"Маленький" предприниматель потерял веру в Россию!

Фото ИТАР-ТАСС

Среда, 25 ноября 2009 18:02

В адрес радиостанции "Финам FM" поступило тревожное письмо от нашего постоянного радиослушателя. В этом письме, на примере небольшого металлообрабатывающего предприятия, он рассказывает о реальных проблемах, которые возникают в секторе малого бизнеса России. Сегодня мы публикуем этот крик души, а также приводим фрагмент вечерней программы "Сухой остаток", в которой со слушателем пообщался ведущий программы Юрий Пронько.

"У меня свое маленькое металлообрабатывающее предприятие (60 человек). В "белую" выжить невозможно, ни о какой модернизации, технологическом переоснащении после уплаты (не дай бог) всех налогов, сборов и платежей говорить нельзя. Кредиты и лизинг из-за высоких процентных ставок не рассматриваются. Но развиваться надо, так как ответственность хотя бы перед собственными сотрудниками (что бы не оказались на улице при отсутствии заказов на предприятии) есть. Но чем больше реализованной ответственности перед сотрудниками, тем больше подпадаешь под уголовную ответственность при реализации различных схем (не для обогащения, а для инвестиций в собственное производство). Вывод: ответственность быть должна, но не в этой стране. Мой бизнес существует с 1988 г. Могу книги писать о становлении, развитии и стагнации малого производственного бизнеса в России. Извините, если мое сообщение оказалось длинным, но благодаря политике ВВП, для себя здесь перспектив не вижу. Подал документы на иммиграцию. Куража не осталось совсем. Большое спасибо Юрию Пронько за передачи." Борис, владелец малого бизнеса.

Интервью, которое дал Борис в прямом эфире программы "Сухой остаток" (24.11.09):

ЮРИЙ ПРОНЬКО: Борис у нас сейчас на прямой связи со студией "Финам FM"… Борис, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер.

ЮРИЙ ПРОНЬКО: Спасибо большое, что написали свое письмо. Я хочу понять, неужели настолько критическая ситуация на вашем предприятии, что вы действительно решили его закрыть и уехать из страны? Ведь это не эмоциональное решение, оно должно быть чем-то подтверждено?

СЛУШАТЕЛЬ: Безусловно. На самом деле на предприятии ситуация не критическая. Но это не благодаря антикризисным действиям властей, а вопреки, абсолютно вопреки. И, во-вторых, мне просто повезло, счастливый шанс: я несколько лет работаю с заказчиками, у которых в нашей стране деньги будут всегда. Вращаюсь в этом кругу: у меня за 20 лет большой круг знакомых именно в моем бизнесе, от бывших государственных заводов до небольших предприятий, которые так же, как я, занимались металлообработкой. Но умерло больше половины.

ЮРИЙ ПРОНЬКО: А умерли эти предприятия по какой причине? То есть, что стало побуждающим мотивом для ликвидации?

СЛУШАТЕЛЬ: За последние года 3-4 просто по нарастающей так шло, что та продукция, те услуги, которые мы могли оказывать, там, в течение всех девяностых и в начале двухтысячных годов, становились потихонечку неконкурентоспособными по цене не только с китайцами, а уже и с европейцами. Я уж не говорю про качество. И те, кто имел деньги – а это почти всегда в нашей стране за последние 10 лет крупный бизнес… То есть, наш малый всегда подстраивался под крупный. Идея работать, ну, в моем бизнесе, она проваливается сразу же, как только появляются наличные деньги. Учет и отчитываемость перед налоговыми органами за наличные деньги – это вообще отдельная песня.

ЮРИЙ ПРОНЬКО: Борис, вот вы пишете в своем письме, что "в белую" выжить невозможно.

СЛУШАТЕЛЬ: Безусловно.

ЮРИЙ ПРОНЬКО: То есть, приходится нарушать?

СЛУШАТЕЛЬ: Да. Самое обидное, что нарушать-то приходится не для того, чтобы в карман положить лишние деньги, а для того, чтобы получить деньги, на эти деньги купить оборудование, технологии, что-то привнести в собственный бизнес. Потому что "в белую", например, приобрести новый станок, условно, практически невозможно по нескольким причинам. Первая: новое оборудование всегда и везде стоит дорого. Про кредиты и лизинги я уже написал. Более того, чтобы немножко скорректировать налоги хотя бы на фонд оплаты труда, я в свое время перевел предприятие на упрощенку, без НДС. Тут же, естественно, крупные заказчики отказались работать, им нужно учитывать НДС. Сделали, там, торговый дом – нормально, работаем, продолжаем. Но получилась странная вещь. Я вышел купить станок, заплатил порядка 150 тысяч долларов, и к бухгалтерскому учету по итогам года я получу убыток, а по налоговому учету я получаю прибыль, потому что для упрощенцев по-разному все считается. То есть, система отражения реального финансового состояния предприятий через нашу официальную бухгалтерскую отчетность, которая вмещает в себя и налоговый учет, и бухгалтерский учет, невозможна. Самое страшное, что приобрести такое оборудование, накопив "в белую" прибыль – так как я могу купить новый станок только из прибыли, не из оборотных средств, потому что они расходуются ежедневно – я не могу.

ЮРИЙ ПРОНЬКО: Понятно. Но скажите мне, пожалуйста, по вашему мнению, ситуация, которая у вас сложилась, она характерна только для вас? Наверняка вы общаетесь с коллегами из реального сектора из той же металлообработки.

СЛУШАТЕЛЬ: Безусловно, ситуация плачевна не только у меня. Все мои коллеги, которые работали, например, на строительство, занимаясь различными железками для монолитного строительства и так далее, очень плохо себя чувствуют, заказов нет. Более того, на рынке огромное количество бэушных систем для монолитного строительства, которые завозят там из Китая, из Европы, и наши конкурировать не могут. Самое страшное, что нет технического надзора. То, что делают наши ребята, проходя различные согласования и отвечая за качество по нашим ГОСТам, стоит относительно дорого, а то, что завозится из Китая, из Турции, свой срок уже отработало, но у строителей нет жесткой проверки, технадзора.

ЮРИЙ ПРОНЬКО: Да, я понимаю. Борис, вы в своем письме пишете, что вы не видите перспектив и решили уехать. Может быть, это эмоциональное такое решение, может быть, не стоит уезжать?

СЛУШАТЕЛЬ: Последние 5-6 лет, после того как я вышел на нефтяников и мое предприятие получает, в общем-то, стабильный доход, стало абсолютно понятно: нельзя работать на единственного заказчика. Попытка выйти на какие-то еще другие предприятия, которые могут платить своевременно, показала, что на самом деле заинтересованности в отечественном поставщике ни у кого нет. Куда бы мы ни обращались со своими предложениями, с какими бы предприятиями, хоть мало-мальски имеющими какие-то серьезные обороты, заинтересованными в продукции, услугах наших, не имели дело, все, в итоге, выходят на то, что им проще, выгодней купить это все за бугром: "С вами, ребята, неинтересно работать, вы каждый год пытаетесь поднять цену хотя бы на уровень инфляции".

ЮРИЙ ПРОНЬКО: Если я правильно понимаю ваше письмо, определенную вину за ту систему, которая создана сейчас в стране, вы возлагаете на власть предержащих, то есть на тех, кто ее моделировал на протяжении нескольких последних лет.

СЛУШАТЕЛЬ: Безусловно. Потому что от кого же зависит вся система взаимоотношений бизнеса с государством? В этом проблема. Нет проблем взаимоотношений внутри бизнеса.

ЮРИЙ ПРОНЬКО: Последний мой будет вопрос. С контролирующими органами у вас как выстроены взаимоотношения? Я имею в виду и налоговые органы, и другие структуры, которые проверяют.

СЛУШАТЕЛЬ: Да так же, как и у всех.

ЮРИЙ ПРОНЬКО: А у всех это как?

СЛУШАТЕЛЬ: Приходится иметь либо хороших юристов, что дорого и редко, либо искать пути-выходы на представителей тех же самых налоговых органов, ОБЭПа, Ростехнадзора, экологических инстанций, с кем можно договориться. Они все радостно идут на контакт.

ЮРИЙ ПРОНЬКО: Ну, это понятно: вы же с "благодарностью" к ним, вы же их услуги оцениваете, наверное?.. Борис, мне хочется, во-первых, вас поблагодарить за честные и принципиальные ответы. Мне хочется также надеяться на то, что есть перспективы у таких предприятий, как ваше. Ведь у нас очень часто можно услышать разговоры о модернизациях, реструктуризациях и поддержке малого и среднего бизнеса. Но, по всей видимости, жизнь несколько иная.                                   

СЛУШАТЕЛЬ: Но, кроме разговоров, поднимающих эти вопросы, я что-то не слышал, не видел, не читал… мне не удалось увидеть конкретных планов и решений: для того чтобы провести механизацию хотя бы на уровне малого бизнеса производственного – необязательно такого, как у меня, неважно какого – нужно сделать то-то и то-то. Разговоры о том, что нужно заставить банки давать нам дешевые кредиты, это разговоры, их невозможно заставить.

ЮРИЙ ПРОНЬКО: Конечно.

СЛУШАТЕЛЬ: Создать спрос – для этого нужно вообще всю жизнь нашу менять в стране, чтобы люди захотели что-то покупать.

ЮРИЙ ПРОНЬКО: Вы для себя уже окончательно приняли решение об отъезде?

СЛУШАТЕЛЬ: Да. Все на самом деле гораздо проще. Чем лучше я здесь организую бизнес, тем быстрей у меня его отберут.

ЮРИЙ ПРОНЬКО: Спасибо вам огромное и за письмо, и за это небольшое интервью… Еще раз поясню тем, кто нас слушает: мы общались с одним из слушателей нашей программы. И Борис благодарит нас за передачу, ежедневно ее слушает. Но письмо, конечно, далеко не радостное и не радужное, как и то, что мы сейчас с вами услышали из уст человека, который руководит небольшим металлообрабатывающим предприятием и который говорит о том, что "в белую" выжить невозможно и вообще нет никаких перспектив для развития малого производственного бизнеса в России. Поэтому Борис принял решение об отъезде, об эмиграции из России.

PS: Мне представляется, Борис поднял очень важные вопросы которые напрямую связаны с будущим России. У каждого из вас наверняка, есть свои мысли по этому поводу, не поленитесь и выскажите свои мнения.

ЮРИЙ ПРОНЬКО

Мы обязательно вернемся к этой теме в последующих программах, с учетом Ваших мнений, замечаний и комментариев.

Выскажите свое мнение.