ШАХОВ: Мы уже об этом говорили. Если будут четкие критерии,

ПРОНЬКО: Понимаете, Олег, я понял вашу мысль. Меня смущает в этом один момент. Вот эти критерии определяют чиновники. Правительство и Администрация Президента – это чиновники, это не абстрактные понятия. Это конкретные физические люди. И, согласитесь, вот это вот чиновничий слой, к которому я очень неравнодушно дышу, но они об этом знают, они подвержены определенным соблазнам. В т.ч. продвинуть своих людей. Ведь речь идет именно о Президенте, под патронатом которого происходит это все. Кадровый резерв – это не нечто, тоже не абстрактное, это конкретные сто физических лиц, тысяча физических лиц. И согласитесь, у чиновников, которые ныне при власти, у них есть соблазны. Я не хочу говорить о принципе преданности, но такое может возникнуть.

ШАХОВ: Ну, и Максим, и вы…

ПРОНЬКО: Причем, я так, знаете, аккуратно и осторожно предполагаю. Я очень хочу поверить в то, что Дмитрий Анатольевич действительно затеял такую масштабную кадровую реформу и если ему это удастся, а, может быть, удастся, он начнет, а его последователь продолжит и будет результат, дай бог.

ШАХОВ: Ну, и вы и Максим задаете один и тот же вопрос, который стоит достаточно давно – а судьи кто? Ну, поэтому и было выбрано достаточно большое количество тех людей, которые оценивают. Это не мнение одного или двух человек. Критерии, еще раз, позволят, я не говорю о том, что можно добиться, может быть, кристальной чистоты, мы говорим о том, что надо делать как можно лучше. Потому что, ну, идеалов в этой жизни почти нет. Дмитрий Анатольевич сказал, что он не то, что сомневался, а многие ему говорили о том, что публиковать эту сотню не надо, иначе начнутся как раз такие разговоры, будут задавать вопросы. Он сказал – я за открытость, как раз и будем отвечать на те вопросы, пусть этих людей знают. Сказал, что как раз не будет, как в свое время в ЦК партии. Попал в номенклатуру и твоя главная задача не влететь по-крупному.

ПРОНЬКО: Либо по вертикали, либо по горизонтали перемещение.

ШАХОВ: Такого не будет. Соответственно, мы остаемся такими же людьми, на которых надеется Президент. Понятно, что, наверно, даже в библейские если времена вернемся, и там есть предатели и те люди, которые каким-то образом не соответствуют ожиданиям людей. Может быть, и здесь так, никто не отрицает.

ПРОНЬКО: Может быть, я согласен с вами. Любую идею можно раскритиковать в пух и прах. Т.е. не оставить ни одного живого места. Но если Президент пошел на это, плюс опубликовал, т.е. обозначил вас всех поименно, он принял на себя, если волна критики пойдет, то он принимает. Не на вас она будет направлена, а именно на Президента страны, который олицетворяет этот кадровый резерв, который создается Правительством и Администрацией. Дай бог, чтобы получилось, я за. Единственное, фраза Правительства, Администрация для меня это всегда, знаете, так вот, я же понимаю, это люди.

ШАХОВ: То, что он взял на себя такой удар, надо понимать. И надо понимать, какая ответственность лежит на нас, чтобы его не подставить, говоря простым языком.

ПРОНЬКО: Ну да, чтобы не залететь по-крупному, мы же сказали об этом.

ШАХОВ: Ха-ха.

ПРОНЬКО: 730-73-70, finam.fm. Алло, добрый вечер! Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер! Андрей. Хотелось по-другому немного осветить эту проблему, чтобы вы ее обсудили, придать новый импульс. Мы все говорим о том, что Президент, партия власти, конкурентность. Вот никогда не будет никакой конкурентности в кадровом резерве, если не будет конкуренции между партиями. Т.е. Коммунистическая партия загнулась не оттого, что там были плохие люди, а от того, что у них не было конкуренции. Т.е. никто их снизу ни подсиживал, грубо говоря. А проблема заключается в том, что при однопартийной системе, которая сейчас есть, невзирая на наличие осколков каких-то партий, но реальных конкурентов нет. И партия власти является как бы монополистом. И у монополиста никогда не будет конкурентных кадров. Абсолютно.

ПРОНЬКО: Андрей, но смотрите, подождите. Я со многими вещами согласен, что вы говорите, но это не кадровый резерв ЕР. Вот понимаете? Я спросил Олега и он откровенно ответил, что да, он член партии ЕР. Да, мы все с вами понимаем, какую роль и какое вообще место эта партия сейчас занимает. У меня не меньше, чем у вас, вопросов к партии ЕР, которые я периодически, если вы слушаете программу, задаю. Но это все-таки президентский пул, я так скажу. Медведев, кстати, не является членом партии ЕР.

СЛУШАТЕЛЬ: Понимаете, у нас господин Путин тоже не являлся членом партии ЕР, а при этом был ее лидером. И, собственно, нынешние события в экономике, которые мы все сейчас пожинаем. Я предприниматель мелкий, скажем так. И я это вижу. Т.е. тупик, поезд шел в тупик. И он туда пришел с помощью ЕР и руководителя этой ЕР, ее лидера.

ПРОНЬКО: Вот смотрите, я уж прошу прощения. Опять я с вами соглашаюсь во многом. То, что нынешний кризис, который можно сколько угодно рассуждать про США, он обозначил очень серьезные внутрироссийские проблемы.

СЛУШАТЕЛЬ: Конечно, конечно.

ПРОНЬКО: Сырьевую, в первую очередь. Но, смотрите, давайте абстрагируемся немного и получается, что Медведев, я не хочу говорить в обход ЕР, но он создает свой кадровый резерв, понимая, что та политическая, та экономическая элита, которая была все эти годы, она завела страну в тупик, не в тупик, но в ту кризисную ситуацию, которую мы имеем. И Президент берет на себя, вот о чем мы с Олегом-то говорили. Это он взял на себя ответственность, что сформирован некий список тысячи человек, которые потенциально могут войти в бизнес, в госаппарат и т.д. Что в этом плохого? По-моему, это здравая идея.

СЛУШАТЕЛЬ: Понимаете, это иллюзии. Это детские иллюзии. То, что при однопартийной системе, которая есть, будут руководящие кадры, не все ли равно, как они будут входить, так же, как господин Путин не входил, но руководил. Или будут сочувствующие. Это все равно. В Коммунистической партии так же было полно людей сочувствующих, которых тоже назначали на руководящие должности, но мало.

ПРОНЬКО: Слушайте, тогда смотрите, мне очень интересно с вами. Вот вы говорите, это детские иллюзии. Хорошо, в этой нынешней ситуации вы критикуете Правительство Владимира Путина. Вы говорите, что тот период и срок, когда он был Президентом, те люди, которые были с ним вместе, они завели вот к нынешней ситуации страну.

СЛУШАТЕЛЬ: Конечно.

ПРОНЬКО: Минуточку. И вам нравится эта ситуация, потому что вы уже обвинили Медведева, что он ничего не меняет.

СЛУШАТЕЛЬ: Я пока не вижу у господина Медведева каких-то таких сильных, самостоятельных решений.

ПРОНЬКО: Спасибо. Ну, вот, Олег, комментируйте высказывание Андрея.

ШАХОВ: Вы знаете…

ПРОНЬКО: У нас какая-то, знаете, интересная ситуация складывается. Я не адвокат Президента Медведева, он не нуждается в адвокатах, у него есть юридическое управление в Администрации. Но у нас любую идею мы готовы спустить не просто на тормозах, а очернить и сказать – а ничего не меняется. При этом мы критикуем Путина, его Правительство.

ШАХОВ: В словах Андрея на самом деле несколько вопросов. Начал он с конкуренции. Я тоже считаю, что

конкуренция должна присутствовать во всех ее проявлениях. И в бизнесе, и в партиях, и в общественных организациях. И в людях, и в кадровом резерве.

Именно конкуренция, наверное, как раз дает возможность проявить себя наиболее эффективным и подняться на первые места, о чем мы говорили выше. Что касается кризиса и правительства Путина, я бы здесь так не говорил. Все-таки кризис мировой. И когда мы говорим о том, что на сегодняшний день и в Америке и в Европе нарастает и ускоряется процесс национализации, где так много конкуренции, это показывает, и там было все непросто. И, вообще говоря, действительно Россия до какого-то момента держалась лучше других. И вполне возможно выйдет из этого кризиса, потому что Правительство предпринимает много мер. И Медведев предпринимает много мер. Из этого кризиса все-таки в новом состоянии. Опять же, можно долго говорить о том, что кризис очищает, кризисы нужны, и нужны более сильные и более мелкие кризисы. Я думаю, что и Андрей, будучи предпринимателем, прекрасно понимает, что выживает лучший. И сейчас идет проверка на прочность.

ПРОНЬКО: Знаете, вот здесь я с вами тоже буду спорить. Лучший выживает – да, но при условии равных позиций, равных условий старта. Этих условий в РФ нет. Но с другой стороны, я просто не хочу сейчас уходить в экономику, в 9 вечера мы будем обсуждать сегодня экономику с Федором Наумовым и Анатолием Аксаковым, Президентом ассоциации региональных банков. Но я скажу, что вчера, я лично смотрел и услышал фразу, когда представители ЕР на встрече с Путиным начали рассуждать о протекционистских мерах защиты якобы наших товарищей производителей. Путин оказался либералом, первым либералом. Он сказал – нет. Нет! Нет, когда Грызлов предложил этот вариант. Нет – сказал Премьер, нынешний Председатель Правительства РФ. Вот и все. Это тоже ответ на вопрос. Если, вот о чем вы говорите, Олег, если будет конкурентная среда, да, это будет эффект. Не будет конкуренции – ничего не будет. Это все закиснет в том состоянии, которое сейчас мы наблюдаем.

ШАХОВ: Где вы видели равные стартовые условия в жизни? Мы как раз и говорим о том, что лучшие…

ПРОНЬКО: А-а, знаете, я вам что по этому поводу скажу. Вот ваша биография, ваше начало, как вы шли от школы, потом МГУ, вот это и есть пример. Вот это пример.

ШАХОВ: Правильно.

ПРОНЬКО: Вы были в равных условиях. Вы сами делали себя.

ШАХОВ: Я бы не сказал, что я был в равных условиях с теми, кто жил в Москве, например. И потом, учась в МГУ и будучи студентом, который жил в общежитии, я не был в равных условиях…

ПРОНЬКО: Но вас это мотивировало. Вас мотивировало идти дальше.

ШАХОВ: Абсолютно верно. Достичь, чтобы я жил так же, как они. Чтобы у меня было лучше, чем у них. Но стартовые условия, я бы не сказал, что у меня были такие же. Я, может быть, если углубиться в мое прошлое, я еще был спортсменом.  И занимался плаванием, у меня было две тренировки в день. Первая тренировка начиналась в 6 утра, я вставал в 5. Меня будил отец, провожал меня, в 7:30 мы заканчивали и я к 8:15 шел в школу. И отдыхая час после школы, еще три часа тренировался. Я тоже хотел быть лучшим. И могу сказать, что условия в Костроме для занятий плаванием не такие, как в других крупных городах, у нас не было такого бассейна.

ПРОНЬКО: Олег Шахов, генеральный директор "ГИПРОДОРНИИ", один из первой сотни президентского кадрового резерва был сегодня в "Реальном времени". Спасибо вам большое! На самом деле, я думаю, если такие люди, такие, как вы, в этой сотне и в тысяче, то этот проект стоит того.

ШАХОВ: Кого я знаю, не хуже.

ПРОНЬКО: Отлично.

ШАХОВ: Спасибо вам!

ПРОНЬКО: Спасибо! На этом мы завершим программу "Реальное время". Через час встречаемся в "Сухом остатке". Как я уже сказал, у нас будут интересные гости. В т.ч. поговорим о либерализме нынешнего российского правительства.