Своими словами 02/09/2010 18:05
МУРАВЬЕВ: Обидно бывает прийти на работу и опоздать, да?
МЕТЛИНА: Да, да, да, бывает такое.
МУРАВЬЕВ: Проект "Своими словами" всегда вовремя. 18.10 в Москве, 99,6 МГц на ваших приемниках. В студии я, Вадим Муравьев, добрый вечер, и моя коллега Наталия Метлина.
МЕТЛИНА: Добрый вечер, дамы и господа, вот мы на самом деле погрузились с коллегой Муравьевым в наш сайт – finam.fm и внимательно читаем все, что вами присылается за последние сутки. И вчера, несмотря на то, что тема вроде бы, казалось бы, и не совсем наша была, но мы ее решили обсудить, если кто помнит, тема была посвящена ситуации со средними техническими учебными заведениями.
МУРАВЬЕВ: И называется "Вернуть колледжу имидж", вот Филипп пишет.
МЕТЛИНА: Да.
МУРАВЬЕВ: Филипп, мне кажется, вам нужно писать какие-то слоганы и кричалки для футбольных фанатов.
МЕТЛИНА: Да, а он, может быть, в рекламе работает.
МУРАВЬЕВ: Филипп, не вернуть колледжу имидж, даешь славу профтехучилищу!!
МЕТЛИНА: И два восклицательных знака. А вот Сергей…
МУРАВЬЕВ: Да. Ну, плакатный стиль такой – шершавый язык.
МЕТЛИНА: Сергей пишет: "Забыл упомянуть: два года назад Балашихинский колледж был разогнан и выселен из занимаемого здания, остатки преподавательского состава и студентов присоединили к ПТУ, как раз когда Медведев с Путиным убивались по всем каналам, как нам тяжело жить без специалистов. А вместо колледжа у нас четырехэтажный свежеотреставрированный Балашихинский МФЦ, типа одного окна. Вот что престижно, вот без чего не прожить, вот кто выведет нашу экономику из пропасти технического отставания", – пишет Сергей на сайте finam.fm.
МУРАВЬЕВ: Но сегодня сайт продолжает работать, будете это делать и завтра, и послезавтра, так что пишите смело, читаем прямо в эфире, ну, если успеваем.
МЕТЛИНА: Да, и слушаем прямо в эфире.
МУРАВЬЕВ: 730-73-70 – телефон прямого эфира, присоединяйтесь к нашей беседе. А сейчас медленно такое вступительное слово у меня.
МЕТЛИНА: Ну, я, как всегда обращаюсь к…
МУРАВЬЕВ: К классикам.
МЕТЛИНА: …К классикам, коих что, и, конечно же, окунаясь в сегодняшнюю тему, не могла не вспомнить Венедикта Ерофеева, его бессмертное произведение "Москва-Петушки", цитату из которого хочу исполнить а капелла: "О, тщета! О, эфемерность! – пишет товарищ Ерофеев, – О, самое бессильное и позорное время в жизни моего народа – время от рассвета до открытия магазинов. Сколько лишних седин оно вплело во всех нас, в бездомных и тоскующих шатенов. Иди, Венечка, иди".
МУРАВЬЕВ: Итак, тема программы…
МЕТЛИНА: Да
МУРАВЬЕВ: …"От заката – до закрытия винных магазинов. Так ли страшно это время для народа?"
МЕТЛИНА: "От заката – до открытия винных магазинов".
МУРАВЬЕВ: До открытия, да, до рассвета.
МЕТЛИНА: Так ли страшно это время в жизни моего народа?
МУРАВЬЕВ: Ну, время это для тех, кто не знает – с десяти вечера, то есть с 22.00 до десяти часов утра.
МЕТЛИНА: Да, но если у Венедикта Ерофеева это было бессильное и позорное время от рассвета, то есть, когда у человека наступает похмелье, до открытия магазинов, то сейчас это время уже от заката, потому что время, когда водка не будет продаваться, а также сильно алкогольные напитки свыше…
МУРАВЬЕВ: Ну, алкогольные напитки, содержание этилового спирта в которых выше 15%, не будет продаваться в Москве с 22 часов вечера до десяти часов утра. Подобная мера уже есть в Подмосковье.
МЕТЛИНА: Как вчера прошел День знаний, я даже не могу сказать, вот в связи с этими постановлениями.
МУРАВЬЕВ: То есть, это затмило все.
МЕТЛИНА: Ну да, но, тем не менее, да.
МУРАВЬЕВ: Да. Ну, на самом деле такое действует уже в Подмосковье, такая вот мера, при этом насколько это эффективно, показывает нам пример Удмуртии, где после введения подобного запрета продажи водки, например, подскочили на 7%. То есть, принцип следующий: приходишь до десяти вечера, сразу бери, потому что если не хватит, взять будет негде, бери сразу.
МЕТЛИНА: Ну, на самом деле эта мера существует и введена в пятидесяти регионах России, Удмуртия не единственный регион, и мы сегодня попытаемся понять, насколько она эффективна, постольку, поскольку все-таки основной идеей введения такой меры является борьба с алкоголизмом, коим страдает огромное количество из числа граждан, населяющих нашу страну.
МУРАВЬЕВ: Ну, я так скептически к этому настроен, потому что я помятую историю, например, за борьбу и счастье пенсионеров…
МЕТЛИНА: Да.
МУРАВЬЕВ: …Когда у нас закрывали игорные заведения, и казино…
МЕТЛИНА: Да.
МУРАВЬЕВ: …И теперь они бурным цветом под вывеской всевозможное "Лото" расцвели абсолютно в каждой подворотне, абсолютно все то же самое, только в серенькую. Вот мне кажется, что эта борьба, тоже так она попахивает такой вот попыткой просто опять рынок легального алкоголя вывести в нелегальный.
МЕТЛИНА: Да. Вадим Дробиз присоединяется к нам, директор Центра исследований федерального и регионального рынков алкоголя. Вадим Иосифович, добрый вечер.
МУРАВЬЕВ: Добрый вечер.
ДРОБИЗ: Добрый вечер.
МЕТЛИНА: Вадим Иосифович, я сегодня слышала вас много раз, вы активно комментируйте…
МУРАВЬЕВ: Да кто сегодня вас не слышал, Вадим Иосифович!
МЕТЛИНА: Кто сегодня вас и слышал, Вадим Иосифович. И, тем не менее…
ДРОБИЗ: Так.
МЕТЛИНА: …Я сразу, я не хочу, чтоб вы повторялись…
ДРОБИЗ: Так.
МЕТЛИНА: …И хочу для наших радиослушателей сообщить, что все-таки вы не согласны с тем, что это мера каким-либо образом поможет в борьбе с алкоголизмом.
ДРОБИЗ: Конечно.
МЕТЛИНА: Вы считаете, что эта мера может каким-либо образом изменить ситуацию с преступностью.
ДРОБИЗ: Так.
МЕТЛИНА: Вот давайте в этом направлении подумаем, ну, может быть, вообще не тем мы занимаемся? Почему-то водка...
МУРАВЬЕВ: Тем более что вскрытие винного магазина при помощи лома ночью – это преступление.
МЕТЛИНА: Да.
МУРАВЬЕВ: Комментируйте.
ДРОБИЗ: Вот смотрите, я все пониманию, ну, во-первых, не стоит драматизировать ситуацию, действительно
меры ограничительного и предупредительного характера не помогли абсолютно ни одной стране, включая Швецию и Финляндию, потому что показателем алкоголизации является средний уровень потребления, он не падал.
Единственное, что можно попытаться сделать, это сделали шведы и финны – несколько изменили структуру потребления, они заставили население чуть меньше пить крепкого алкоголя, но гораздо больше пива и вина. Поэтому в целом уровень алкоголизации стал прежним и даже вырос.
МЕТЛИНА: Да.
ДРОБИЗ: На самом деле ничего серьезного не произошло, но я приведу маленький пример: не так преступность, как общественный ночной порядок. Вот у меня под домом два магазина, которые продают алкоголь, вот сегодня первая ночь спокойная абсолютно, ни ора, ни песен, ни криков, ни драк, и так будет и дальше. Я вас уверяю, что именно в плане улучшения общей или общественной ночной атмосферы это позитивное явление, а к алкоголизации не имеет никакого отношения.
МУРАВЬЕВ: Вадим Иосифович, скажите, пожалуйста, а сколько квартир в том доме, вот в котором вы живете, возле которого винный магазин? Вот сколько там квартир?
ДРОБИЗ: Ну, знаете, там несколько домов, но в каждом более двухсот квартир.
МУРАВЬЕВ: Несколько домов. Вот, Вадим Иосифович, а вот есть у меня такое подозрение, что, ну, сегодня еще рано, сутки – мало, через неделю, а то и раньше обязательно появится какая-нибудь добрая бабушка, которая из ложечки сахара и палочки дрожжей и никакой химии будет обеспечивать орущих песни только уже непонятно чем.
ДРОБИЗ: Нет, на самом деле ситуация такова, что основная масса России не спивалась, не спивается и не будет спиваться. В России в силу того, что государство с бедностью не борется, если в нормальных странах западных 10% населения маргиналов и злоупотребляют алкоголем, то в России 20%, и у нас есть еще фора. Если Россия начнет бороться с бедностью, то мы сократим количество алкоголизации.
МУРАВЬЕВ: Так.
ДРОБИЗ: Так вот, нелегальный рынок и так велик, та капля, которую даст дополнительные бабушки, она ничего не изменит абсолютно, то есть в плане роста нелегального рынка. Умеренно потребляющие алкоголь и так купят заранее, и без всяких проблем. Поэтому вчера никакого ажиотажа не было – с удивлением констатируют почему-то журналисты. А его и не должно было быть, потому что в России спивается 20% социально неуспешного населения, они и будут спиваться дальше, для них это не мера, они все равно пьют в основном суррогат и нелегальную водку, а нормальные люди будут покупать днем и их это толком серьезно не коснется. Поэтому не нужно драматизировать ситуацию, все нормально.
МУРАВЬЕВ: Ну, Вадим Иосифович, давайте признаем, что на самом деле среди очень успешных людей, людей, зарабатывающих огромные деньги, большое количество людей, крепко закладывающих и страдающих, тем самым, алкоголизмом, проходящих лечение, просто они в статистку не попадают и не афишируют.
ДРОБИЗ: Вы уверены, что они страдают?
МЕТЛИНА: Страдают, Вадим...
ДРОБИЗ: Вы уверены, что они страдают?
МЕТЛИНА: Страдают, страдают, Вадим Иосифович, у нас огромное количество алкоголиков.
ДРОБИЗ: То, что они пьют много – ничего страшного, есть и там, но доля их мизерная относительно доли малоимущего населения, которые этому подвержены.
МЕТЛИНА: Вадим Иосифович, не пытаюсь навести какую-то вот…
МУРАВЬЕВ: Тень на плетень.
МЕТЛИНА: Тень на плетень…
ДРОБИЗ: Причины социальные алкоголизации.
МЕТЛИНА: …Хочу сказать, что огромное количество врачей, особенно хирургов, выпивает так, что меня, наверное, поддержат те…
ДРОБИЗ: Да-да…
МЕТЛИНА: …Кто когда-нибудь находился, особенно под Новый год в больницах…
МУРАВЬЕВ: Особенно если это травматология.
МЕТЛИНА: ...Особенно, если вот случилось ночью встать в больнице, пройтись, очень сильно выпивают врачи, нереально сильно выпивают журналисты, извините, за…
МУРАВЬЕВ: Нереально сильно выпивают милиционеры, нереально сильно...
МЕТЛИНА: Да. Да, и что самое главное – припирает именно ночью. Вадим Иосифович…
МУРАВЬЕВ: Днем не лезет.
ДРОБИЗ: При всей этой норме очень сильно выпивающие, они попадают в группу умеренно выпивающих в целом по литражу в абсолютном спирте в год на душу населения, я вас уверяю.
МЕТЛИНА: Вадим Иосифович, несмотря на то, что мы каким-то образом попали в эту 20-процентную с Муравьевым маргинальную массу, я не думаю, что это каким-то образом омрачит нашу дальнейшую беседу, потому что вопрос серьезный.
ДРОБИЗ: Я думаю, что вряд ли. Очень, да.
МЕТЛИНА: Ради чего это делается? Что будет происходить с карманами ритейлеров?
ДРОБИЗ: Нет, ничего абсолютно, никто не потеряет, все останутся в своих интересах, умеренно пьющий потребитель запасет заранее.
МЕТЛИНА: Так.
ДРОБИЗ: Неумеренно пьющий, действительно, купит ночью и найдет, из розничной торговли ничего не потеряют, потому что у нее все равно купят все, что покупали раньше днем, оборот торговой точки ночью составлял 10% алкогольных продаж. Кстати, в Москве из 15 тысяч магазинов ночью работало только 800, и никто не заметил недостаточности, и сейчас
все очень быстро привыкнут в течение нескольких дней, все будут нормально покупать алкоголь днем. Ничего не потеряют и производители. А государство сейчас пытается доказать, что оно борется с алкоголизацией населения.
Видите, сколько обсуждается эта мера? Она абсолютно пуста, и не в одной стране мира она не привела к снижению показателей потребления алкоголя, ни в одной.
МУРАВЬЕВ: Да.
МЕТЛИНА: Вот, Вадим Иосифович, я присоединяюсь, да, вот…
ДРОБИЗ: Поэтому идет подготовка к выборам, популизму, это все вот из этой оперы.
МЕТЛИНА: Впервые в жизни, Вадим Иосифович…
МУРАВЬЕВ: Я не понимаю, причем в нашей стране популизм и выборы, у нас выборы отдельно, популизм отдельно.
ДРОБИЗ: Да. Вадим Иосифович…
ДРОБИЗ: Нет, это у нас одна рука.
МЕТЛИНА: Одно единое целое. Вадим Иосифович, впервые в жизни присоединяюсь к мнению спикера Совета Федерации Сергея Миронова, который считает, что запрет вреден…
ДРОБИЗ: Да, я читал его.
МЕТЛИНА: …Потому что водку можно будет купить в любое время у таксистов и контрафактно начнут торговать на вокзалах.
ДРОБИЗ: Он ошибается, он думает…
МУРАВЬЕВ: Да.
ДРОБИЗ: …Что в России основная масса населения бродит ночью в поисках водки, да ничего подобного, это неуважение к собственной стране и к собственному народу со стороны господина Миронова.
***
МЕТЛИНА: Я считаю, что кто-то бродит в поисках женщин.
МУРАВЬЕВ: А потом вместе с этими женщинами в поисках водки.
МЕТЛИНА: Да, вот. Тем не менее, Вадим Иосифович, вот все-таки вы не согласны с Мироновым, также вы считаете, что это не спровоцирует самогоноварение, не спровоцирует.
ДРОБИЗ: Да не спровоцирует абсолютно. Все, что могло, уже давно спровоцировано, это не усилит даже нелегальный рынок, потому что он настолько силен и мощен сегодня в России…
МУРАВЬЕВ: Да.
ДРОБИЗ: …Потому что у нас десять миллионов человек пьют суррогаты, у них нет денег даже на нелегальную водку, которая стоила в два раза дешевле легальной. То есть, десять миллионов пьет по 25 рублей суррогаты, жидкости для чистки ванн, еще 15 миллионов пило нелегальную водку, которая в два раза дешевле легальной. Поэтому вот 25, 28, 30 миллионов человек, они все равно обречены пить эти же суррогаты, независимо от запретов, разрешений, неважно совершенно.
МУРАВЬЕВ: Хорошо. Вадим Иосифович, ну, на самом деле, вот если как-то попытаться по-человечески понять, чего на самом деле хочет государство, но учитывая, что например…
ДРОБИЗ: Государство хочет действительно снизить алкоголизацию.
МУРАВЬЕВ: Подождите. Вы знаете, у нас есть интересный вопрос, например, с табакокурением, ну, мне кажется, здесь немаловажный, кстати, вопрос относительно дефицита бюджета на следующий год, он порядка двух триллионов рублей, но это неважно, Бог с ним, с бюджетом, это отдельно.
ДРОБИЗ: Да.
МУРАВЬЕВ: Вот государство у нас объявляет войну, ну, так или иначе, табакокурению, при этом…
ДРОБИЗ: Да.
МУРАВЬЕВ: …У нас сигареты – это единственный товар, на который есть максимально разрешенная цена продажи и абсолютно копеечные сигареты, при этом с пачки сигарет стоимостью 20 рублей государство получает семь, а с пачки сигарет стоимостью 100 рублей – 12 рублей 60 копеек, поэтому торговать дешевыми сигаретами, получается, государству гораздо выгодней.
ДРОБИЗ: А с бутылки водки, которая самая дешевая и стоит 89 рублей, государство забирает 53 рубля. Поэтому государство отбирает, наживается на этом очень хорошо. Но, тем не менее, оно, действительно, пытается побороть алкоголизацию.
МУРАВЬЕВ: Вадим Иосифович, но почему мы не начали с того, что мы не признали алкогольным напитком пиво, например, потому что я не знаю, кто, как и как в Совете Федерации и Госдумы, но я вам честно скажу, я после двух литров хорошего пива ложусь под стол и просыпаюсь завтра утром.
ДРОБИЗ: Вы нормальный человек, так оно и есть, в общем-то. Пиво должно быть алкоголем однозначно полноценным. Оно и является алкоголем, но на него не распространяется все алкогольное законодательство, к сожалению, ограниченное законодательство только.
МУРАВЬЕВ: Это же очевидно, что нужно пиво признать алкоголем и все вот эти ядовитые коктейли.
МЕТЛИНА: Вадим Иосифович, спасибо вам огромное и огромных вам успехов в борьбе с алкоголизмом на просторах нашей Родины.
МУРАВЬЕВ: Да, сказали Муравьев и Метлина. Будьте здоровы!
МЕТЛИНА: Спасибо огромное.
МУРАВЬЕВ: Вадим Дробиз, директор Центра исследований федерального и регионального рынков алкоголя. 730-73-70 – телефон прямого эфира. Может быть, вы знаете, чего добивается государство. Мы бы хотели от вас это услышать. И можно ли победить пристрастие к зеленому змею таким вот путем. Юрий, добрый вечер.
МЕТЛИНА: Юрий, добрый вечер.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Я хотел бы вот спросить вашего гостя…
МЕТЛИНА: Да, у него эфир на "России".
СЛУШАТЕЛЬ: У него есть точные данные по правонарушениям и совершению преступлений? Они когда совершаются чаще – ночью или днем? Я на 100% уверен, что днем совершается преступлений больше, чем ночью, потому что 99% страны ночью спит. А 1% не может совершать столько преступлений.
МУРАВЬЕВ: Нет, Юрий, там есть еще вопрос в составе преступлений. Понимаете, если говорить о том, что Вася Петров из Калининского района украл у бабы Мани сто рублей, и нанес таким образом ущерб – это одно. А днем, абсолютно солидный и респектабельный чиновник из местной управы украл у государства сто миллионов. Вот тут как бы вопрос ущерба.
СЛУШАТЕЛЬ: Да, вот здесь мне немного непонятно. Но все равно тот, кто украл у бабы Фроси 100 рублей, и тот, кто украл у государства, они могут быть пьяны.
МУРАВЬЕВ: Имеют право.
МЕТЛИНА: Юрий, смотрите, на самом деле, статистика по Питеру совершенно конкретная. Я в прошлом году как раз поехала на "ТЭФИ" туда на церемонию, и я столкнулась с тем, не потому, что мы какие-то алкаши, а потому что вышли все академики и, естественно, после банкета еще в течение ночи рассасывались по разным ресторанам, потому что улетать рано утром надо было.
МУРАВЬЕВ: Не спасть пошли, а рассасывались по ресторанам.
МЕТЛИНА: И я могу сказать, что я была удивлена, что нигде ничего не продавали, только навынос из ресторана можно было купить спиртное.
СЛУШАТЕЛЬ: Я считаю, что это неправильно.
МЕТЛИНА: Понимаете, Юрий, есть, если мы говорим о преступности и о том, на чем настаивает Вадим Дробиз, что действительно снизится. Действительно, есть специфические ночные преступления. Маша с Глашей или с мужем Борей напиваются к часу ночи вусмерть, начинают друг друга колотить. Именно на этот период приходится самое большое количество выездов. Днем они могут быть: а) на работе…
МУРАВЬЕВ: б) с бодуна и без движения.
СЛУШАТЕЛЬ: Наталия, меня оскорбляет другое – почему меня, нормального человека, поставили рядом вот с этими людьми?
МЕТЛИНА: Дискриминируют, да.
СЛУШАТЕЛЬ: Вместо того чтобы проводить работу с этими 20% населения, меня взяли и остальные 80% и смешали вместе с ними.
МЕТЛИНА: Спасибо огромное, Юрий, вам за звонок.
МУРАВЬЕВ: Юрий, есть такая штука. У меня была история, потому что в Подмосковье это ограничение введено раньше, и мне нужно было одному коррупционеру в подарок, он хороший человек, но мне нужно было в подарок купить бутылку хорошего коньяка. Я купил бутылку коньяка за 7 тысяч рублей, прихожу на кассу, они говорят, типа: "Юноша, цигель, цигель, ай-лю-лю, пять минут десятого. Все, до свидания!" Продавщица сделала абсолютно безумные глаза и сказала: "Алкашня всякая тут ходит". Я страшно удивился. И мне хотелось сказать: "Алкашня у вас часто по 7 тысяч рублей бутылку коньяка покупает?"
МЕТЛИНА: Ты знаешь, вот эти истории мы уже с тобой освещали. Я просто не так часто покупаю алкоголь, и у меня была такая история. Но сейчас что делают крупные ритейлеры? В гипермаркетах они ставят кассу прямо в винном отделе, чтобы без одной минуты девять ты мог схватить бутылку, потому что пока ты до кассы большой добежишь, это ж полчаса пройдет.
МУРАВЬЕВ: А знаешь, как люди бегают сейчас в Подмосковье? Вот я не видел в Москве еще, а в Подмосковье, то есть, когда ты смотришь на часы и понимаешь, что осталось две минуты, и вдруг люди, позвякивая учебниками, рванули на кассу просто.
МЕТЛИНА: Вот смотри, есть другой момент. Я помню, в 1989 году мой муж приехал из Швеции и говорит: "Ты представляешь, там есть магазины, которые называются "7 ELEVEN".
МУРАВЬЕВ: О, это прекрасные магазины. Я обожаю магазин "7 ELEVEN". Какой там вкусный кофе.
МЕТЛИНА: "Представляешь, – говорит, – с 7 утра до 11 вечера работают магазины". То есть, тогда еще представить, что у нас вообще что-то могло работать ночью, какой-то магазин мог работать ночью, было абсолютно невозможно. А сейчас мы настолько привыкли к этому. И люди пили, пили страшно, пили чудовищно.
МУРАВЬЕВ: Тогда было другое время. Я уверен, наверняка, твой муж из Швеции привез и сувениров, и фотографии супермаркетов.
МЕТЛИНА: Но я тебе хочу сказать, что были забиты лечебно-трудовые профилактории, они же ЛТП. И народ, несмотря на то, что водку продавали с 11 утра, как пишет товарищ Ерофеев из Петушков, от рассвета до открытия винных магазинов, а в какое-то время, начиная с 11, у Жванецкого масса шуток на этот счет, потом, по-моему, с 2 часов ночи начали продавать эту водку. И что? Люди шли и покупали не одну бутылку, а две. Мне кажется, что ритейлеры выиграют от этого запрета. Выиграют, не выиграют, об этом мы узнаем после рекламы. А вы звоните нам 730-73-70 и давайте все-таки порассуждаем, ради чего задумана эта мера, если эта мера по борьбе с преступностью – это один вопрос. Почему такая странная?
МУРАВЬЕВ: Почему такая странная мера?
МЕТЛИНА: Если с борьбой с алкоголизмом, что-то не выстреливают.
МУРАВЬЕВ: И почему такая странная мера? Или борьба с кем? Кого с чем? 730-73-70.
Реклама.
***
МУРАВЬЕВ: 18.31 в столице и часовом поясе нашем столичном, хотя нет, не только, и в Индии то же время. Проект "Своими словами" в прямом эфире, 99,6 МГц в Москве – такова частота, на которую настроены ваши радиоприемники. В студии Наталия Метлина и я – Вадим Муравьев, добрый вечер. "От заката – до закрытия винных магазинов".
МЕТЛИНА: До открытия винных магазинов!
МУРАВЬЕВ: Я путаю слова.
МЕТЛИНА: Ну, возьми, вот у меня есть очки, читай правильно.
МУРАВЬЕВ: Ой, наконец-то.
МЕТЛИНА: Потому что мы именно сосредоточились, господа мои, на перефразировании бессмертного произведения Венедикта Ерофеева, который считал…
МУРАВЬЕВ: Вы поняли, я все время что-то путаю, а Метлина оправдывается.
МЕТЛИНА: Да. "О самое бессильное и позорное время в жизни моего народа – время от рассвета до открытия винных магазинов". У нас получается…
МУРАВЬЕВ: И мы готовы запустить голосование.
МЕТЛИНА: Секундочку. У нас получается, что все-таки время от заката до открытия винных магазинов – это уже крепко за рассвет, поэтому вот эта линия достаточно длинная.
МУРАВЬЕВ: С 10 до 10.
МЕТЛИНА: И для людей пьющих это время, конечно же, тяжелое.
МУРАВЬЕВ: И мы готовы запустить SMS-голосование – о ком заботится государство, вводя запрет на продажу алкоголя в ночное время? Если вы считаете, что таким образом государство заботится о себе, отправьте буковку "А" на короткий номер 5533. А если вы считаете, что все-таки таким образом наше государство заботится о нас, тогда буковку "Б" на тот же номер 5533. Телефон для связи, телефон многоканальный 730-73-70. Но здесь уже голосовые сообщения. Максим, добрый вечер.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер.
МЕТЛИНА: Ну, как вы, первый день без ночных магазинов?
СЛУШАТЕЛЬ: Я абсолютно хорошо, потому что я…
МУРАВЬЕВ: Потому что среда.
СЛУШАТЕЛЬ: Да. И я не злоупотребляю по ночам, скажем так. Но дело в том, что я абсолютно согласен с предыдущим вашим собеседником. Это популистская мера, которая полностью дискредитирует основателей этой меры, как шипованная резина. Просто люди, которые отвечают за определенные какие-то решения, она полагаются на тех людей, которые эти решения им готовят.
МУРАВЬЕВ:
МЕТЛИНА: Максим, мы пытаемся ответить – зачем это все?
МУРАВЬЕВ: Почему государство себя этим дискредитирует? Вот захочет житель Москвы Максим ночью пойти, лишнюю бутылку взять – а нету.
СЛУШАТЕЛЬ: Вот я заходил в магазин, как вы говорили, коньяк за 7 тысяч рублей, я покупал очень дорогую водку, скажем, пришел на кассу, и я прилично был одет, и водка была не самая дешевая, и мне ее не продали. Я был удивлен. Это было в Нижнем Новгороде. Я говорю: "Я не похож на алкоголика, мне нужно просто сделать подарок, отблагодарить людей". Действительно люди правы, нас смешали с маргиналами, но мы же не такие. Поэтому это очень обидно выслушивать.
МЕТЛИНА: Спасибо, Максим.
МУРАВЬЕВ: А мне кажется, что здесь есть еще забота о семье. Нечего делать дорогие подарки после десяти вечера.
МЕТЛИНА: Правильно!
МУРАВЬЕВ: Делайте подарки с утра.
МЕТЛИНА: А Виктор даже без SMS-сообщений считает, что государство о себе заботится.
МУРАВЬЕВ: Виктор, добрый вечер. Объясните.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер.
МЕТЛИНА: А в чем смысл, Виктор?
СЛУШАТЕЛЬ: Вчера Кудрин всем ответил, хоть стой, хоть падай, чтоб каждый пьющий, курящий знал, что он полезен.
МУРАВЬЕВ: Да, есть такое.
СЛУШАТЕЛЬ: Обычные акцизы, это нужные люди.
МЕТЛИНА: Виктор, исходя из логики товарища Кудрина, нужно не только круглосуточно разрешить продажу алкоголя крепкого и не очень…
СЛУШАТЕЛЬ: А прямо с садика, наверное, начиная.
МЕТЛИНА: …И прямо-прямо коробейников на улицы выгонять со спиртным и с пачками сигарет.
СЛУШАТЕЛЬ: Я вообще был ошарашен таким заявлением вроде как бы неглупого человека.
МУРАВЬЕВ: Давайте процитируем Кудрина, чтобы все понимали, о чем речь. Цитата: "Чтобы люди чествовали, кто пьет водку, кто курит, тот больше внесет пользу государству. Выкурил пачку сигарет – значит, больше внес средств на решение социальных задач: поддержка демографии, развитие других социальных услуг и поддержка рождаемости". Вот так. То есть, пьяный и укуренный товарищ поддерживает демографию, по-моему, логично.
СЛУШАТЕЛЬ: Расписался, что ребята, больше мы экономикой никак управлять не можем, кроме как потакать всем этим вещам.
МЕТЛИНА: Спасибо огромное, Виктор. Дмитрий, коротко.
МУРАВЬЕВ: Добрый вечер.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер.
МЕТЛИНА: Вы критикуете запрет?
СЛУШАТЕЛЬ: Конечно.
МЕТЛИНА: Почему?
СЛУШАТЕЛЬ: Здесь просто наша власть боится делать какие-то системные вещи, а вводить какие-то запреты – это очень легко. Потом, на самом деле, можно поставить целую кучу контролеров и вроде как всем отчитываться – все при деле, все работают.
МЕТЛИНА: Да, у нас бульон.
МУРАВЬЕВ: Дмитрий, в Санкт-Петербурге, знаете, как купить алкоголь ночью, когда уже запрещено? Нужно моргнуть продавцу и показать ему непрозрачный пакет, вот и все, в любом ларьке.
СЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, каждый ребенок вам объяснит, как он может купить алкоголь в магазине.
МЕТЛИНА: Ну да, в любое время дня и ночи. Спасибо, Дмитрий.
МУРАВЬЕВ: Сейчас спросим у тех, кто получил этот запрет и прекратил продажу алкоголя в ночное время. Генеральный директор группы компаний "Виктория", к нам присоединяется Николай Власенко. Николай Владимирович, добрый вечер.
ВЛАСЕНКО: Добрый вечер.
МЕТЛИНА: Николай Владимирович, спасибо, что вы присоединились. Ваша компания один из крупнейших московских ритейлеров. Что будет происходить у вас по части продажи?
МУРАВЬЕВ: И что происходит? Что было сегодняшней ночью?
МЕТЛИНА: Да, что сегодняшней ночью? Постольку, поскольку многие магазины лукавят, а, может быть, действительно это соответствует истине, говорят о том, что 50% ночных продаж это все-таки алкоголь. Если вы решитесь вот такого лакомого куска?
ВЛАСЕНКО: Ну, не 50, на самом деле, по нашим данным где-то 10% продажа алкоголя в нормальном супермаркете именно с хорошим ассортиментом. Ночью в целом от 10% до 30%.
МУРАВЬЕВ: Но пятничная ночь рубит все.
ВЛАСЕНКО: Ну, может быть, да. В чем здесь смысл? Почему может быть запрет торговли алкоголя в розницу? Потому что особенно в области, где много людей возвращается с работы в позднее время, действительно алкоголь является одним из доходных статей. И в общем-то, некоторые магазины может быть придется закрыть в принципе (я имею в виду ночная торговля) и торговлю продуктами питания тоже, потому что экономический эффект будет отрицательный. Поэтому
легче будет ночью в принципе закрывать, чем торговать, допустим, без алкогольного ассортимента. Но это, естественно, не повсеместно, какие-то смогут работать и без алкоголя.
МЕТЛИНА: Николай Владимирович, по поводу ночной торговли могу лишь вспомнить уже ставшую популярной такую частушку – сколько водки не бери, все равно два раза бегать. И когда мы это произносим, мы понимаем, что беготня происходит в любое время дня и ночи.
МУРАВЬЕВ: И на любые расстояния.
МЕТЛИНА: И на любые расстояния. Но ведь при советской власти, когда мы жили в совершенно другой стране, вообще ничего ночью не работало, в семь часов закрывались магазины. И, тем не менее, люди находили возможность пить и еще как.
МУРАВЬЕВ: И спиваться.
МЕТЛИНА: Значит, мы просто отучимся от этой манеры покупать ночью алкоголь, и будем запасаться днем. Вот так.
ВЛАСЕНКО: Вы знаете, я лично рыночник, я, честно говоря, всегда стою на защите прав потребителя. Причем основная-то масса у нас потребителей не глубоко пьющих, и они хотят получать эту услугу и днем, и вечером, и ночью. Знаете,
так можно бороться с фальшивыми деньгами, давайте просто отменим их хождение, и мы победим фальшивомонетчиков.
Маленький пример. Летом тут в маленькой больнице в швейцарской, и там с удивлением увидел за обедом, у них есть большая барная стойка. Какие-то старички при мне бутылку вина выпили, причем один был на коляске, второй его покатил. И как бы это не являлось каким-то событием страшным для них. Я согласен, что нужно убирать алкоголь из палаток, потому что они свою роль уже выполнили важнейшую – наполнение розничного рынка. Но мне кажется, что все-таки супермаркеты, приличные магазины или магазины у дома, в них-то должно остаться, потому что, еще раз повторяю, больше всех пострадают нормальные порядочные москвичи.
МУРАВЬЕВ: Николай Владимирович, любой нормальный порядочный москвич может в три часа ночи, например, получить справку в едином информационном расчетном центре, он имеет право получить эту справку? Имеет. Но в три часа ночи ЕРЦ не работает, и никому не придет в голову взламывать ЕРЦ, получать справку, требовать, бить копытом, и так далее. Спокойно человек дождется утра, придет и получит свою справку, либо сделает это с вечера. И ни у кого это не вызывает ни недоумения, ни возмущения. В том-то и дело.
ВЛАСЕНКО: Если вообще следовать логике, то на самом деле и по вечерам, и по ночам, извиняюсь, люди не работают. То есть, по идее, это идеальное время для покупок. А получается, что у нас наоборот, мы спиртное покупаем тогда, когда у нас рабочий день, особенно понимая, что Подмосковье и Москва вся живет на самом деле с семи до десяти вечера, как правило, все на работе. Это нормальные, непьющие люди.
МУРАВЬЕВ: А учитывая русскую душу…
МЕТЛИНА: Хорошо. Николай Владимирович, как вы считаете, ради чего придумана эта мера, если за бортом остались самые главные возбудители спокойствия и покоя, самые главные проводники алкоголизма в организм это, в общем, пиво и слабые алкогольные напитки.
МУРАВЬЕВ: Есть такое волшебное пиво, не буду говорить, как называется, с цифрой 9 – отлично, после одной, мне кажется, банки здоровый человек ложится.
МЕТЛИНА: Пиво остается для ночной продажи, вино остается для ночной продажи.
МУРАВЬЕВ: Химические коктейли остаются.
МЕТЛИНА: Коктейли остаются. Тогда в чем причина? Неужели все это ради водки, коньяка?
ВЛАСЕНКО: Я согласен. Причем по нашей статистике на самом деле крепкие напитки в обороте алкогольном действительно составляют 10% от алкогольного всего оборота. То есть понятно, что основная масса все-таки пьет до 15 градусов алкоголь. И мы знаем, что пьют, извиняюсь, все деклассированные элементы. Они как раз пьют портвейн, всякие лекарственные препараты или суррогаты.
МЕТЛИНА: Да, до 15 градусов.
МУРАВЬЕВ: И вообще, почему-то не пьют виски.
ВЛАСЕНКО: Да, почему-то они не пьют виски, не пьют дорогую водку, а пьют всякие синтетические или квази алкогольные напитки.
МЕТЛИНА: Хорошо, Николай Владимирович, мы так и не можем понять, чем власти объясняют, они говорят, что они борются с алкоголизмом, не борются – понятно, мера нулевая; борются якобы с преступностью, тоже у меня большие сомнения относительно снижении количества бытовых преступлений.
МУРАВЬЕВ: Потому что, какая разница – пробить прохожему голову ломом, находясь под водкой или под пивом?
МЕТЛИНА: Какая разница?
МУРАВЬЕВ: Действительно.
ВЛАСЕНКО: Здесь, на мой взгляд, немножко слабая компетенция тех, кто предлагал эту норму, и плюс немножко такой популистский запах. Я согласен, с вашим предыдущим звонящим, что гораздо легче что-то запретить, потому что это парадокс…
МУРАВЬЕВ: А в чем популизм? Николай Владимирович, давайте радиослушателям дадим слово. По-моему, еще не было ни одного звонка, что супер, отлично, все хорошо.
МЕТЛИНА: Давайте послушаем, а вы прокомментируете. Виктор, добрый вечер.
МУРАВЬЕВ: Добрый вечер. Вы против?
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Да, я против, по одной причине, что пивной алкоголизм гораздо страшнее, чем водочный.
МЕТЛИНА: Конечно.
СЛУШАТЕЛЬ: И поэтому молодежь может иметь доступ…
МУРАВЬЕВ: Хорошо, по вашему мнению, КПД вот этой меры – коэффициент полезного действия, чем все закончится?
СЛУШАТЕЛЬ: Все это закончится переквалифицированием водочных алкоголиков в пивные.
МУРАВЬЕВ: Вот и все, спасибо огромное, Виктор. И давайте, Николай Владимирович, и сразу Михаил. Михаил, добрый вечер.
МЕТЛИНА: Михаил, да, добрый вечер.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Вы знаете, вот слушая все это, создается впечатление, что это какая-то большая глупость. А если большая глупость, нужно искать выгоду. Дураков на свете очень мало, вот, поэтому это, скорее всего, выгода…
МУРАВЬЕВ: Но есть, Михаил.
СЛУШАТЕЛЬ: …Да, для пива и вот этих гадких химических напитков. С точки зрения потребления нормальных напитков это бессмысленно.
МУРАВЬЕВ: Понятно, спасибо огромное.
МЕТЛИНА: Спасибо огромное.
МУРАВЬЕВ: Николай Владимирович, вот популистская мера, какой популизм? Пока нет людей, хотя хотелось бы услышать по телефону 730-73-70 человека, который считает, что это хорошо и закончить это позитивно.
МЕТЛИНА: Ну, вот смотрите, давайте, если мы разбираемся все-таки, кому выгодно, Николай Владимирович, то есть получается, что у нас пиво можно будет продавать, водку – нельзя. Значит, возможно, эту меру пролоббировали производители.
МУРАВЬЕВ: Пивники.
МЕТЛИНА: Пивники.
ВЛАСЕНКО: Вы знаете, ну, иногда же у нас в России есть выгодно, не выгодно, а есть бестолково. Вот я думаю, что большей частью иногда принимается бестолковых решений. В свое время де Голль хорошо сказал, что…
МЕТЛИНА: Огромное количество. Мне кажется, доминирующее количество бестолковых.
МУРАВЬЕВ: 90%.
ВЛАСЕНКО: …Иногда сложная проблема провоцирует простые решения, да? Вот мы иногда, вернее, очень часто, скатываемся в простые решения: много пьют – ограничить питье, много курят – ограничить курение и прочее и прочее. А эта проблема более сложная, потому что она социальная. Вот еще раз привел пример вам, где, пожалуйста, в лечебном заведении пьют, и никто не считает, что это является порождением алкоголизма.
***
МЕТЛИНА: Да, Николай Владимирович, но мы должны не забывать о той 20-процентной маргинальной массе живущих не только в Москве, а во всех регионах нашей страны, которые живут, скажем, в селах, в деревнях, маленьких городах, где абсолютно нет работы, где нет никаких способов провести досуг, кроме как на лавочке с бутылкой водки.
МУРАВЬЕВ: Но и там, кстати, сельпо работает до семи, и все.
МЕТЛИНА: Да, но я вам хочу сказать, что ну, Москвы это не касается, но, наверное, в тех регионах, пятидесяти регионах, где введена эта мера, должны были быть какие-то еще и параллельные меры. Если мы закрыли людям доступ к водке, предложите альтернативу. Но ничего этого нет.
ВЛАСЕНКО: Ну да, я бы хотел посмотреть пример любого алкоголика, самого, так сказать, типичного, который бы на вопрос то, что закрыто все, вдруг не нашел бы себе выпить у нас в стране. Какой самый показательный пример? Они всегда найдутся, они найдут просто еще более худший вариант, одеколон, какие-то лекарственные препараты, ну, много.
МЕТЛИНА: Заменители, да, суррогаты.
МУРАВЬЕВ: Ну да. Николай Владимирович, но мы, тем не менее, нашли человека, который за эту меру. Рашид к нам дозвонился. Рашид, вы – за.
МЕТЛИНА: Давайте послушаем Рашида, он за эту меру. Рашид, добрый вечер.
МУРАВЬЕВ: Объясняйте.
СЛУШАТЕЛЬ: А я вот, честно говоря, за.
МЕТЛИНА: Да.
СЛУШАТЕЛЬ: Понятно, что это паллиатив, и человек, который пьет "Шипр" или "Chateau de garage", он все равно будет пить "Chateau de garage", да? И какая-то баба Маня ему сделает это все. Но для всех нормальных… Очень часто ведь бывает так, что ну, да, в девять часов облом, не надо идти, и хрен с ним.
МЕТЛИНА: Хватит с выражениями, Рашид.
МУРАВЬЕВ: Да.
СЛУШАТЕЛЬ: Извиняюсь. Вот нормальные люди выпьют хоть на бутылку меньше, в масштабах даже страны это уже хорошо, ну хоть какой-то сдвиг.
МЕТЛИНА: Спасибо огромное, Рашид. Николай Владимирович.
МУРАВЬЕВ: Ну, может быть, да. Николай Владимирович, ну действительно, проснулся порядочный инженер, да он непьющий, в общем. Хотелось вот с вечерка сбегать, а поздно. Проснулся – гладко выбрит, морда не опухшая, не отутюженный с похмелья – вот сюжет.
ВЛАСЕНКО: Вы знаете, господа, в принципе, я согласен с предыдущим интервьюером насчет того, что ограничивать, конечно, предложения по спиртному обязаны. И я тут абсолютно согласен, что
пиво, любые спиртные напитки нужно вытаскивать из импульсного спроса. То есть, вытаскивать из палаток, вытаскивать из тех мест, где человек их покупает импульсно, походя.
МЕТЛИНА: Николай Владимирович, вот смотрите, я хочу зацепиться сейчас за сайт. Георгий нам пишет на сайт finam.fm: "Непонятно, действительно, почему запретили к продаже именно водку? Каждый божий день я вижу, как молодые и не очень люди пьют у метро, и в метро, и утром, и вечером, химические коктейли из банок пива – вот что нужно запрещать, причем в глобальном смысле, а не только с десяти до восьми".
МУРАВЬЕВ: И продюсер написала сейчас, она недавно вернулась из Краснодарского края и пишет, что в деревнях все вот, дословно, "убиваются коктейлями".
МЕТЛИНА: Вот этими коктейлями. Николай Владимирович, а вот давайте спрогнозируем ситуацию. Если бы к вам пришло письмо, так сказать, распоряжение правительства как крупному ритейлеру, что "все, мы не торгуем пивом до 15 градусов". Вот не кажется ли вам, что вот это была бы более эффективная мера в борьбе с алкоголизмом?
ВЛАСЕНКО: Нет, я еще раз говорю, я абсолютно согласен за сокращение нецивилизованных мест продаж. Действительно, смотришь – дорога еще не построена, а пивной ларек или просто ларек…
МЕТЛИНА: Уже стоит.
МУРАВЬЕВ: Это обязательно.
ВЛАСЕНКО: …Уже стоит.
МЕТЛИНА: И уже торгует, да.
МУРАВЬЕВ: Да.
ВЛАСЕНКО: Да, уже торгует. И я абсолютно согласен с коллегами, которые высказывали, что пивной алкоголизм может быть еще страшнее, потому что он незаметно наступает у человека, не говоря уже о том, что пиво – это, на самом деле, может быть, гораздо вреднее, чем водка, которую все-таки Менделеев признал как полезный продукт.
МЕТЛИНА: Ну да, ну а мы в этом сильно сомневаемся. Спасибо огромное.
МУРАВЬЕВ: Спасибо огромное, Николай Владимирович Власенко, генеральный директор группы компаний "Виктория".
МЕТЛИНА: Спасибо огромное. Коротко, Владимир, вы против?
МУРАВЬЕВ: Владимир, добрый вечер.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер.
МЕТЛИНА: Добрый вечер.
СЛУШАТЕЛЬ: Да я, в общем, согласен со всеми предыдущими людьми, что это действительно какая-то дурацкая мера, я против, конечно же, потому что любой алкоголик, если он выпьет там две бутылки пива "Балтика № 9"…
МУРАВЬЕВ: Аккуратней.
СЛУШАТЕЛЬ: Да, хорошо, извините, ну, это любое крепкое пиво.
МЕТЛИНА: "Б-9", "Б-9".
МУРАВЬЕВ: "Б-9", да.
МЕТЛИНА: "Б-9" назовем это.
СЛУШАТЕЛЬ: Любое крепкое пиво – там же 8-9 градусов.
МЕТЛИНА: Конечно, наповал.
МУРАВЬЕВ: Торф называется.
МЕТЛИНА: На старые дрожжи наповал.
МУРАВЬЕВ: Да, понятно, да. Спасибо огромное.
МЕТЛИНА: Спасибо, Владимир, да. А Виталий – за.
МУРАВЬЕВ: А вот Виталий – за. Виталий, добрый вечер, прокомментируйте.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Понятно, что это наркотик, и нужно всячески перекрывать эту гадость.
МЕТЛИНА: Так.
СЛУШАТЕЛЬ: Неужели не понятно? Компания сидит, вот я – нормальный человек. Как правило, не хватает, идут, добавляют.
МЕТЛИНА: Два раза бегать, так.
СЛУШАТЕЛЬ: А если закроют, не будут добавлять. А во-вторых, насколько я слышу, что это промежуточная мера, что потом собираются полностью закрыть. А так, конечно, если будет пиво продаваться, эта химическая дурь, то это конечно. Потому что главное-то – пьют подростки…
МЕТЛИНА: Да, подождите, Виталий, вы считаете, ваша версия, что это мера какая-то, так сказать…
МУРАВЬЕВ: Промежуточная.
МЕТЛИНА: …Промежуточная…
СЛУШАТЕЛЬ: Да.
МЕТЛИНА: …Что будут еще какие-то шаги в направлении чего?
СЛУШАТЕЛЬ: Вот чтобы закрыть полностью. В Риге попробуйте, купите после десяти. Если хочешь выпить, иди в кафе, в ресторан.
МЕТЛИНА: А, то есть, вы считаете, что пока мы сейчас отрежем крепкие спиртные напитки, а потом остальные.
СЛУШАТЕЛЬ: Да, а потом остальные, естественно.
МЕТЛИНА: Ну, вы знаете, Виталий, я ведь не против того, чтобы не продавать. И русские, действительно, имеют традицию пить так, чтобы…
МУРАВЬЕВ: Дым коромыслом.
МЕТЛИНА: …"До пола".
СЛУШАТЕЛЬ: Да.
МЕТЛИНА: Уже когда все валятся, потому что все время надо добавлять, и когда уже "в лоскут". И вот эту традицию, конечно, этот запрет немножко подкорректирует. Но почему сразу не ввели это?
СЛУШАТЕЛЬ: Вот это вопрос.
МУРАВЬЕВ: Вот вопрос.
МЕТЛИНА: Вопрос. Спасибо. Андрей, вы против?
МУРАВЬЕВ: Андрей, добрый вечер.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.
МЕТЛИНА: Да.
МУРАВЬЕВ: И после сказанного вы все равно против.
СЛУШАТЕЛЬ: А?
МУРАВЬЕВ: И после того, что вы уже услышали, что было сказано, вы все равно против этой меры.
СЛУШАТЕЛЬ: Все равно против. Вы знаете, я таксист с 1982 года.
МЕТЛИНА: Ну, сам Бог послал, так.
СЛУШАТЕЛЬ: Я прекрасно вижу, я прекрасно знаю, как у нас сейчас действует молодежь.
МЕТЛИНА: Так.
СЛУШАТЕЛЬ: Я выхожу постоянно, когда у меня смена попадается в ночь, я прекрасно вижу. Из десяти пассажиров, которые едут в винно-водочный магазин, один-два берут водку, остальные все, как вы говорите, химические коктейли, крепкое пиво.
МЕТЛИНА: Да.
СЛУШАТЕЛЬ: Вот это вот основное массовое потребление нашей молодежи.
МУРАВЬЕВ: Андрей, можно будет вспомнить вам времена фарцовщиков, когда у таксистов можно было достать все, включая водку после десяти.
МЕТЛИНА: Спасибо, Андрей.
МУРАВЬЕВ: Прерываемся на короткую рекламу, после нее вернемся. Все, кто дозвонился по телефону 730-73-70, очень много звонков, оставайтесь на линии – обязательно дадим вам слово, но буквально через полторы минуты.
Реклама.
***
МУРАВЬЕВ: Восемнадцать, пятьдесят две. Продолжаем говорить на тему – "От заката – до открытия винных магазинов. Так ли страшно это время для народа?" И продолжаем голосовать – "О ком заботится государство, вводя запрет на продажу алкоголя в ночное время?" Если вы считаете, что таким образом государство заботится о себе, отправьте букву "А" на короткий номер 5533. Если вы считаете, что о нас все-таки, то на тот же номер – буковку "Б".
МЕТЛИНА: Господа, очень много звонков. Юрий, коротко.
МУРАВЬЕВ: Юрий, добрый вечер.
МЕТЛИНА: Юрий, добрый вечер. Вы – против?
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Я – против. Но я, вот, слушаю эту программу и вот к какому выводу пришел – если бы государство хотело уберечь население от пьянства, нужно было ограничивать алкоголь дешевый в продаже, любой – водка, пиво, коньяк, вино вот в этих тетрапаках.
МЕТЛИНА: Да.
СЛУШАТЕЛЬ: Все, что до 300 рублей, вот, нельзя продавать, вот. И все. А все, что выше – можно. Потому что тот человек, который может заплатить 7 тысяч рублей за бутылку коньяка или тысячу рублей за бутылку водки…
МУРАВЬЕВ: Юрий, таких людей очень мало. А человека, готового напиться за стольник, очень много. А с каждого стольника государство получит свою копеечку.
СЛУШАТЕЛЬ: Так, дело в том, что алкоголь, там, до 300 рублей не продается, а продается только дорогой алкоголь. То есть те люди, которые могут это купить и нормально выпить. Их-то зачем под всех подгонять?
МУРАВЬЕВ: А казино тоже закрыли, хотя никакие бабушки-пенсионерки там ничего не проигрывали, понимаете?
МЕТЛИНА: Ну, проигрывали. Речь шла о…
МУРАВЬЕВ: В казино – нет.
МЕТЛИНА: В игровых автоматах – это страшное дело.
МУРАВЬЕВ: А в казино – нет. Это разные вещи.
МЕТЛИНА: Спасибо огромное, Юрий.
МУРАВЬЕВ: Дмитрий Кубарев к нам присоединяется – нарколог, заведующий отделением московского научно-практического центра наркологии. Дмитрий Алексеевич, добрый вечер.
КУБАРЕВ: Добрый.
МЕТЛИНА: Дмитрий Алексеевич, спасибо, что вы присоединились к нашей беседе. Итак, мы пытаемся, вот, уже час…
МУРАВЬЕВ: Вот, скажите, пожалуйста, вопрос…
МЕТЛИНА: Да.
МУРАВЬЕВ: …"Взять негде" – может ли остановить человека действительно пьющего?
КУБАРЕВ: Я думаю, что абсолютно нет.
Такие меры, они абсолютно бесполезны. Единственное, наверное, это больше рассчитано на подростковую публику, которая в вечернее время отдыхает и беспрепятственно употребляет спиртные напитки.
МЕТЛИНА: Так она и продолжает, Дмитрий Алексеевич.
МУРАВЬЕВ: Ой, а сейчас – препятствие.
МЕТЛИНА: Нет, вопрос в том, что они пиво пьют, а пиво не запрещено.
КУБАРЕВ: В принципе, это будет достаточно сопряжено с определенными усилиями. То есть обычно, когда вот эти все догоняшки начинаются, как правило, нужно приложить усилия для того, чтобы купить спиртные напитки. Я думаю, что у людей, культурно употребляющих… Я, вот, присоединюсь, наверное, к человеку, они, в принципе, заранее заготавливают, и нет такого беспорядочного употребления алкоголя.
МЕТЛИНА: Хорошо. Дмитрий Алексеевич, вот, с точки зрения наркологии, вы считаете, просто как нарколог, к которому приходит человек и говорит – "Я – алкоголик". Ну, он не сразу говорит, там, через полгода посещения вашего кабинета.
МУРАВЬЕВ: Ну, или его приносит жена, еще как вариант.
МЕТЛИНА: Да. Он может произнести – "Я алкоголик". Но как вы считаете, вот эти запретительные меры со стороны государства, вот, они какую-то роль играют в судьбе конкретного и в излечении конкретного алкоголика?
КУБАРЕВ: Я считаю, что эти мероприятия абсолютно никак не повлияют на нашу статистику.
МЕТЛИНА: Так.
КУБАРЕВ: То есть, вот то, что мы наблюдаем в клинике, я думаю, что данные меры абсолютно никак не подвинут цифры ни в сторону улучшения, ни в сторону ухудшения.
МЕТЛИНА: Хорошо.
МУРАВЬЕВ: Дмитрий, давайте, вот, Ирине слово дадим. У нее есть история про подругу. Ирина, добрый вечер.
СЛУШАТЕЛЬ: Да, добрый вечер.
МУРАВЬЕВ: У подруги пьет сын.
СЛУШАТЕЛЬ: Да. У подруги – сын, 22 года парню. Сидит дома, не учится, не работает. Пьет, как правило, вот эти коктейли.
МЕТЛИНА: Так.
СЛУШАТЕЛЬ: И днем из дома выходить боится. Он выходит вечером в пол-одиннадцатого гулять с собакой и возвращается пьяный и с кучей этих коктейлей.
МУРАВЬЕВ: Хорошо. Ирина, как вы считаете, вот этого конкретного 22-летнего парня, мужчину его убережет такая мера?
СЛУШАТЕЛЬ: Вы знаете, если это не будет рядом с домом по ночам продаваться, по крайней мере, будет легче. Он пять дней не выходит из запоя. Он просто не пойдет лишний раз ночью за этим делом, если этого нет, понимаете?
МЕТЛИНА: Понятно. Ирина, у нас мало времени. Дмитрий Алексеевич, вот, развейте, пожалуйста, вот это вот распространенное…
МУРАВЬЕВ: Миф.
МЕТЛИНА …Заблуждение Ирины, и в чем, мне кажется, там, проблема-то не в доступности, а совсем в другом.
КУБАРЕВ: Ну, тут вопрос в том, что человек зависимый, в любом случае, при возможности выйдет во время, которое возможное купить напитки, и будет употреблять их. Как сказать, это не остановит человека от употребления. Если он – человек зависимый, то он все эти барьеры преодолеет.
МЕТЛИНА: Дмитрий Алексеевич, давайте спроектируем ситуацию – вы – человек, который реально можете повлиять на ситуацию, связанную с алкоголизмом.
МУРАВЬЕВ: Наверное, может.
МЕТЛИНА: Да. Вот, если бы вы собрали консилиум…
КУБАРЕВ: С одной стороны, глобально – нет, я только могу помочь с зависимостью.
МЕТЛИНА: Хорошо. Если бы от вас, как от государева человека, что-то зависело, какую меру вы бы предложили государству в качестве реальной меры по борьбе с алкоголизмом, исходя из вашего опыта.
МУРАВЬЕВ: Если бы государство взялось…
МЕТЛИНА: Да, действительно бороться.
КУБАРЕВ: Вы знаете, это очень глобальный вопрос. Это, как сказать, я считаю, что
в советское время достаточно было мероприятий для того, чтобы курировать количество пьющих людей. То есть были и факторы сдерживающие, имели положительный момент ЛТП, в которые по принудительному лечению поступали.
То есть, на определенную публику, то есть, на определенный контингент из пациентов они оказывали определенное воздействие, а для других это было достаточно поучительно.
МЕТЛИНА: И, Дмитрий Алексеевич, последний вопрос – как вы считаете, сейчас многие, может быть, мы как бы – не специалисты, но мы видим и понимаем – вот эта страшная алкоголизация молодежи за счет продуктов, содержащих алкоголь, там, ниже 10%, пиво и так далее…
КУБАРЕВ: Я думаю, что это продукт современного времени, то есть продукт-реклама. И молодые люди не виноваты в том, что…
МЕТЛИНА: Много ли среди ваших пациентов, вот, пивных алкоголиков уже молодых?
КУБАРЕВ: Достаточно. То есть, вот, я, опять же, про продукты рекламные говорю, что сейчас у нас достаточное количество в клинике пациентов моложе 30 лет. То есть, это те люди, которые, вот, как раз уже и являются продуктом пивной рекламы. То есть абсолютно, да, люди не считают пиво алкогольной продукцией, но, тем не менее, выпивают, там, до 7-8 литров в сутки пива и понимают, что без этого продукта они жить уже не могут.
МЕТЛИНА: Спасибо.
МУРАВЬЕВ: Спасибо огромное. Дмитрий Кубарев – нарколог, заведующий отделением московского научно-практического центра наркологии. Лев, добрый вечер.
МЕТЛИНА: Лев, добрый вечер.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Ну, вот, мне за 70…
МЕТЛИНА: Так.
СЛУШАТЕЛЬ: …И я немножко по-другому смотрю на всю эту проблему. Это чистейший пиар.
МЕТЛИНА: Так.
СЛУШАТЕЛЬ: И государство тут не при чем, и непьющие тут не при чем. Все дело в том, что наступает предвыборная компания. И теперь нужно что-то делать, но из-за коррупции, из-за проблемы коррупции это очень сложно. Ничего невозможно сделать, и ничего не могут сделать. А вот тут отчитаются, что – "Вот, видите, процентное соотношение уменьшилось". И женщины очень хорошо на это, так сказать…
МЕТЛИНА: Подсаживаются.
СЛУШАТЕЛЬ: Да, подсаживаются.
МЕТЛИНА: Да, у нас огромная, колоссальная проблема. Лев, спасибо вам за звонок. Но я хочу вам сказать, что в первой части нашей программы выступал Вадим Дробиз, и он говорил о международном опыте. Я вам хочу сказать, что опыт скандинавских стран все-таки говорит о том, что, несмотря на все самые жесткие запреты, я думаю, что жители Петербурга прекрасно знают, что такое финны, приезжающие выпивать в Санкт-Петербург…
МУРАВЬЕВ: Да, вот эти вот алкогольные трипы.
МЕТЛИНА: Да, алкогольные трипы, да, туры. Но я вам хочу сказать, что именно в этих странах – в Финляндии, в Швеции – именно за последние 30-40 лет очень возросло, в разы больше, чем, так сказать, мужчин, алкоголизм косил женщин. То есть если количество пьющих мужчин там выросло, скажем, в два раза, то количество женщин пьющих выросло в семь, в восемь раз. И вот этим тоже страшна эта история, и для нас она очень страшна тем, что мы втягиваем вот этим совершенно бесконтрольной пропагандой и вот этой бесконтрольной продажей круглосуточной именно пива мы втягиваем молодежь. Мы очень надеемся, что…
МУРАВЬЕВ: Ну, и в конце данные опроса – "О ком заботится государство, вводя запрет на продажу алкоголя в ночное время?" 67% считают, что все-таки заботится о себе. Спасибо всем, кто отправил SMS-сообщение. Мы на этом заканчиваем свой эфир вот такой неутешительной нотой. Впереди Кирилл Бигельдин с новостями. А потом Юрий Пронько и его "Реальное время"
МЕТЛИНА: Всего доброго.
© Finam.fm