Время предпринимать

АРХАНГЕЛЬСКИЙ: Добрый вечер, друзья, в эфире программа "Время предпринимать", я – ведущий программы Глеб Архангельский. Заголовок нашей программы сегодня звучит душераздирающе, страшно звучит – тема нашей передачи очень простая: "Банкротство".

Поговорим мы о банкротстве и в аспекте технологическом, техническом, как о процедуре, которую довольно многие бизнесы время от времени проходят, и довольно многие предприниматели проходят. И поговорим мы, что наиболее, наверное, важно, о банкротстве как о психологическом аспекте.

Очень многие великие люди проходили банкротство: Авраам Линкольн; Билл Гейтс прошёл через семь банкротств и был признан неудачником года, до тех пор, пока не создал корпорацию "Microsoft"; великий художник Рембрандт; великий писатель Марк Твен; великий мультипликатор Уолт Дисней. Все они проходили процедуру банкротства, причём до того момента, как создали какие-то великие вещи, за которые мы их помним, о которых мы знаем.

И многие люди, начинающие свой бизнес, часто боятся его начать, думают о том, чтобы начать, но как-то откладывают этот момент именно потому, что осознанно или неосознанно боятся банкротства в широком смысле слова. Боятся вот этого кризиса, когда твой бизнес оказался в глубоком минусе и непонятно, что с этим делать. Сегодня мы поговорим об этом.

В гостях у нас несколько человек, очень интересные гости. В гостях у нас Ольга Гозман, основатель и директор компании "Begin Group", одной из лидирующих компаний на рынке рекламы образовательных услуг. Ольга, добрый вечер.

ГОЗМАН: Добрый вечер.

АРХАНГЕЛЬСКИЙ: Ольга в своё время переживала серьёзный кризис управляемости компании, о котором она нам чуть позже расскажет. Не банкротство в прямом смысле, но что-то очень близкое к тому и очень непростое как испытание для бизнеса.

И у нас два соучредителя компании "Антикризисный Финансовый Центр" – Вадим Смирнов, директор компании, кандидат юридических наук, слушатель программы Executive MBA в ВШБ МГУ. Добрый вечер, Вадим.

СМИРНОВ: Добрый вечер.

Ольга Гозман, Вадим Смирнов, Алексей Игнашов

ИГНАШОВ: Добрый вечер.

АРХАНГЕЛЬСКИЙ: Это люди, которые помогают компаниям пройти процедуру банкротства или финансового оздоровления, если до банкротства ещё дело не дошло. Пройти сравнительно безболезненно эффективно и, скажем так, потерять меньше, чем можно было бы.

Мы работаем в прямом эфире, телефон студии: 730-73-70. Звоните нам, если у вас был опыт прохождения банкротства или предбанкротного состояния, опыт тяжёлого кризиса в бизнесе. Звоните, делитесь вашим опытом, задавайте вопросы нашим гостям.

И начать я хочу с опыта Ольги. Ольга, в нескольких словах расскажите, в чём же была эта кризисная ситуация, как вы с ней справились.

ГОЗМАН: Ну, начать, наверное, надо с того, с чего всё начиналось. Когда я начинала свой бизнес, мне было 24 года, это было сразу же после кризиса 98-го года. Никакого бизнес-опыта у меня не было, я не понимала, как выстраивается линейка продуктов, что такое структура компании, ни что такое стратегия развития бизнеса.

АРХАНГЕЛЬСКИЙ: Ну, как 90% предпринимателей и начинали, в общем-то.

ГОЗМАН: Да, да. Всё, что я придумывала, я придумывала сама. У меня было ощущение рынка, что называется, на кончиках пальцев, и я постоянно придумывала что-то новое для своего бизнеса, для своих клиентов. Многое из того, что я придумывала, было очень правильно, было хорошо, клиентам нравилось, клиенты покупали. Но, естественно, были различные и бессмысленные проекты, которые делались под идею "давайте сделаем, будет круто". Сделали круто – дальше что? Глубоко убыточно. Такие проекты мы закрывали.

Ну а спасало бизнес и спасало всю эту ситуацию то, что все новые проекты внедряла я, и при мне были люди, грубо говоря, на самом деле, ассистенты (неважно, как они назывались на визитных карточках). Соответственно, одновременно 50 проектов быть не могло, потому что не могла просто физически с ними справиться. Бизнес развивался очень успешно лишь во многом благодаря тому, что экономика в целом росла, рынок рос, и всё было...

АРХАНГЕЛЬСКИЙ: С какой ностальгией мы вспоминаем эти сытые годы, когда всё росло само. Плюнул в землю и уже на следующей неделе собирай.

ГОЗМАН: Вы знаете, у меня так хорошо прошёл предыдущий год, что...

АРХАНГЕЛЬСКИЙ: Всё-таки, про кризисную ситуацию. Какова она была и что с ней получилось.

ГОЗМАН: Таким образом, бизнес рос, но управляла им только я, и управляла... Система управления бизнесом была полностью подстроена под меня, под то, что мне удобно. Я думаю, что так могло бы тянуться ещё некоторое время, а потом как-нибудь бы устаканилось, мы пришли к стандартам, которые существуют в бизнесе сами собой, и всё бы это получилось.

Но в один прекрасный момент я выяснила, что я не смогу работать примерно полтора года. На передачу бизнеса у меня было два часа...

Ольга Гозман

ГОЗМАН: Нет, два часа. За эти два часа я рассказала, каким образом формируется зарплата сотрудникам и сказала такую замечательную вещь, что мы занимаем лидирующую позицию рынка, потому что мы постоянно придумываем что-то новое, поэтому в моё отсутствие нужно придумать что-то новое. Это всё, что я сказала, уходя фактически... То есть, я появлялась в офисе, но крайне редко, и я фактически не работала полтора года.

Когда я пришла, то бизнес был в совершенно ужасающем состоянии, при том, что всё вокруг росло, мы падали, деньги, которые были накоплены за предыдущие годы мы потратили, у компании были долги провайдерам, арендаторам, всем, кому только можно. Естественно, мы теряли долю рынка, от нас отказывались клиенты, у нас ухудшалось качество услуг, было безумное количество убыточных проектов. Которые делались, например, под такую идею, что если мы делаем какой-то проект, то нас любит какая-нибудь радиостанция и даёт нам за это бесплатную рекламу, где мы рекламируем наших клиентов или ещё что-то. Поэтому нам это надо.

АРХАНГЕЛЬСКИЙ: То есть теоретически есть какая-то нематериальная выгода от этого проекта, которая, может быть, где-то поддержит другие проекты.

ГОЗМАН: Да, да, да. Но таких проектов был просто миллион. Или, например, мы проводили мероприятия в Екатеринбурге, потому что, допустим, многие наши клиенты сказали, что они хотят туда поехать. При ближайшем рассмотрении выяснялось, что едут два клиента.

АРХАНГЕЛЬСКИЙ: В общем, буйное творчество исполнителя приводило к снижению бизнес-показателей, если так можно сказать. Как же вы из этой ситуации выходили?

ГОЗМАН: Дело в том, что когда я вернулась, вот то, что у меня было – у меня было такое фантастическое ощущение рынка – я очень чётко понимала, что нужно клиентам. И когда я отсутствовала полтора года, то это ощущение полностью пропало, я не понимала, что нужно рынку. Всегда есть какие-то убыточные проекты, которые делаются из имиджевых соображений, какой из них нужен, какой не нужен? Какие люди нужны в офисе, какие не нужны? Я не понимала.

АРХАНГЕЛЬСКИЙ: Долго вы восстанавливали это ощущение рынка, управляемости компанией?

ГОЗМАН: Больше года.

АРХАНГЕЛЬСКИЙ: В итоге, насколько я понимаю, насколько знаю вашу компанию, вышли на достаточно устойчивую кривую развития. Даже довольно хорошую по меркам кризисных лет.

ГОЗМАН: Мы вышли на очень хороший уровень, мы полностью восстановились.

АРХАНГЕЛЬСКИЙ: Итак, друзья, мы получили практическую историю Ольги Гозман. Напомню, что она основатель и директор компании "Begin Group". История очень интересная, очень поучительная. После небольшой паузы мы эту историю проанализируем уже с каким-то системным подходом, системными инструментами. Уходим на небольшую паузу, оставайтесь с нами.

Реклама.