НЕКЛЕССА: В эфире программа "Будущее где-то рядом", у микрофона Александр Неклесса. Мы обсуждаем тему: "Игры новых людей". В гостях у меня люди, которые организуют эти игры новых людей: Ростислав Вылегжанин и Илья Савчук. Они организовали в жаркое лето 2010 года в Москве Rucamp 2010, где происходили чудные дела. И об этом идёт разговор.

В частности меня заинтересовала технология Rucamp тем, что она осуществляла то, что можно было бы назвать голосованием ногами. Работал ряд секций – человек, государство, образование, медиа, и так далее – и люди из тех секций, где разговор казался менее интересным или просто скучным в какой-то момент, переходили в другую секцию. Разное количество участников в разных секциях. Кроме того, на ходу возникали совершенно новые секции, которые не были запланированы организаторами, но условия проведения Rucamp или BarCamp как родоначальника этой новой формы совместной интеллектуальной работы, они предполагают такую возможность и предоставляют для этого определённый инструментарий. Можно было на ходу создать собственную секцию, и эта секция могла переиграть, если угодно, если применить это слово, другие секции.

Ростислав, Илья, я хочу вас спросить: вот это голосование ногами, как оно... Может быть, у вас какие-то технологии при этом ещё применялись? Потому что, я так понимаю из первой части нашего разговора, что решались две задачи: привлечение активных участников, не просто участников, а активных участников; в то же время вот то, что так образно было названо как "отсев баянов современности" – извлечение не очень привлекательных участников, которые хотели бы говорить, готовы были говорить, но которых слушатели не были готовы выслушивать долгое время.

САВЧУК: Попробую описать. Во-первых, самое страшное это когда люди начинают рассказывать банальности. Это очень часто происходит на больших историях. То есть вот каждый человек должен какую-то вводную задать...

НЕКЛЕССА: Вступление в тему.

САВЧУК: Да. Но мы все в теме, не надо нам это рассказывать, расскажи нам новое что-то, вот то интересное, что ты смог пощупать.

НЕКЛЕССА: Что я требую от вас!

САВЧУК: Да. Вот это расскажи, это интересно, а всё остальное мы знаем уже. Если это происходит, то все сидят, раскрыв глаза, уши, души, слушают, и всем интересно, все готовы это обсуждать. Если этого не происходит, то все встают и уходят. Это вот голосование ногами в чистом виде. Мы в игровые технологии вытаскиваем, это целый этап такой... Давайте обозначим баяны, что для всех очевидно. И вот накидываются в течение 50 минут эти вопросы. Это очевидно, это очевидно, мы не будем об этом говорить.

НЕКЛЕССА: А вы их как-то формально фиксируете?

САВЧУК: Да, ну там на слайде, в Twitter...

НЕКЛЕССА: То, о чём запрещено говорить...

САВЧУК: Не запрещено, но это понятно. Давайте поговорим о том, что непонятно, что вызов, с чем ты столкнёшься завтра.

НЕКЛЕССА: Вы это тоже как-то извлекаете?

САВЧУК: Ровно таким же образом.

ВЫЛЕГЖАНИН: Давай я расскажу, как это происходит. Стоит флип-чарт, на него выписываются какие-то мысли участников. Допустим, участников спрашивают: скажите, что произойдёт через пять лет? Естественно, вперёд вылезают наиболее очевидные вещи, те, которые известны. Вот это всё выписывается на этот флип-чарт, а дальше всем говорят: "Вы видите это? Об этом забудьте – мы о другом. Придумайте что-то новое".

То есть мы копаем глубже в данном случае. И вот когда происходит вот эта копка глубже, там и вылезают инновации, новые проекты интересные. Тогда всё и начинается.

САВЧУК: И конфликты. И когда человеку предлагают себя туда поместить, вот в эту конфликтную среду, там тогда тоже всякие интересные вещи происходят. Одно дело – предложить человеку рассказать о проблеме, а другое дело – предложить человеку рассказать о проблеме и о том, как он её сейчас решает.

НЕКЛЕССА: Но ведь так же, наверное, можно тасовать не только проблемы, но и людей? Предлагать людей, которых хотят послушать присутствующие. Ну, из числа тех, которые имеются в наличии.

САВЧУК: Ровно так и происходит. То есть мы, собственно, и ритм нашей работы... Там были свои организационные огрехи, как и во всяком разном экспериментальном формате, но и ритм работы был так построен, что...

НЕКЛЕССА: То есть порядок выступления докладчиков становится мобильным в зависимости от интересов присутствующих.

САВЧУК: Да. Мы попытались собрать сильных спикеров, и нам это удалось. Более того, нам сказали, что мы слишком много и слишком сильных спикеров собрали. Потому что люди действительно приносили интересное содержание. Люди были ограничены во времени, людей попросили не говорить банальности. И практически 90% спикеров это удалось.

НЕКЛЕССА: А какой регламент?

САВЧУК: 10-15 минут выступления.

НЕКЛЕССА: Даже меньше, чем тэдовский.

САВЧУК: Да, немножко меньше, чем тэдовский, но 10-15 минут разговора, обсуждения. То есть это в совокупности больше, чем тэдовский.

НЕКЛЕССА: К тому же ещё, как я понимаю, частично выступление и частично дискуссия?

САВЧУК: Да.

НЕКЛЕССА: А дискуссия вообще превалирует у вас над выступлениями в этом?

САВЧУК: Да, как правило, да. Нет, бывают такие выступления, которые прервать жалко, человек интересен. Он настолько интересен, его настолько много, что пускай. То есть, в конце концов, у нас BarCamp или что? Сами себе регламент устанавливаем. Все согласны, все слушают. А вообще говоря, мы пытались максимально сложно это всё...

НЕКЛЕССА: Я дополню некоторыми технологическими подробностями рассказ моих гостей. В классической формуле BarCamp применяется ещё одна технология. Правда, она требует определённого инструментария. Вот все эти маленькие, ну или не очень маленькие группы, которые обсуждают различные проблемы, они ещё... Люди, сидящие в зальчиках, имеют в руках такой пультик для голосования, как на телевизионных всякого рода мероприятиях, а экран располагается за спиной докладчика. И идёт нажимание двух кнопочек – зелёной и красной. Докладчик не видит, какие цвета зажигаются.

Но, если бы ограничивалось этим! Но этим не ограничивается. Скажем, пять секций работает. На экране горит "Секция-1", "Секция-2", "Секция-3", "Секция-4", "Секция-5", и сидящие в третьей секции видят, в какой секции преимущественно горят зелёненькие. И начинают медленно покидать зал, перемещаться в тот зал, где максимум зелёненьких. Если цветовая игра меняется, то начинается перемещение в другой. А докладчик этого не видит.

САВЧУК: Там есть ещё сложность. Нужно, чтобы пространство внутри было организовано таким образом, чтобы можно было уйти. Это тоже момент, который у нас... Это не просто пультик, это нужно ещё пространство организовать каким-то образом.

НЕКЛЕССА: Надо, наверное, докладчика поставить в угол (как обычно и бывает), откуда он уйти особенно не может. Хотя, видимо...

САВЧУК: Чтобы мимо него не надо было ходить.

НЕКЛЕССА: Ну, может быть, он будет пользоваться зеркальцем, зная эти технологии, и подсматривать свою ситуацию. А все слушатели сидят около одной, двух, трёх, четырёх, пяти дверок.

ВЫЛЕГЖАНИН: Да нет, всё же ещё можно организовать с помощью Twitter, как мы это неоднократно делали. То есть люди просто пишут в Twitter, где интересно, что там происходит. И естественная циркуляция...

НЕКЛЕССА: То есть и без этого приборчика.

ВЫЛЕГЖАНИН: Да, тут не нужна кнопочка.

САВЧУК: Нет, кнопочка – это тоже хорошая технология. Просто Twitter доступнее в чём-то. Мы пользовались ватными шариками.

НЕКЛЕССА: Да? Расскажите.

САВЧУК: На больших конференциях у нас была такая немножко тролльская, немножко разрушительная, наверное, активность – особо нудным докладчикам выдавали ватные шарики за то, что...

НЕКЛЕССА: Слушатели передавали или как это происходило?

САВЧУК: Да, да, да, слушатели передавали. Чтобы ватой не забывал нам головы! Вот такие разные формы поощрений плохих докладов придумывались.

НЕКЛЕССА: Длинный хвост Rucamp имеет некоторую перспективу? Я имею в виду не перспективу как определённую форму деятельности. Раз новая форма деятельности появилась, она имеет определённую перспективу. Но вот то направление, которое вы ощущаете на кончиках своих пальцев, простраиваете, вот оно имеет дальнюю перспективу?

САВЧУК: Да.

ВЫЛЕГЖАНИН: Мне кажется, на мой личный взгляд, главная цель нашего мероприятия – высвободить в людях креативность, высвободить творчество. Я думаю, что у нас это уже третий год получается. Потому что, так или иначе, доходят новости о том, что вот эти ребята сделали новый проект, "а вот мы познакомились и сейчас сотрудничаем компаниями", или что-то ещё.

То есть вот таких новостей, которые мы и собрать-то не в состоянии, они никак не собираются специально. Но вот этот, как вы сказали, длинный хвост, он постоянно имеет место быть.

САВЧУК: И он становится длиннее.

ВЫЛЕГЖАНИН: Он становится с каждой конференцией длиннее.

НЕКЛЕССА: Продукты, люди, сообщество... Кстати, сообщество каким-то образом... Ну, я понимаю, что это не партия с членским билетом, но какие-то знаки принадлежности к сообществу... Ну, присутствие, наверное, на сайте, но ещё какие-то есть? Что вот вы принадлежите к сообществу вот этих кэмпов?

САВЧУК: У нас для людей, которые участвовали в организационных всяких активностях, которые начинали что-то проводить, мы им такие зелёные банданы выдавали. Экология в мозгах! И людям, которые сделали что-то ценное, привнесли какую-то свою контрибуцию...

НЕКЛЕССА: То есть преодолели тот самый порог от "поговорили" к "поработали".

САВЧУК: Да, поработали, что-то отдали и это приняли. Вот они получает такие банданы. Кто-то носит. Мы видели, что через год приезжают в таких банданах, через два года. Приятно.

НЕКЛЕССА: То есть, у вас такие сержантские нашивки, я бы сказал, офицерские фуражки, генеральские лампасы.

САВЧУК: Я думаю, что мы до какой-то формализации не дойдём никогда и это, в общем, ни к чему. Но вот то, что нас количественно стало... В прошлом году было 300-400 регистраций, а в этом году 800...

ВЫЛЕГЖАНИН: 900 уже.

САВЧУК: Это, знаете, показатель...

НЕКЛЕССА: Я так понимаю, данная форма деятельности становится всё более расплывчатой в хорошем смысле этого слова. То есть для того, чтобы присутствовать на подобном мероприятии, на самом деле не обязательно вот в эту июльскую жару ехать на "Стрелку" и сидеть в душном или не душном помещении.

Ведь, в конце концов, современные средства коммуникации, производные от Skype, позволяют сделать данное мероприятие по-своему глобальным, если угодно, с произвольным количеством участников. Но регистрация предполагает определённое соучастие в виде предоставления канала или ещё каких-то форм, которые дают ощущение полноценности участия в данном мероприятии.

ВЫЛЕГЖАНИН: Смотрите, на самом деле мы много раз пытались делать видео-трансляции, но в какой-то момент мы поняли, что главная ценность – личное присутствие.

НЕКЛЕССА: То есть вы прямо противоположным образом действовали в этот раз?

ВЫЛЕГЖАНИН: В этот раз в большой степени да. Мы, естественно, выложим сейчас ролики с выступлениями в Интернет, но это немножко другое. В момент самого мероприятия человек должен быть там, потому что только в этом случае он для себя может обеспечить максимальную пользу от этого мероприятия.

НЕКЛЕССА: Ростислав, Илья, время неумолимо. Я хочу поблагодарить вас за участие в этом разговоре, за ваш рассказ об играх новых людей. Ещё раз скажу, что в гостях присутствовали: Ростислав Вылегжанин и Илья Савчук, соорганизаторы конференции Rucamp 2010. Спасибо, Ростислав, спасибо, Илья, за участие в разговоре.

ВЫЛЕГЖАНИН: Спасибо вам.

НЕКЛЕССА: А я хочу в заключение по традиции прочитать цитату: "Не бывает потрясения в стилях музыки без потрясения важнейших политических законов". Это сказал тысячу триста с лишним лет назад известный философ Платон. Нет, две тысячи триста лет! Оговорился.

Вёл передачу Александр Неклесса. До встречи через неделю, в это же время на волнах "Финам FM".