ПАНАРИН: Ну да, в общем-то. Но одновременно и персидский компонент, в т.ч. в Узбекистане он представлен очень, таджикский, очень сильно. И по сути Бухара и Самарканд – всегда были таджикскими городами. Но никаких фундаментальных противоречий без внешнего воздействия никогда не было.

И если мы посмотрим ключевые две религии России, это православие и ислам, никогда не было на протяжении всей истории именно войн религиозных, которые были в Европе или были как раз уже между исламскими государствами.

Поэтому с моей точки зрения наоборот, вся наша история демонстрирует возможность для объединения именно в новых условиях. Ну и ключевое значение, мне кажется, уже в ближайшие сто лет будет принадлежать космосу. А ведь три ключевые идеи ноосфера. Возможность федоровской идеи человеческого бессмертия, она фантастичной сегодня кажется, но и Циолковский и первый выход в космос. С моей точки зрения это не то, что русские и Гагарин и Королев его направили. Это вот народы Евразии, они, интегрируя различные этнические группы в единые духовностно-ценностные ориентации, смогли выйти в космос. И нам в этом смысле нужно взять этот положительный опыт из не только советского периода, но и из предыдущих веков, и постараться адаптировать все-таки к реалиям 21-го века. А реалии таковы, что информация, я приведу пример с Филиппинами, я был поражен.

ПРОНЬКО: То, что последняя поездка?

ПАНАРИН: Да. Я 10-го провел, 11-го появляется, на следующий день, крупнейшая публикация в филиппинской газете ежедневной, а 12-го в Финляндии. Я был просто шокирован. Где Финляндия и где Филиппины? Вот просто показатель.

ПРОНЬКО: И, кстати, а между ними Россия.

ПАНАРИН: А между ними Россия. И в этом смысле я надеюсь, что это правильная идея интеграционная.

ПРОНЬКО: Вот теперь мы, в общем-то, кратко очень изложили вашу позицию, вашу новую идею. Я хочу, чтобы теперь вы со слушателями пообщались.

ПАНАРИН: Да, конечно.

ПРОНЬКО: Можно оппонировать. Господин Панарин , я говорю для слушателей, очень адекватный человек, любая критика, любое возражение, только аргументировано. Т.е. не так вот, а с аргументами. Пожалуйста, finam.fm и 730-73-70. Алло, добрый вечер! Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер! Михаил. Я хотел бы возразить гостю сегодняшнему. По поводу способности России интегрировать постсоветское пространство. Давайте посмотрим как там у нас с признанием Южной Осетии, Абхазии? Никак вообще. Вообще, даже намека никакого.

ПРОНЬКО: Михаил, подождите, а давайте Игорю Николаевичу дадим возможность сразу вам парировать.

СЛУШАТЕЛЬ: Хорошо, без проблем.

ПРОНЬКО: Южная Осетия и Абхазия. Почему не признают?

ПАНАРИН: Я согласен, что пока мы не так сильны, но с другой точки зрения, я обращаю ваше внимание, наш МИД, я не потому, что сотрудник МИДа, блестяще действовал и все международно-правовые процессы, связанные с этим конфликтом, были решены идеально. И сегодня никаких проблем нет.

ПРОНЬКО: Но и признания нет.

ПАНАРИН: Да. Вот мы находимся в некой поворотной точке и вот шаги вчера по Приднестровью, сегодня по Белоруссии, я убежден, через два-три месяца дадут эффект.

ПРОНЬКО: Дальше, Михаил, еще аргументы против.

СЛУШАТЕЛЬ: Ну, по поводу того, что Америка развалится еще один аргумент. С помощью инфляции американцы выберутся из этой ситуации, я в этом уверен. Поэтому, я думаю, что все-таки как-то очень преувеличены все эти страхи по поводу американского провала и т.д. По поводу постсоветского пространства, ну, что там. Ну кто интегрирует, ну, как вы сказали, были тюрки, монголы, русские. Теперь вполне ими могут стать китайцы. Вот я так думаю. За счет экономики. Ну, экономическая интеграция, конечно.

ПРОНЬКО: Понятно, спасибо. Т.е. вот Китай.

ПАНАРИН: По США я только добавлю. Не будем, хорошо.

ПРОНЬКО: Не хочу, не хочу, потому что да.

ПАНАРИН: Не будем. Китайцы.

Я считаю, что китайцы не были, не будут и не станут интеграционной элитой Евразии и никакой интеграцией Евразии они не будут заниматься прежде всего в силу своей истории. Им бы не допустить третьей опиумной войны.

Я только приведу один факт. Население Китая в середине 18-го века составляло 500 миллионов человек. Через двести лет они только при Мао Цзэдуне достигли этого уровня после ряда действий Англии, Франции, США, ну и частично царской России.

ПРОНЬКО: Но всем известно, на самом деле, я думаю, особенно нашим слушателям, как Британия все оккупировала, скажем так, или захватила Китай. Опиумные войны. Ничего другого они, что бы они не предпринимали, все прахом шло, все прахом.

ПАНАРИН: Да. Так вот Китай сегодня, ему бы не допустить третьей опиумной войны и заняться Тихим океаном. Никогда китайцы, я в этом убежден.

ПРОНЬКО: Идем дальше. Ваши аргументы против позиции Игоря Панарина. Алло, добрый вечер! Алло? Ну я же вас слышу, что же вы? 730-73-70. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте!

ПАНАРИН: Здравствуйте!

ПРОНЬКО: Здравствуйте! Представляйтесь.

СЛУШАТЕЛЬ: Алексей. Я хотел бы пооппонировать сегодняшнему гостю. Во-первых, как бы вот не совсем понятна его позиция относительно Владимира Владимировича Путина, нашего премьер-министра. Почему именно он?

ПРОНЬКО: В чем непонятна? Давайте сразу вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ: Для меня сразу вопрос. Почему именно он? На самом деле у меня складывается ощущение, что сегодняшний гость, он как бы вообще живет в другой стране. Я, конечно, понимаю, отношение к МИДу, может быть, здесь какую-то играет роль существенную все-таки в его личном как бы мнении. Но все равно, мне кажется, не видеть того, что как бы люди на самом деле, вот я, как житель Москвы, я, в принципе, достаточно молод и общаюсь с большим кругом людей и вижу просто напрямую, что, ну, всем нельзя так вот говорить то, что, ну, что-то выдуманное. Т.е. у всех есть какое-то мнение. И мнение большинства сводится к тому, что как бы Путин на самом деле ничего такого-то и не сделал. Т.е. в нем нет ничего такого особенного, тем более на то, о чем идет речь, что возглавить какое-то государство, союз, еще что-то, я вообще не понимаю, как это возможно.

ПРОНЬКО: Пожалуйста.

ПАНАРИН: Алексей, хороший вопрос. Я рад, что вы передаете мнение большинства молодых людей, но с вашей точки зрения. Я частично согласен с самой постановкой вопроса, но одновременно и не согласен концептуально. Потому что да, конечно, хотелось и мне лично, чтобы наш президент, 8 лет правивший и сегодня премьер-министр, сделал больше за эти 8 лет для стабильности, для процветания и т.д. Но он действовал в сложившихся условиях. Он вынужден был действовать во многом как лисица. И я убежден, что именно этот колоссальный опыт, который им накоплен за эти 8 лет, даст возможность ему действовать как льву. И другого человека я лично для интеграции Евразии, ну, пока, скажем так, я не могу сказать, может быть, через год кто-то появится, может быть, кто-то другой. Сегодня, я считаю, что именно он способен и главное, с моей точки зрения, должен возглавить этот интеграционный процесс.

ПРОНЬКО: Я, единственное, что, я, безусловно, понимаю, с геополитической точки зрения страны, тяготеющие к РФ, они должны быть в зоне особого внимания.

ПАНАРИН: Да.

ПРОНЬКО: Это безусловно. Но мне представляется, Игорь Николаевич, что российские чиновники, власть предержащие, а Владимир Путин сейчас чиновник, он назначен президентом с согласия парламента, должны заниматься в первую очередь российскими проблемами.

ПАНАРИН: Абсолютно верно.

ПРОНЬКО: Это принципиальный момент.

ПАНАРИН: Я с этим полностью согласен. Но я хотел бы добавить, что он одновременно является, как мы уже в начале опроса говорили, и лидером правящей ЕР, партии, которая должна думать, скажем так, о создании пояса безопасности вокруг территории России. Этот пояс безопасности должен состоять из дружественных нам государств.

ПРОНЬКО: Принимается 100%. Но, единственное, что, я напомню опять-таки тогда слушателям, кто присоединился сейчас, на сайте finam.fm голоса разделились.

ПАНАРИН: Да. Поровну.

ПРОНЬКО: Фактически поровну. Причем мы жестко сформулировали, вот как это формулирует ЕР: "Владимир Путин – национальный лидер России". 54 на 46. Вот 50 на 50.

ПАНАРИН: Да.

ПРОНЬКО: Идем дальше. 730-73-70, либо письма – finam.fm. Алло, добрый вечер! Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер! Владимир. Очень интересная, конечно, позиция как бы.

ПРОНЬКО: Я, Владимир, могу вам сказать, что у господина Панарина всегда интересные позиции. Их можно отрицать, с ним можно не соглашаться, но как-то безучастным не хочется оставаться.

СЛУШАТЕЛЬ: В принципе, как бы правит миром тот, кто сильнее. И вообще сейчас что-нибудь вообще делается, чтобы внедрить это все в жизнь?

ПРОНЬКО: Нет, но говорилось молдавские консультации, белорусские.

ПАНАРИН: Да. Но, я считаю, что делается, особенно последние шаги, с моей точки зрения. И главное август 2008 года, вот это была ключевая точка. Если бы мы там сдали, я так сказал бы, наших друзей, братьев по сути, то, конечно, ни о какой интеграции постсоветского пространства уже бы речи не шло бы. И мы говорим о Кавказе. Кавказ, ну не только Кавказ, любит сильных. Мы проявили силу в данном случае, сделали это абсолютно правильно, потому что действовали справедливо. И вот эта мощь, которая продемонстрирована, в принципе, задача эту мощь расширить и на другие сферы, не только в военной сфере.

ПРОНЬКО: А означает ли это, что в ближайшее время по вашему мнению, произойдет смена политических режимов в Грузии и в Украине? Вы понимаете, почему я задаю вопрос именно по этим двум странам?

ПАНАРИН: Да. Безусловно, это изменение произойдет.

ПРОНЬКО: Украина – Тимошенко?

ПАНАРИН: Ну, на сегодняшний день – да. Я помните, говорил, что я считаю…

ПРОНЬКО: А Грузия – Бурджанадзе?

ПАНАРИН: Ну, по Грузии не готов давать какие-то, так сказать, акценты.

ПРОНЬКО: Ну как вариант?

ПАНАРИН: Ну, сложно сказать, я не готов. По Украине, безусловно, это самый сильный политик, и я всегда об этом говорил и я считаю, что да. И с ней можно говорить об интеграционных процессах.

ПРОНЬКО: Кстати, сегодня МИД России сделал заявление о том, что Украине возможно будет предоставлен кредит в размере пяти миллиардов долларов.

ПАНАРИН: И я считаю, это правильные действия по интеграции Украины.

ПРОНЬКО: Но это явно не помощь Ющенко. Это явно помощь…