжает. Если уезжает тот бизнес, который заработал и в связи с кризисом потерпел фиаско по тем или иным причинам, то уезжать в спокойную жизнь, потому что второй раз, третий раз начинать жить очень тяжело, но это не много. И надо действительно иметь кураж, чтобы заниматься бизнесом. Но если мы говорим о профессиональных людях, то рабочие места у нас, на которых нужны профессионалы, все-таки стали больше появляться.

ПРОНЬКО: И такие люди востребованы.

ЗЕЛЕНИН: Такие люди востребованы, в том числе в Тверской области однозначно востребованы. Ищем профессионалов, приходится приглашать наших же из-за рубежа, или возврат из Москвы в Тверской регион. Это идет, такой процесс. Может быть, он не колоссальный, но я бы не видел особый кризис в том, что часть людей из Тверской области едет в Москву. Часть из них возвращается. Но если мы не можем дать рабочие места, значит, это мы виноваты. Мы должны стараться, чтобы они были, эти рабочие места. Ну, а человек-то чем виноват? Если он что-то хочет заработать и нашел рабочее место – пускай заработает. В конце концов, мы как власть, как страна работаем ради людей. Было бы у них получше, чем сейчас – уже хорошо.

ПРОНЬКО: Последняя минута пошла, не могу вам не задать такой вопрос. У нас все-таки львиная доля аудитории – это деловые люди, которые либо имеют свой бизнес, либо работают и наняты крупными корпорациями, банковскими учреждениями. В двух-трех предложениях, чем привлекательна Тверская область для потенциального российского или иностранного инвестора?

ЗЕЛЕНИН: Привлекательна, прежде всего, конечно, своим расположением, привлекательна отношением власти – это однозначно, это я лично говорю. Каждому инвестору прямой доступ к телу руководителя, губернатора, а также другого, и персональное сопровождение на уровне администрации. И, конечно, своим духом. Потому что если человек не будет привязан к своему рабочему месту, к месту, где он живет, он не будет трудиться, у него не будет перспективы. Поэтому дух населения как третий важен и нужен. И в Тверской области все эти три аспекта имеются.

ПРОНЬКО: Мне было приятно с вами познакомиться и общаться в этом часе. Спасибо вам огромное. Губернатор Тверской области Дмитрий Зеленин был сегодня у нас в "Реальном времени". Надеюсь, это первая, но далеко наша не последняя встреча. Спасибо, Дмитрий Вадимович.

ЗЕЛЕНИН: Спасибо.

ПРОНЬКО: Через час уже встретимся в программе "Сухой остаток".